Террариум 2 (СИ)

— Бабушка, поставь пожалуйста чайник. Очень хочется чаю. — Попросил офицер.
— Сейчас внучок. — Сказала старушка.
Пленников завели в уютный и комфортабельный кабинет. В таком было работать одно удовольствие.
Возле левой стены стоял деревянный стул и стол. Справа от стола, комнату освещало окно, под которым находилась тумбочка с сейфом внутри. Справа от окна весела небольшая картина, написанная масленой краской.
Левее стола находился шкаф, сделанный из массивных кусков дерева.
Прямо напротив стола стояло два стула. На них то и посадили пленников.
Хозяин кабинета сел за стол и облокотился на спинку стула. На его лице появилась улыбка.
— Я Вадим Шуппе. Думаю, вам известна моя фамилия, если конечно вы не в пещере жили последние… лет сто. — Сказал офицер. Конечно, его фамилия была у всех на слуху. Ведь это была фамилия Гитлера нового времени и по совместительству фюрера Нации Чистых. Фюрера как было уже сказано, убили, а вот сынок его остался, потому-что сбежал вовремя с большим количеством войск. Значит перед Лесогоном сидит именно он. Наследник кровавого престола.
— Я Денис Субботин, исследователь. А это Лесогон. Просто Лесогон.
— Необыкновенное имя у необыкновенного мальчика. Как интересно.
— Простите, но на каких основаниях вы нас сюда привезли. Вы же должны знать, что вы не имеете право нападать на исследователей?
— Должен и знаю. Вы… — В кабинет зашла старушка с кружкой чая в руках.
— Всё как ты любишь мой дорогой. — Сказала старушка.
— Спасибо бабушка. Иди, отдохни. Мои люди доделают домашние дела за тебя.
— Хорошо дорогой мой. — Старушка ушла.
— Так вот… Я знаю, что я могу, а что не могу. Вы господин исследователь не сообщили никому, что движетесь по этой дороге. И даже не повесели опознавательный знак на свой транспорт! А знаете почему? Потому-что вам было, что скрывать. И как оказывается это, что-то, пацан с необыкновенными способностями. Мутант, а значит урод. А это значит, что вы укрывали у себя урода и вас нужно вздёрнуть!
— Да, какой же он урод. Посмотрите. У него все руки ноги на месте. Лишних нет. Отростков нет. Коры на коже нет. Он обычный мальчик. Мой ученик. — Объяснился Субботин.
— Обычный. — Шуппе ухмыльнулся. — Настолько обычный, что даже дрессированные животные рядом с ним глотки рвут своим хозяевам. Не несите чушь господин исследователь, а лучше расскажите правду. Пока, я из вас её не вытряс. — Шуппе отпил из кружки чаю.
— Да обыкновенный он господин офицер. У той собаки наверняка было бешенство, вот и всё.
— Даю вам ещё один шанс.
Лесогону стало страшно за старого исследователя.
— Нечего мне вам сказать. Всё случившееся было недоразумением и совпадением. Отпустите нас и…
— Заткнись старый дурак! — Сказал резко Шуппе. — Тебе, что сука жить не охота?! Сдохнуть хочешь?! Ну, если это так, то пойдём, я помогу тебе, окочурится чуть раньше намеченного срока! Бойцы ведите их в пыточную!
Два солдата схватили Лесогона и Субботина и увели их прочь из дома. На улице их пинками и матом погнали в землянку с каменными стенами. В след за ними шёл Шуппе.
В пыточной было темно и жутко. Она освещалась слабенькой спиртовой лампой стоящей на столике с длинными ножками. В её свете был виден труп мужчины с изодранной кожей.
Шуппе подошёл к трупу и скинул его на пол.
— Посадите господина исследователя на стул переговоров. — Шуппе вновь улыбнулся.
Субботин сопротивлялся, хотя был беспомощен словно цыплёнок.
Шуппе в этот момент снял с себя куртку. Под ней была серая майка со странным изображением на груди. Изображение было жёлтым кругом с улыбающимся лицом, нарисованным очень примитивно.
— Так уж и быть господин исследователь, я дам вам ещё один шанс. Обещаю, если вы всё мне расскажите, я тут же вас отпущу. — Сказал Шуппе, подойдя к столику.
Лесогона поставили на колени, рядом со стулом.
— Прошу вас не… — Лесогон не успел ничего сказать. Субботин его перебил:
— Молчи Лесогон!
Старик тут же получил мощный удар кастетом в живот, а потом сразу в левую щеку.
 
Шуппе бить умел.
— Ну.… Давай старик! Говори! Мне самому не нужны проблемы с исследователями, но из-за твоего мальчишки погибли мои люди, и я хочу знать почему!
Старик не отвечал. Изо рта у него текло крошево из зубов и крови.
— Кто бы мог подумать, что какой-то там исследователь может быть настолько упёртым и крепким. — С лица Шуппе не слезала улыбка.
Исследователь принял ещё один удар в живот. Говорить он не стал. За место этого он как в книжках плюнул в Шуппе кровью, испачкав тому майку.
Сын фюрера обозлился и сделал три удара в разные участки организма. При последнем ударе у старика, что-то хрустнуло в боку.
Лесогон заплакал. Он не хотел смерти исследователя.
В пыточную забежал солдат.
— Господин Шуппе! У нас собаки в загонах взбесились! И на каменоломне тоже. Ранены двое бойцов.
— Интересно. — Шуппе посмотрел в глаза старику. — Так значит он обыкновенный, да? Хе-хе-хе-хе.
Старик молчал.
— Ладно, хорошо, можешь не отвечать. Я и так уже во всём убедится.
— Он обыкновенный мальчик.… В нём нет ничего… не… обычного. — С трудом сказал старик.
— Вот упрямый осёл. — Шуппе резко взял со столика нож и перерезал горло старику.
Субботин упал со стула и стал кататься по полу, туда-сюда. Он хватался за горло, но кровь у него была слишком жидкой, чтобы пальцы могли её остановить.
Лесогон кричал и плакал, и проклинал поганого офицера.
Шуппе было на это наплевать. Ему сейчас был интересен лишь процесс смерти старика.
Пол вокруг исследователя был залит и измазан кровью. Кровь у старика телка из горла, рта и носа. Через секунду она стала течь медленнее и не в таком количестве, а ещё через секунды четыре, перестала идти вовсе. Старик скончался.
Лесогон подполз к телу на четвереньках и закрыл старику глаза.
— Зря он был таким упёртым. Мог бы ещё пожить. — Улыбка с лица Шуппе всё не слезала и не слезала. Лесогон решил содрать её с лица ублюдка сам.
Он вскочил на ноги и набросился на Шуппе. Тому ничего не стоило схватить его и ударить хорошенько по лицу, при этом смеясь.
Лесогон упал на пол, в лужу крови. Больше он не лез на рожон.
— Теперь ты мой пацан.
— Нет…
— Мой. Ещё как мой. Ты будешь мне служить, как верная псина. Даже вернее. А если не будешь, то…
— Никогда!!! — Закричал мальчик.
— Ты, что бляха сын этого старлея?! Тоже будешь упрямиться?! Видимо, тебе не хватило страданий на сегодня?! Ну, раз так, то пойдём за мной! Я дам тебе ещё один урок! Бойцы ведите его к газовой камере!
Лесогона вывели из пыточной и повели по дорожке в южную часть лагеря.
Возле самой стены там стояло не большое и жуткое строение. Это был металлический с прочной дверью с засовом. От куба шла труба к печи.
— Привести сюда заключённых из второго барака. — Приказал Шуппе.
Двадцать солдат побежали на восток, к ряду бараков.
— Сейчас мальчик ты увидишь всю силу моего убеждения. — Сказал Шуппе Лесогону на ушко, улыбаясь.
Из барака привели примерно шестьдесят человек.
— Каждого пятого раздеть и завести в камеру. — Приказал Шуппе.
Заключённые стали сопротивляться. Их усмеряли деревянными дубинками и прикладами автоматов. С людей срывали одежду и кидали их в камеру. Один из заключённых крикнул:
— Ублюдок евгенивый! Чтоб ты сдох страшной смертью! — Заключённого ударили в висок прикладом.
— Не надо! Прошу не надо! Я согласен! — Закричал Лесогон.
— Поздно мальчик. Я хочу научить тебя отвечать за свои поступки. Хочу, чтобы ты увидел, каким я бываю жестоким.
Заключённые с трудом вместились в камеру. Они там были почти как сельди в банке.
 
— Начинайте! — Отдал ужасный приказ Шуппе.
Здоровенный солдат наложил сушёных ядовитых растений в печку и поджог.
Минуты три ничего не происходило, но потом начался ад. Раздались приглушённые металлом крики. Людей в камере словно резали, рубили и жгли одновременно. Стали слышны сильные удары по металлу.