Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

– Интересно, – сказал Сакаидэ. – Каких только способов не придумают!
Лицо смотревшей на меня Кайо просветлело.
Я почувствовал некоторую гордость.
– Но это не подходит, – быстро продолжил Сакаидэ.
– Не подходит? – спросил я.
– Да, не подходит. Потому что в этой двери нет замочной скважины.
– Правда? Нет скважины?
– Эта дверь запирается только изнутри; обычного двустороннего замка в ней нет.
  
– О, вот как!
Я был разочарован. Но пусть будет так. Дверь с замочной скважиной установлена только в прихожей, для входа с улицы.
– Кроме того, в наши дни почти нет замков, в которых между внешней и внутренней сторонами двери проходит сплошное отверстие. Таких очень мало. Их нет в продаже. По крайней мере, я никогда не видел. А мы торгуем самыми разными, – сказал Сакаидэ.
Он совершенно меня убедил. К тому же трюк, о котором я рассказал, – самый простой, для начинающих. Да еще и довольно старый.
– Вы говорили, господин Сакаидэ, у вас магазин промтоваров?
– Это верно.
Лицо Кайо, слушавшей эту беседу, внезапно снова потемнело.
– И если это было так, как вы говорите, то Сатико, скорее всего, попали бы сюда, в макушку.
– Да, это верно, ранение было не на макушке, а спереди, почти в центре лба.
Я сам это хорошо видел.
– Да, рана была прямо вот здесь, на лбу. Кроме того, я ведь все видел. Как это произошло.
– Как это произошло?
Я был потрясен. Что он имеет в виду? Он видел убийство? Почему он не сказал об этом раньше? Ведь это же так важно!
– Вы говорите, что все видели. Вы имеете в виду, видели сам момент убийства?
– Верно.
– В самом деле?!
Я разозлился. Насколько мне известно, ничего подобного никогда не было ни в одном деле об убийстве в запертой комнате. Это что-то неслыханное.
– Да, это было просто совпадение. Я услышал звук кото и просто вышел из своей комнаты в коридор. Оттуда была видна та комната на третьем этаже. Она ведь почти целиком застеклена, как оранжерея, и освещена так сильно, что внутри видно почти все. Единственное, чего я не мог видеть, это пространства где-то в метре от пола, потому что окна не доходят до самого низа. Но потом я и это увидел. Я как будто смотрел концерт.
Я инстинктивно наклонился вперед. Мне хотелось не упустить ни одного слова.
– Вы все время смотрели из коридора перед своей комнатой?
– Да.
– С какого примерно расстояния?
– Ну… там, наверное, метров тридцать будет.
– С тридцати метров, наверное, трудно рассмотреть лицо госпожи Хисикавы.
– Да, я не мог его видеть.
– Тогда, будем честны, вы могли и не разобрать, она там или кто-то другой.
На это Сакаидэ рассмеялся.
– Ну что вы, как я мог не понять? По фигуре я вполне в состоянии узнать госпожу Хисикаву.
– Простите, господин Сакаидэ, у вас хорошее зрение?
– Ну, я всегда гордился своим зрением. С самого детства я мог рассмотреть все что угодно на большом расстоянии. Сейчас у меня дальнозоркость, плохо вижу вблизи. А вдаль вижу все так же.
– Ну да, ведь вы летали на истребителе.
– Ха-ха, верно. Чтобы, летая на истребителе, уничтожать много врагов, глаза важнее, чем навыки пилотирования. Я не раз участвовал в воздушных боях.
– Приношу свои извинения. Итак, что дальше?
– Она играла на кото, должно быть, не больше пяти минут, а затем внезапно упала. Я некоторое время смотрел, пытаясь понять, что произошло, но она так и не попыталась подняться, а в это время внизу, под окном, я увидел мерцающее пламя. Поэтому я срочно бросился туда.
– Получается, что госпожу Хисикаву застрелили, когда она играла на кото?! – я не мог удержаться от крика.
Это означало, что в данном случае не было никаких трюков с привлечением внимания жертвы. И это не могло быть самоубийством. Я не мог и представить, что дело обернется таким образом.
– Именно так, – сказал Сакаидэ с подозрительным выражением лица. Он как бы хотел сказать: «С какой стати ты так удивился? Разве это не очевидно?» Что ж, возможно, с точки зрения Сакаидэ все ясно, но для автора детективных романов это серьезная проблема. Так откуда взялась пуля? Нет ни оружия, ни стрелка.
– Значит, госпожа Хисикава даже не вставала?
– Что вы имеете в виду – «даже не вставала»?
– Чтобы играть на кото, человек должен сидеть перед инструментом. Значит, до того, как в нее выстрелили и она упала, она не вставала на ноги?
– Нет. Кстати, в соседней комнате с лестницей и раковиной, о которой вы только что упомянули, есть маленькое окошко и дверь, которую мы выломали. В стену над дверью вставлено стекло, через которое свет из комнаты, в которой находилась г-жа Хисикава, попадает в комнату с лестницей. Поэтому, если бы в той комнате кто-то был, я бы его увидел. Конечно, только при условии, что этот человек стоял в полный рост, а не сидел все время на четвереньках.
– Так что же происходило в соседней комнате?
– Там никого не было. В ней не было никаких признаков присутствия человека.
– Черт возьми… Ведь ей стреляли не в затылок, верно? В какую сторону она смотрела, когда играла на кото?
– Она сидела ко мне спиной. Но не прямо спиной, а левой стороной, так, что была видна задняя левая часть головы. С места, откуда я смотрел, была видна левая часть ее затылка. То есть она смотрела немного влево.
– И тут ей выстрелили в лоб. Что было перед ней в таком положении?
– Мне кажется, камин.
– Так, наверное, камин и еще окно… но оно было заперто. Причем стекло не разбито… Никаких следов, которые оставила бы пуля. А что с внешней стороны окна, с другой стороны, противоположной той, откуда вы смотрели?
Сказав это, я понял, что вопрос глупый. Это направление, откуда мы только недавно пришли. Как раз с той стороны мы поднялись по склону. А Сатико Хисикава смотрела на меня сверху, прижимая руки к стеклу. Там была только деревня Каисигэ и река.
– Там ничего нет, – сказал Сакаидэ без выражения.
– А чем топили камин?
– Никаких дров, только газ.
– Газ?
– Да. Раньше топили дровами, но поскольку это опасно, перешли на газ.
– Я этого не знал.
– Это так. Так что, если захочется что-то сжечь, это можно сделать. Но рядом с горелкой есть имитация дров из металла.
– Понятно. В этой комнате был дощатый пол.
– Да. Раньше там собиралось много учеников, которые осваивали кото. Поэтому пол ничем не застелен. Сатико, чтобы играть на кото, тоже подстилала себе подушку и сидела на ней.
– А почему там нет штор?
– Наверное, чтобы из коридора было видно, как занимаются девочки.
– Хм, вернемся к камину. Из-за чего начался пожар? Не думаю, что его причиной могла стать газовая горелка.
– Я думаю, что, когда в госпожу Сатико выстрелили, она упала и, наверное, толкнула ногой кото. Его край попал в камин и загорелся.
– А, это вполне вероятно…
– Когда я заглянул в комнату, кото горело сильнее всего, и одним краем оно лежало в камине.
– Понятно, вот оно что. Наверняка так и было. Только…
Я опять замолчал.
– Только все же кто и каким образом застрелил госпожу Сатико, если перед ней не было ничего, кроме камина?
Я скрестил руки на груди и вздохнул.
– Нет, там есть еще кое-что, – сказал Сакаидэ.
– Что же это?
– Картина, – засмеялся Сакаидэ.
  
6
 
Той ночью пожилой полицейский по имени Ясутаро Мори все-таки прибыл из деревенского полицейского участка, но мне показалось, что проведенный им опрос не очень способствовал прояснению картины дела. Я предполагал, что он станет допрашивать всех по очереди в отдельной комнате, но он ограничился тем, что собрал всех бодрствовавших в гостиной для общей беседы. Казалось, он даже не думал о том, чтобы попытаться раскрыть дело самому.
  
К сожалению, ни Сатоми, ни мать с ребенком не присутствовали. В гостиной собрались лишь участники тушения пожара. Кроме них была только одна женщина в белом халате поверх ночной рубашки – по всей видимости, жена Кадзуо. На ней не было никакой косметики, только крем блестел на лице. Супруги выглядели расстроенными, и Кадзуо не представил мне свою жену.