Сестры
— Так о чем ты хотела со мной поговорить? — Теперь его голос звучал на нужной Марине ноте.
— Мне тебя очень не хватает, — зашептала она. — Просыпаюсь каждое утро с одной мыслью: увижу ли тебя сегодня. — Руки ее тем временем расстегивали Кириллу рубашку. — Я так тебя люблю…
Думая, что время разговоров закончилось, Кирилл наклонился поцеловать Марину, но она ловко увернулась.
— Я тоже тебя люблю, — машинально сказал он.
— Правда? — Ее губы скользнули по его груди. — Тогда почему бы нам не пожениться? — Руки уже расправлялись с ремнем.
— Разве так нам плохо? — Кирилл обхватил Марину и попробовал стянуть с нее свитер. Не тут-то было! Она снова выскользнула, и пальцы любовника только мимолетно прикоснулись к ее горячей коже.
— Скажи «да», — хрипло попросила Марина и обнажила красивую, затянутую в чулок ногу. — И я вся твоя.
— Может быть, — Кирилл схватил ее за лодыжку и с силой притянул к себе. — Теперь ты не отвертишься, — шепнул ей в ухо и навалился всем телом.
— Теперь ты не отвертишься, — тихо проговорила она, но Кирилл ее уже не слышал.
Заснули они только на рассвете. Конечно, ни о каком возвращении Марины домой и речи быть не могло. Утром она проснулась раньше Кирилла, приняла душ, приготовила завтрак и только потом мягко разбудила его. Потягивая кофе, исподтишка наблюдая за Мариной Домашней, закутанной в его объемный халат, с лицом, лишенным косметики, но зато выдававшим бурно проведенную ночь, Кирилл всерьез задавался вопросом: а не попробовать ли семейную жизнь еще раз. И сам себе отвечал: может быть, может быть.
7
Катя достала шестой по счету наряд. Разложила его на кровати, критически осмотрела — и снова осталась недовольна. В досаде скомкала ярко-синий пиджак и бросила на пол.
— Артем! Где ты там?
— Что еще случилось? — Муж раздраженно вошел в комнату.
— Мне надеть нечего!
— Катя, перестань, — терпеливо сказал он. — Полон шкаф шмотья, — и снова собрался выйти из спальни.
— Полон шкаф дерьма! — крикнула ему в спину Катерина.
— Что ты сказала? — Он медленно повернулся.
— То и сказала, — тоном ниже проговорила Катя. — Никогда не позволяешь мне что-то самой купить. Все только по твоему вкусу. А ты хоть раз поинтересовался, что нравится мне? — Ее голос снова полез вверх.
— Вот что, жена, — Артем подошел к Кате вплотную. — Наденешь то, что есть. А если еще раз закапризничаешь, получишь от меня сполна.
— Раскомандовался, — проворчала Катя. — Я тебе что, крепостная?
— Ты мне супруга, — веско произнес Артем. — Я тебя кормлю, я тебя одеваю, и ты будешь у меня подпрыгивать столько и тогда, когда я этого захочу. Поняла?
Катя отвернулась. Артем молча подождал ее ответной реплики, не дождался и вышел. Она в слезах вернулась к шкафу.
Через полтора часа выходить, а я еще совсем не готова. Какое счастье, что этот болван сегодня уезжает. Проведу с Эдиком замечательный вечер. Катя посмотрела на дверь и злорадно показала ей нос из десяти шевелящихся пальцев. Что бы я делала без своей отдушины? Билась бы сейчас в истерике на диване. Последняя мысль примирила ее с действительностью. Она сняла с вешалки бледно-зеленое платье, достала туфли и отправилась краситься.
Через полчаса в спальню заглянул Артем. Катя стояла перед зеркалом в одних чулках и пристально себя разглядывала.
— Вот что, Катерина, — серьезно сказал он. — Не дури. Если что узнаю, пощады потом не проси.
— Ты прекрасно знаешь, — с ходу завелась Катя, — что иду я на этот вечер не по своей воле. Мне же материал делать про этот юбилей. И вся наша бригада там будет… — Все равно он мою программу не смотрит.
— Поэтому ты так вырядилась? — Он смотрел подозрительно.
— И поэтому тоже! Мне необходимо отлично выглядеть в кадре! — А если что, найду что соврать.
— Я начинаю всерьез подумывать о том, Насколько нам нужна твоя работа, — процедил Артем. — Ладно, вернусь, поговорим.
Он подошел к Катерине, обнял ее одной рукой, поцеловал.
— Пока, дорогой, — мирно сказала Катерина. — Ты там не очень долго.
— Учти: если что… — Артем не договорил, еще раз поцеловал Катю и, наконец, ушел.
Она в изнеможении опустилась на кровать. Уже не первый раз муж бросал фразы насчет ее работы, и это Катю здорово пугало. Остаться без работы, которую полюбила, оказаться окончательно запертой в золотой клетке, которую начала тихо ненавидеть, — все это Катерине представлялось жуткой перспективой. И Эдик…
Надо быть предельно осторожной, в который раз напомнила себе Катя. Артем шутить не станет.
Однако пора ехать. Она натянула на себя узкое платье, подкрасила губы, снова посмотрелась в зеркало. То, что надо. Улыбнулась. Жаль, Лизка не смогла со мной пойти. Были бы на этой тусовке краше всех.
Эдик ждет у театра. Из ее команды он — единственный. Насчет съемки Катя, естественно, наврала. Никакой материал с юбилея не нужен. Просто иначе Артем никуда бы ее не пустил. А так хотелось пойти на юбилейный концерт с Эдиком — с молодым красивым парнем, не занудой и не параноиком, встретить знакомых, посмеяться, покрасоваться, в конце концов. Она постаралась вспомнить, когда последний раз выбиралась вместе с Артемом хотя бы в ресторан, — и не смогла. Давным-давно. Мотается вечно по делам с какими-то мутными типами и постоянной секретаршей… Кстати, надо бы все-таки поинтересоваться, как выглядит эта пресловутая Тамара.
Катя вышла из такси и огляделась. Однако народу было столько, что Эдика она заметила не сразу. Он скромно стоял в стороне и вертел во все стороны головой. Съезд был знатный: известные актеры, кинорежиссеры, телеведущие, пара политиков и даже мэр города.
«Если бы не я, черта с два мой мальчик увидел бы такое скопление знаменитостей», — довольно подумала Катя. Подпорхнула к Эдику и по-свойски взяла его под руку.
— Робеешь?
— С какой стати, — неискренне ответил Эдик и пожал плечами. — Подумаешь.
Они прошли в фойе, разделись. До начала концерта оставалось пятнадцать минут — как раз выпить по бокалу шампанского. Из круглого холла по широкой лестнице поднялись в буфет. Но там было не протолкнуться, и Катя, шепнув Эдику: «После концерта останемся на банкет для своих», потащила его за кулисы.
Она чувствовала себя как рыба в воде. Многие уже узнавали ее по передаче, и Катя втайне гордилась этим. Эдик ходил за ней, как на веревочке.
На концерт опоздали. Пришлось пробираться по залу, наступая на чужие ноги и бесконечно извиняясь. Вокруг уже хохотали. В темноте Эдик взял Катину руку и долго не выпускал, пока Катя, почувствовав, что ладонь вспотела, сама не отняла ее. Вспомнилось, как давным-давно, в другой жизни, она сидела в темном полупустом кинотеатре рядом с Кириллом и он тоже держал ее за руку. Весь фильм. Что же мы тогда смотрели? Не помню. Что-то серьезное и грустное. Про любовь. Катя усмехнулась. Каким все казалось романтичным! А на поверку? Нет ничего. Пусто. Если любовь существует, то куда же она в таком случае девается?
Со сцены прозвучала удачная шутка, зал грохнул. Катя растерянно улыбнулась. Вот Эдик. Сидит рядом, гогочет. Время от времени смотрит на меня: смеюсь или нет. А что он, интересно, ответит, если я скажу: жить без тебя не могу, ухожу от мужа и перебираюсь к тебе. К тебе! Кто тогда станет за квартиру платить? Снова добренькая Катя? Только Артем мне после развода гроша ломаного не оставит.
Катя вспомнила про сейф и вздохнула. Пока так и не удалось подобраться к нему. А надо спешить! В любую минуту Артем может что-нибудь выкинуть. Как бы так сделать, чтобы он оказался виноватым? При таком раскладе можно было бы слупить с него приличный куш…
Вокруг снова засмеялись и захлопали. Зажегся свет, народ начал подниматься.
— Здорово! — Эдик тоже встал. — Что ты там про банкет говорила?
Катя кисло улыбнулась:
— Пойдем. Выпить нам не помешает.
Они протолкались в узкую дверь и очутились в свете софитов. Кто-то все-таки снимал московский бомонд. Официанты за стойками резво наливали спиртное. Катя и Эдик взяли по стакану джина с тоником и стали прогуливаться в бурлящей толпе.