Террариум 2 (СИ)
Через три метра с лева от мальчика показался прудик окружённый камышом. Ещё чуть дальше была развилка. Лесогон на ней повернул направо. Поворот налево вёл в склеп.
Карцер был под землёй, на глубине в два метра. С наружи он очень похож на склеп, так что новенькие сначала путают карцер со склепом. Лесогон тоже перепутал в первый раз. Мальчик никогда не забудет, как он спустился в склеп. Он тогда даже описался. Склеп место жуткое. Сквозняки там по звуку похожи на вой. Их то Лесогон и испугался тогда. А теперь ничего, спокойно ходит туда один, только не очень глубоко. Всё же склеп за десятилетия прилично так разросся и теперь он представляет собой лабиринт, чьи коридору уходят глубоко под землю.
После одного события, вглубь склепа монахи ходят лишь с защитниками. Восемь лет назад пошёл в склеп один монах, да и не вернулся. За ним послали ещё одного и тот тоже не вернулся.
Защитники прошли весь склеп, и нашли пропавших монахов. Они лежали на полу в одном месте. Оба мёртвые. На их телах было много ссадин и царапин. Их словно забили насмерть палкой. И есть одна странность в этом случае. Ни одного зверя в склепе, защитники так и не нашли.
Среди монахов слухи страшные поползли. Были они насчёт покойного брата Мелентия. Ещё при его жизни некоторые поговаривали, что он якобы втайне от всех поклоняется Чертовщине. Да ещё и похаживает к фанатикам ближайшего города Сычев. Из-за этого боги его прокляли. Теперь он живой мертвец. И каждый, кто в одиночку близко к его гробу подойдет, погибнет от его рук.
Защитники же объяснили всё тем, что в склеп как-то проник зверь, да и убил двух беззащитных монахов, а потом убежал. Вот только проблема тут одна есть. В склеп зверь попасть никак не мог. Дверь, ведущая в склеп стальная и толстая. А в самом склепе стены толстые, из камней тяжёлых и больших. И не нашёл никто в этих стенах отверстий через которые мог проникнуть зверь.
Лесогон спустился в карцер. Коридор там узкий и прямой. Помещений всего восемь. Лесогон поставил поднос на пол и взял с крючка на стене лампу. Мальчик её зажёг, поставил на поднос и пошёл дальше. Ему нужна была третья дверь справа.
Дверь была деревянной, массивной. Внизу у неё было прямоугольное оконце, через которое человеку, сидящему в карцере, подавалась еда.
— Брат Тихон, ты не спишь? — Спросил Мальчик.
— Это ты Лесогон? — Спросил уставшим голосом монах.
— Да. — Лесогон присел и поставил рядом с оконцем поднос.
Из оконца показались две худых руки. Они взялись крючковатыми пальцами за поднос и медленно утащили его во тьму камеры.
— Сколько мне ещё сидеть здесь? — Чавкая спросил монах.
— Ещё один день. — Ответил Лесогон.
— Наконец-то скоро я выйду из этого места. Пока шли эти три недели, я осознал свою ошибку. Я попрошу прощения у брата Артемия. Как там сейчас, с наружи?
— Холодно. Середина осени как не как.
— А я, то думаю, что же пол и стены здесь так промёрзли. — Монах говорил без эмоций, словно робот.
Лесогону как бы это странно не звучало, приходилось видеть робота. Не рабочего конечно.
Год назад сюда приходил один бывший сталкер. Он с собой притащил верхнюю половину робота. Робот был весь ржавый, покрытый плесенью и мхом, но всё же такой же красивый и не обычный. Как объяснил бывший сталкер, это первая модель боевого робота. Прототип можно сказать. Таких сделали всего пятьдесят штук, перед самой войной с лесом. Они были медлительные, но зато крепкие. В такого нужно было засадить два рожка патронов 7.62, чтоб он сдох. Эти роботы защищали вместе с людьми остатки не заражённых лесом земель.
По размеру судя по верхней части, роботы были поменьше взрослого человека. Меньше примерно на голову. Раньше у них был белый корпус, блестящий на солнце, а голова похоже на шлем от скафандра.
Бывший сталкер собирался продать останки робота исследователям, хотя бы за не большие деньги. С не столько давних пор все сталкеры ищут, где бы подзаработать немного денег. Ведь два года назад всех сталкеров запретили.
Первыми сталкеров запретили власти НРИ. Они первые догадались, что в лесах больше искать нечего. Все ресурсы и побрякушки прошлого заржавели и сгнили. А если нечего искать, то и сталкеры не нужны.
Для самих сталкеров это был удар ниже пояса. Для них сталкерство было не работой, а призванием. Благодаря им человечество встало с колен, а их в благодарность приписали к безработным и запретили сталкерскую деятельность.
Кто-то конечно сопротивлялся. Особенно самые опытные и известные сталкеры. Таких силой заставляли отречься от их деятельности, после чего их загоняли в армию. Все сталкеры, что в армию попали, теперь стали разведчиками или спецназовцами.
Прочие сталкеры подались кто куда. Кто похуже и почерствей, в бандиты пошли и властям мстить стали. Кто-то свои группировки и банды собрал из разного сброда или других сталкеров. Некоторые спились, другие же стали жить как обычные люди. Но больше сталкеров стали наёмниками. Всё-таки эта профессия больше всего похоже на их любимое сталкерство.
Поднос вновь появился перед Лесогоном.
— Спасибо тебе Лесогон. Пускай боги дадут тебе хорошей жизни.
— И тебе тоже. — Сказал мальчик и ушёл.
Весь остальной день пробежал как-то не заметно. Лесогон до самого ужина читал книгу, а после лёг спать. В монастыре принято ложиться спать рано и рано вставать, чтобы всё успеть.
Завтра Лесогон должен будие ухаживать за больными. Менять им утки, подтирать зады, кормить противными порошками и таблетками. Хотя кто знает. Может быть, боги уготовили мальчику иное задание.
***
Утром Лесогона отправили не в госпиталь, как он думал, а в келью верховного монаха. Келья та хоть и принадлежала верховному монаху, но при этом не сильно отличалась от кельи обычного монаха. Она лишь была чуть больше, и в ней располагался письменный стол.
— Садись на кровать. — Серьёзным тоном сказал верховный монах.
Лесогон подчинился.
— Мальчик мой, сегодня тебя ждёт особое поручение. — Монах положил руку на левое плечо мальчика. — Сегодня ты отправишься в путешествие.
— В какое ещё путешествие? — Удивился Лесогон.
— В очень дальнее. Я посылаю тебя с особым поручением в поселение Арбанас. С тобой поедут двое защитников, а так же один исследователь. Он приедет сюда через пару часов, отдохнёт и вы отправить в путь.
— Но зачем я нужен в этом поселении? — У мальчика начинали появляться слёзы на глазах. Он не хотел покидать своего родного монастыря.
— Ты не обычный ребёнок Лесогон. Тебя нам послали сами боги. В тебе скрыт огромный потенциал. Жизненно не обходимый потенциал не только для тебя, но и для всех людей. — Монах увидел, что у мальчика потекли слёзы. — Утри слёзы сын мой. Ты обязан поехать. Это твоя священная миссия, для которой ты был рождён. Всё отправляйся к себе в келью и приди в себя. Можешь выплакаться, если хочешь.
Лесогон так и сделал. Он вернулся в свою келью и стал там плакать. Он не хотел знать мира за пределами монастыря. Этот монастырь единственное родное для него место. И почему вообще решил старый монах, что он какой-то избранный и особенный. Он ведь обычный, самый обычный ребёнок, без каких-либо особых умений. Насчёт его наверняка ошиблись. Да! Да! Это всё ужасная ошибка. Они перепутали его с кем-то другим.
Вдруг в дверь постучались. Это были друзья Лесогона. Верховный монах послал их сюда. Они успокоили друга и дали ему некоторые вещи. Среди них была одежда. Такая одежда как свитер, кожаные штаны, сапоги и куртка. Ещё были маленький клык, и кубик для игры в кости.
— Они заворожённые. Брат Никон их заворожил для тебя. — Сказал Болеслав.
Лесогон поблагодарил друзей, после чего они вместе поиграли.
Через полтора часа Лесогон познакомился со старым исследователем Денисом Субботиным. Исследователю Субботину шесдисят пять лет. Он почти лысый. У него борода, скрывающая его длинную и тонкую шею на которой были видны все артерии. Нос у исследователя горбатый, брови густые, глаза серые. Правое ухо недоразвитое.