Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

В каждой из бутылок находился зародыш. И это не были обыкновенные зародыши. Во всех стоявших рядом четырех сосудах в желтоватой жидкости плавали слегка сгорбленные трупики с какими-нибудь уродствами. У них были маленькие головы утопленников, разрез рта от уха до уха. Веки сомкнуты, рты раскрыты словно в беззвучном крике. На руках не было обычных пяти пальцев — они, скорее, напоминали тюленьи ласты.
  
— Что же это такое… — пробормотал я.
— Исиока, тут не музей. Не шуми. Мы без спроса забрались в чужой дом.
— Чей дом? — шепотом спросила Леона.
— Того, с кем ты уже встречалась, Леона. Анубиса.
— Анубиса? Он здесь живет?
— Тихо, сейчас его, кажется, нет дома.
— Значит, он все-таки существует…
— Конечно, — подтвердил Митараи полным уверенности голосом.
— А эти дети в колбах? — спросил я.
— Это все Анубисы, — ответил мой друг. — В этом необычном деле они, возможно, главный элемент. Кое-что еще неясно, но велика вероятность, что все дело в них.
Мы медленно двинулись вдоль правой стены в глубь веерообразной комнаты. Она была устроена так, что по мере продвижения взгляду открывались все новые картины.
Дальше стоял небольшой деревянный стул. Он был сделан из брусков и узких дощечек. Таких стульев было еще несколько штук. Они стояли вдоль правой стены, и в некоторых местах между ними в стене были темные входы в пещеры. Судя по всему, жилище Анубиса имело довольно сложную планировку.
— Возможно, для жилья использовали никому не известное древнее сооружение. Довольно комфортное жилье. Здесь удобно и предаваться размышлениям, укрывшись от посторонних… Исиока, ты не заметил кое-что интересное? Здесь нет мебели из крупных досок. Только тонкие бруски и маленькие дощечки.
— И что это значит?
— Что вход и выход тут только один, через который мы сюда попали. А через него нельзя занести крупные предметы… Леона! Где Леона?
Я обернулся. Леоны нигде не было.
Митараи громко закричал:
— Черт, я же говорил, держись рядом!
Вдруг где-то раздался крик.
— Господин Митараи! — звали издалека.
— В какой-то из этих пещер. Исиока, давай разделимся. Ты — туда. Найдешь — кричи.
Я бросился бегом. Добежав до столика со стеклянными сосудами, вошел в одну из пещер. Но она тут же закончилась тупиком, только с правой стороны был узкий подъем. В темноте я ничего не видел. Быстро вернулся к месту, где мы оставили акваланги, захватил два подводных фонаря и возвратился в пещеру.
Освещая путь фонарем, я стал подниматься. Чувствовался странный запах. Сначала я не мог понять, чем это пахнет, но вдруг вспомнил, что в детстве так пахло на ночном рынке от ацетиленовых фонарей.
Внезапно я оказался в просторном помещении. Выглядело оно очень странно. На площади размером с небольшой спортзал стояли леса из железных труб, на которых в нескольких местах горело голубовато-белое пламя. Я на всякий случай выключил фонарь.
На каменном полу лежало множество газовых баллонов. Большие и маленькие, эти баллоны с неизвестным содержимым занимали весь угол комнаты. Еще там была пирамида из маленьких цилиндров, напоминавших консервные банки.
Вдруг я снова услышал голос Леоны и посмотрел вверх. Там я увидел мост из труб. Посередине него стояла Леона. Сзади ее обхватила какая-то странная фигура. Из-за темноты и большого расстояния мне было не очень хорошо видно, но показалось, что это мужчина в необычной маске. Волос у него на голове не было, по сторонам лица торчали уши, как у волка.
Мост висел довольно высоко. Я заметил, что он почему-то трясется, и тут увидел, что по левой опоре моста карабкается вверх Митараи. Я хотел окликнуть его, но передумал. Раз мой друг двигался так, чтобы странный субъект его не обнаружил, то не следовало выдавать его присутствие.
Но мост продолжал трястись, и, как мне показалось, и мужчина, и Леона почувствовали приближение моего друга, поэтому я все-таки решил его позвать.
— Митараи, осторожно!
— Все в порядке, — крикнул он в ответ. — Исиока, подойди ближе и смотри! И освети Леону фонарем!
— Не опасно? Ты ведь без оружия!
Я включил фонарь и осветил Леону и мужчину. Как ни странно, тот даже не пошевельнулся.
— Порядок! Я понял, чего он хочет.
Митараи наконец добрался до моста и, перепрыгнув через перила, оказался на нем. Мост качнулся сильнее, и Леона снова вскрикнула.
— Тише, тише, Леона… Если ты не будешь бояться, он ничего не сделает, — сказал Митараи, понемногу двигаясь вперед с поднятой рукой. — Продолжай светить на Леону, Исиока! Не шевелись, стой спокойно.
Тут монстр что-то закричал. Пытаясь лучше разглядеть его лицо, я стал взбираться к мосту, при этом продолжая светить на лица Леоны и монстра.
Добравшись до вершины лесов, я оказался метрах в десяти от них. Держа фонари в обеих руках, поднял их повыше и, как осветитель в театре, направил на монстра лучи.
В этот момент тот издал нечленораздельное рычание. Я почувствовал, что волосы на моем теле встали дыбом.
Вид монстра с широко открытой пастью заставил меня содрогнуться. Широко открытые глаза, похожие на громадные стеклянные шары, узкий лоб, в середине черепа глубокий провал, сильно выдвинутая вперед нижняя часть лица и открытая пасть от щеки до щеки.
Это был Анубис. Прямо передо мной стоял Анубис, которого я видел в витрине Каирского музея.
— Видите, он существует! — закричала Леона.
Митараи начал выкрикивать какие-то непонятные слова. Возможно, это были и не слова вообще. Так или иначе, изо рта моего друга лился бесконечный поток каких-то странных звуков, смысла которых я совершенно не понимал. Для меня они звучали как заклинания экзорциста.
Затаив дыхание, я следил за развитием событий. И на крайний случай искал поблизости какое-нибудь оружие, чтобы при необходимости прийти на помощь Митараи и Леоне в борьбе с монстром. В качестве такого оружия подошла бы одна из труб, которую можно было оторвать от лесов.
Похоже, заклинания Митараи не дали результата — в ситуации не произошло никаких изменений. В пещере стояла влажная жара, наполненная неприятным запахом ацетилена. Я чувствовал, как под резиновым костюмом по моему телу текут потоки пота.
Митараи все еще что-то кричал. Я не могу описать, что это был за крик. Не было ни малейшего шанса разобрать не только смысл слов, но и произношение.
И тут случилось чудо. Монстр отпустил Леону. Та, плача, бросилась было к Митараи.
— Стой! — крикнул тот, выставив вперед правую руку.
От этого крика Леона моментально остановилась, как будто уткнувшись в невидимую стену. Лицо ее было обращено к Митараи. Даже с места, где я стоял, было видно, что она буквально задыхается от ужаса.
Подвесной мост некоторое время продолжал раскачиваться от резкого движения Леоны.
— Леона, не двигайся! Делай, что я тебе скажу. Иначе будет опасно, поняла?
Услышав слова Митараи, Леона чуть кивнула и осталась стоять, слегка наклонившись вперед и держась руками за поручни. Она находилась ровно на полпути между Митараи и монстром.
Мой друг снова стал кричать какие-то непонятные заклинания.
— Исиока, теперь свети только на Леону!
Я быстро перевел оба луча на нее. Было видно, как сильно она вспотела. Волосы до сих пор были мокры от морской воды. Щеки блестели то ли от пота, то ли от слез.
— Леона, медленно повернись к нему, — сказал Митараи, указывая пальцем ей за спину.
Актриса, словно не веря своим ушам, с полуоткрытым ртом уставилась на Митараи. В следующий момент она яростно, как в конвульсиях, затрясла головой и закричала:
— Не хочу!
Но Митараи был спокоен.
— Леона, ты обещала слушать, что я скажу! Делай, как тебе сказано, если хочешь выйти отсюда живой. Убегать от него гораздо опаснее.
  
— Я боюсь!
— Смелее, я рядом.
— Хорошо… Но с таким лицом!.. Грима нет, волосы спутаны…
Бормоча эти пустяки, чтобы подбодрить себя, Леона медленно повернулась к монстру.