Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

– О, правда? – переспросил я.
Она достала из сумочки экземпляр «Дома кривых стен» [166], вышедшего совсем недавно, положила на стол и попросила его подписать. Я торопливо расписался своей любимой ручкой.
– Так жаль, что я не знала о другой вашей книге, той, что про зодиак, – смеясь, протараторила она.
Я был удивлен. «Токийский зодиак» [167] был куда известнее «Дома кривых стен» – многие читатели приняли его лучше, а о следующей книге даже не слышали. Впервые все было наоборот. Может, она и не поклонница вовсе?
  
– А сколько денег получает Исиока-сэнсэй после издания книги? – вдруг спросила женщина.
– Десять процентов от выручки с продаж, – ответил я.
– Всего десять процентов? – удивленно спросила она, округлив глаза.
– Да, десять.
– А гонорар за рукопись?
– Книга издана недавно, поэтому я пока не получаю за нее денег.
– Вот как… – Она, кажется, была разочарована.
– Гонорар за рукопись перечисляет журнал, если, например, перед выходом книги печатает у себя отрывок, совсем как статью. Это гонорар от журнала.
– Вот как… – Ее тон не изменился.
– Верно.
– Сколько же вам может заплатить журнал?
– А?
– Сколько платят автору за одну страницу?
Я не смог удержаться от смеха.
– Хотите стать писателем?
– Нет, просто хочу вас расспросить.
– Ну, в моем случае это около трех тысяч йен.
– Три тысячи йен… значит, если напишете сто страниц, то это триста тысяч йен…
– Да.
– Вы же сможете написать сто страниц в месяц, верно?
– Ну, смогу, наверное.
– Хм… – Она задумалась.
– Простите, но я не знаю ваше имя…
– О, правда? Извините. Меня зовут Марико Мори.
– Мори-сан, а вы пишете?
– Пишу? Ну, разве что эссе…
– А романы?
– Романы – это слишком. Я знаю, у меня нет таланта.
– Неужели?
Мы говорили еще какое-то время. Похоже, Марико ничего не знала о моих работах в еженедельных журналах или последних иллюстрациях. Все сводилось к тому, что она прочла «Дом кривых стен» и обратила внимание на то, что я жил недалеко от ее дома, вот и всё. А ведь сперва мне показалось, что она мечтает стать писателем и пришла расспросить меня о реалиях литературного бизнеса…
– Вы работаете?
– Да, в универмаге «Сэкигути» здесь, в Йокогаме.
– В универмаге?
– Да, в отделе женской одежды. Сегодня у меня выходной.
– Должно быть, там хорошо и весело?
– Сэнсэй, вы меня так испугали! Когда я опоздала, вы разозлились и сделали такое страшное лицо…
– Что? Нет, не может быть! Простите, если вам так показалось.
– Я – единственный ребенок, сейчас живу с пожилыми родителями, они тоже зависят от моего дохода…
– Хм…
Я подумал, что она слишком быстро меняет тему разговора.
– Господин Исиока, вы сейчас встречаетесь с кем-нибудь?
– Встречаюсь? Вы имеете в виду с женщиной?
– Да.
– Нет.
– А что насчет бывшей любовницы или жены?
– Нет таких.
– Ясно.
– А вы замужем?
– Нет.
Затем мы перешли к зодиаку. Я не смог ответить подробно, что в этом году ждет Скорпиона, родившегося в 1951 году, но, вспомнив, как и что в таких случаях обычно говорил Митараи, пробормотал что-то уместное.
Когда Марико спросила, какова ее совместимость со мной, рожденным 9 октября 1950 года, я понятия не имел, что ответить, но, не желая обидеть ее, заключил, что я – довольно хороший партнер. Тогда она вдруг спросила, подходит ли ей сентябрьский мужчина 1946 года рождения.
Вопрос звучал как заранее заготовленный, и я решил, что речь, должно быть, идет о ее нынешнем мужчине.
– Мы уже расстались, – ответила она. – Встречались какое-то время, но ничего не получилось.
– Не сошлись характерами?
– Это плохо?
– Ну, я бы не сказал…
Решив, что дальше расспрашивать неприлично, я сменил тему. Еще немного поболтав ни о чем, мы решили переместиться в заведение, где подавали пиво и легкие закуски.
Заняв один из круглых столиков, стоявших в просторном помещении бара, мы заказали по стакану пива. Стоило им наполовину опустеть, как язык у Марико окончательно развязался, и она поделилась подробностями.
Мужчину 1946 года рождения, с которым она встречалась, звали Фудзинами Таку; он жил в многоквартирном доме, что был построен на месте американской школы в районе Тобэ-ку. Решив купить себе небольшую машину, она отправилась в сервисный центр первого попавшегося производителя, находившийся неподалеку от места ее работы. Менеджером, имевшим с ней дело, оказался Фудзинами – так они и познакомились.
Марико не сказала об этом прямо, но парень, кажется, был высокий и довольно красивый. Он был хорошо образован, добр, никогда не лгал ей и многому успел научить. Я спросил, как долго они были вместе, и Марико сказала, что скоро будет семь лет.
– Вы не задумывались о свадьбе?
– Нет; я сразу поняла, что мы не подходим друг другу.
– Почему?
– Он из тех мужчин, что не подпускают к себе близко. Это же обычное дело для умных людей, верно?
– Хм… – Я невольно кивнул.
– Он холоден, эгоистичен, ай-кью у него сто пятьдесят два. Он отличный спортсмен, но добрый и честный…
Я снова кивнул. Судя по ее словам, Фудзинами казался просто идеальным мужчиной.
Однако стоило заказать вторую кружку, как тон ее изменился.
– Я думала, что он приезжает из Синагава [168]. Он всегда так говорил! Но как-то я увидела адрес в его записной книжке – Ниситобэ-тё, Ниси-ку, Йокогама. Я была очень удивлена, а он заявил, что всегда говорил о Йокогаме.
– Ооо…
– Он еще говорил, что живет с другом в большом особняке, доставшемся от отца. Будь это действительно так, ничего бы не случилось, приди я к нему в гости, верно?
Марико опьянела – ее щеки раскраснелись, а речь стала путаной.
– А потом он заявил, что живший с ним друг открыл в доме школу английского языка для детей, так что теперь прийти я уж точно не могу. Странно, не правда ли?
Я неопределенно кивнул. Она была совершенно пьяна, глаза ее воинственно сверкали.
– Как-то однажды я все-таки решила сходить в этот дом. Я не собиралась входить, просто хотела посмотреть на дом снаружи. И вот, когда он был на работе… Вы же знаете холм Кураями в районе Ниси-ку?
Я не знал, поэтому отрицательно покачал головой.
– Правда? Один из склонов холма почти как скала; на нем растет огромное дерево, крона которого нависает над дорогой – из-за этого там темно даже днем. Говорят, в эпоху Эдо там была тюрьма.
Возможно, на склоне холма под большим деревом когда-то и находилась тюрьма, но еще каких-то десять лет назад в этом месте стояла школа для детей иностранцев. Даже сейчас там оставались деревянные постройки тех времен, но рядом построили жилой дом, похожую на дом с привидениями баню, которая сейчас была закрыта, и автостоянку.
– Рассмотрев имена на почтовых ящиках, я нашла «Фудзинами», поднялась на лифте до его квартиры и нажала на кнопку домофона.
– Что, он разве жил не в большом особняке? – удивился я.
– Да, он заявил, что раньше на том месте был особняк, а теперь многоквартирный дом.
– До того, как там открыли школу?
– Верно, а до этого там был стекольный завод.
Я смутился. К тому моменту я окончательно запутался во времени.
– В общем, я была в шоке, услышав по домофону женский голос. Решив, что это точно его жена, я попросила впустить меня, чтобы немного поговорить.
– О, да вы отважная…
– Да, в чрезвычайных случаях готова на все. Мы поговорили, а когда он вернулся домой, то признался, что уходил рыбачить.
  
– Что? Он не был на работе?
– Тогда я узнала, что он давно уволился.
Похоже, этот Фудзинами оказался человеком, который не говорил ни слова правды.
– Он удивился, застав меня, и спросил, что произошло.