Террариум 2 (СИ)

«Это точно не дневник» — подумал Лесогон. Может мальчик и узнал, что такое дневник минут двенадцать назад, но он был точно уверен, что эта книжка не он. Слишком уж не похожи действия исследователя на обычную запись событий. Старик весь день, что-то записывает и зачёркивает. При этом он листает страницы не по порядку, а в разнобой.
Тут есть тайна и мальчику очень хотелось её разгадать.
***
Чарующий, манящий, святой свет появился впереди. У всех сразу стало легче на сердце. Сегодня людям повезло. Они не погибли от клыков и когтей зверей.
Когда глаза привыкли к свету, люди увидели поляну с желтеющей, мокрой травой. В середине поляны был посёлок, окружённый стеной из брёвен, которая в свою очередь была окружена рвом с шипами.
Можно было бы радоваться, если бы это не был посёлок «чистых». Один этот факт делал городок зловещим.
Сбоку от ворот весели штандарты зелёного цвета, со славянскими символами солнца посередине. Этим знаком «чистые» показывают, что их великая миссия священна. И что каждого, кто всеми силами пытается выполнить эту миссию, ждёт солнечный город, а всех генетически не полноценных и врагов миссии ждёт лишь темнейший мрак леса.
Перед воротами находился КПП. Солдаты, сидящие на КПП, возле костра, заметили повозку и тут же принялись перекрывать дорогу собой. Эти семь солдат были одеты в чёрную форму, с белыми касками, белыми повязками на руках и белыми перчатками. Значит, эти бойцы были полицаями.
Вооружены они были пистолетами-пулемётами «Никита». У них металлический, цилиндрообразный корпус в сорок пять сантиметров длиной, деревянный приклад, магазин на тридцать патронов, калибра девять миллиметров.
«Никита» дешёвый, лёгкий в производстве и надёжный, и это все его сильные стороны. Скорострельность и кучность стрельбы у него не очень.
— Стоять! — Крикнул солдат с белым беретом. Это был командир отряда.
Рядом с ним стояла большущая псина, размером в метр двадцать сантиметров, с чёрной чешуёй вместо шерсти. У твари была длинная морда, с большими зубами в три сантиметра длинной.
Командир отряда подошёл к повозке поближе. Вместе с ним это сделали ещё два бойца.
— Всем выйти из повозки. — Приказал полицай, предварительно положив правую ладонь на рукоять револьвера.
Защитники помогли вылезти Лесогону и исследователю из повозки. Потом они все встали в одну шеренгу рядом со своим транспортом.
Полицай встал напротив.
— Предъявите документы. — Приказал полицай. Его пёс стал огрызаться.
— Документы есть только у меня господин капитан. — Сказал Исследователь, посмотрев на рукава полицая. — Остальные из монастыря.
Исследователь достал свои документы и передал их полицаю.
Полицай резко взял документы и быстро стал рассматривать. Он пробежал глазами все написанные в документах слова и отдал бумажки. В этот момент он заметил недоразвитое ухо старика. В глазах полицая разгорелся пожар, который, однако, потом быстро потух. Исследователя он не имел права убить, даже если у него из задницы торчит третья нога.
— Теперь мои бойцы проверят ваши вещи. — Полицай приказал трём своим бойцам проверить вещички в рюкзаках пришлых людей, и повозку тоже.
Один боец залез в повозку. Там резко стало шумно. Остальные бойцы забрали у пришлых людей рюкзаки и стали в них рыться.
В одном из рюкзаков нашли книжку Лесогона.
— Что за книга? — Грубо спросил капитан у мальчика.
— "Вечера на хуторе близ Диканьки." — Ответил Лесогон.
— Русская классика. — Капитан улыбнулся. — Одобряю, как и всё наше руководство. — Капитан лично аккуратно убрал книжку в рюкзак. «Чистые» помешены на всём русском и немецком. Особенно на великом русском и немецком. — Отдайте нам оружие и проезжайте.
Пришлым людям дали проехать, и те окунулись в истинную атмосферу государства строгого режима.
Повсюду были флаги и штандарты. Люди на улочках ходили в строгих одеждах, похожих на комбинезоны. То и дело мимо проходили отряды полицаев вооружённых деревянными дубинками и револьверами.
 
На деревянных домах практически не было никаких узоров. Они все были однообразны, серые. Их создавали не с душой, не для себя, а для того, чтобы они просто были, чтобы демонстрировали, как умеют строить строители «Чистой Нации». И лишь административные здания выделялись в этой серости.
В центре посёлка была всеми видная демонстрация силы и жестокости здешней власти. Там были установлены столбы, к которым были привязаны верёвки. На этих верёвках болтались на ветру тела шестерых человек. На груди каждого из них были прикреплены таблички.
На табличке самого левого человека, было написано: «Урод». На всех же остальных написано: «пособники уродов».
Среди мертвецов было три ребёнка. Самый младший из них десятилетний. В таком возрасте человек не может быть ничьим пособником.
Мертвец, который считался уродом, выглядел абсолютно нормально. Это был обычный человек с не той пропорцией черепа.
Наши герои остановили повозку возле местной двухэтажной гостиницы. На первом этаже располагался кабак, а на втором номера.
Кабак был скудноватый на всё. Посетителей здесь было не много, выпивки так же было мало. Здесь даже не было музыки.
Единственные пять посетителей сидели на дальнем столике, возле большого окна и играли в карты. Эти люди судя по одежде и топорам, были дровосеками.
Уставшие и измотанные люди, ехавшие по лесу от самого монастыря, решили поесть.
Исследователь позволил Лесогону купить той еды, какую он пожелает. Лесогон решил полакомиться картофельным пюре, бифштексом и куском пирога с чаем.
Всей еды наложили помаленьку. Это сказывается обстановка в государстве. Из-за неё так мало посетителей в этом месте. Ведь сейчас те, кто обычно ходил сюда гибли на собственной земле, от пуль граждан этого же государства.
«Чистые» уже полтора года воюют друг с другом. Десяток разных организаций вооружили своих сторонников и начали гражданскую войну. Фюрера сместили с паста, а потом убили. На его место сели министры, а наследника кровавого престола изгнали.
Это была их ошибка. Наследник забрал с собой больше двух сотен бойцов, среди которых были даже «рыцари смерти». Потом к нему присоединились некоторые части внутренних войск других поселений.
Из-за нехватки солдат в столице начался настоящий хаос, потом переросший в кровавую бойню в которой погибло сорок процентов населения столицы.
После бойни, некоторые улицы столицы можно было описать небольшим, но очень точным предложением. Пожарище, покрытое ковром из трупов.
И как понятно, эта бойня тоже была ошибкой, ведь она дала революционерам огромный козырь. Теперь куда больше людей хотели сменить власть силой оружия.
Оружия кстати у революционеров оказалось много. Что-то у них изначально было, что-то они со складов спёрли, а что-то им послали с территорий других государств.
Почуяв деньги и шанс пострелять, наёмники со всех земель людей ломанулись на территорию «чистых», где им революционеры давали большую часть сворованных вещей, а так же полную свободу действия. И наёмники стали пользоваться своей свободой. Они стали творить ужасные вещи. Иногда люди не понимали, это солдаты их армии пришли карать, или это наёмники пришли грабить и убивать.
Войска тоже стали творить всё, что хотят. Теперь уродом был не тот, у кого был какой-либо малейший дефект, а тот, кто надо. Например, придут солдаты в один дом отдохнуть. Хозяева не имеют право их не впустить. И увидят солдаты, что-нибудь ценное. Забрать им это конечно не позволит закон, но закон ведь можно обойти. Так вот, увидев, что-нибудь ценное, солдаты тут же обвинят всех жильцов в доме в «уродстве» или в «помощи уродам», и убьют там всех, после конечно заберут всё ценное из дома.
 
А женщинам то, как трудно теперь живётся в этом государстве. Придут солдаты в поселение, изнасилуют там всё, что можно изнасиловать. Потом поселение отобьют революционеры и также изнасилуют там всё, что можно. И так раз за разом. Одни отобьют, изнасилуют, другие отобьют, изнасилуют.