Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма (СИ)

Ведьма… Настоящая ведьма. И я теперь даже приблизительно не понимала, на что свекровь может быть способна. Я никогда не сталкивалась с настоящим колдовством.
Да, Вито говорил о том, что она не имеет право применять колдовство к членам семьи, но что-то мне подсказывало, что в моем случае это ее не остановит. Мегера прямым текстом сказала, что не считает меня частью семьи… пока я не стану матерью наследника. Но собственный муж избегает меня. И такими темпами подобное событие если и случится, то очень и очень нескоро. Но теперь было понятно, почему он столько времени ни о чем не спрашивал — он все и так знал. И даже забрал зеркало.
  
Да, это радовало. Я все еще с грустью вспоминала о Желтке, но теперь могла быть спокойна, что тот не вернется. Я рада, что это проклятое зеркало было теперь у Вито. Хода больше нет.
Но одна фраза, все же, осталась мне непонятной: подозревает ли что-то ведьма или боится? Это говорилось обо мне, но чего во мне можно бояться? Что Вито увлечется и поставит меня выше собственной матери? Глупости. Мне это точно не грозит.
Я приняла решение, что теперь расскажу обо всем Пилар. Она должна знать, с кем мы имеем дело. Чтобы быть внимательнее, осторожнее. Только как начать?
Я подоспела к главному входу как раз вовремя — встречали Ромиру. Та уже вышла из экипажа и приветствовала свекровь. Кроткая, беленькая, с опущенной головой. Сейчас ведьма не расселась — встречала на ногах, вся буквально сияла. И в ответ на поклон радушно расцеловала девицу в обе щеки. А вот женишок бедняжки стоял с кислой миной, будто вляпался в собачью кучку…
Я стояла в отдалении у подножия лестницы, не стала подниматься — поприветствую девицу позже. Но буквально шкурой чувствовала, что свекровь безошибочно отыскала меня глазами и бросала прожигающие взгляды. А мне теперь казалось, что от нее буквально разило колдовством. И что она знает, что я все подслушала. И вся она будто стала другой. Из вздорной истерички превратилась в опасное чудовище вроде ледяного змея. Будто увеличилась в размерах, стала еще внушительнее, монументальнее. Заполнила собой все пространство. Не знаю, сколько времени мне теперь понадобится, чтобы все это улеглось в голове… Вот бы узнать, что за история произошла тогда при дворе… Вито обвинил мать в ревности. Да… я бы многое отдала, чтобы разузнать, что это за история, и чем ведьма так провинилась…
Я дождалась, когда все вошли в дом, и поспешила к себе. Я замерзла, ноги давно промокли.
Пилар всполошилась, когда я вошла, помрачнела:
— Барышня, миленькая! Да где же вас носило столько времени? Я же места себе не находила! Ну? И в парке вас искала. А вы как сквозь землю провалились! Где вы были? — Она бесцеремонно взяла меня за руку, покачала головой: — Ледяные же! А ноги? Наверняка промокли! Не хватало только заболеть! Весна коварна, сами знаете.
Я покачала головой:
— Не переживай, я совсем не замерзла.
Пилар недоверчиво поджала губы. Молчала.
— Я гуляла в парке. А потом все встречали девицу Тельес-и-Сора.
Та кивнула:
— Да, я экипаж из окна видала. Надеюсь, эта ведьма теперь найдет себе другое развлечение, а от вас, наконец, отвяжется. Пусть теперь над доньей Ромирой измывается.
Я замерла, глядя на Пилар. Да… теперь слово «ведьма» звучало совсем иначе. И я все еще никак не могла поверить, что поняла все правильно. Неужели настоящая ведьма? Самая, что ни на есть?
Пилар покачала головой:
— Что-то на вас совсем лица нет. А я вот возьму и обрадую. И вы вмиг обо всем позабудете!
Мне стало совсем не по себе:
— Давай сегодня без сюрпризов. Ладно?
Пилар лукаво улыбнулась:
— Так этот хороший. Вы с ума сойдете от радости!
Во рту разом пересохло. Я не хотела больше никаких сюрпризов. Ни плохих, ни хороших. Довольно на сегодня сюрпризов! Но Пилар буквально светилась от счастья. И все косилась куда-то в угол.
Я сглотнула:
— Ну? Что за сюрприз?
Она ухватила меня за руки, сжала, заглядывая в лицо:
— Барышня, миленькая, наш Желток вернулся!
  
Глава 34
 
Меня бросило в жар. Я нервно огляделась, посмотрела на Пилар:
— Не шути так. Не надо.
Та всплеснула руками, широко улыбнулась:
— Донья, миленькая, какие же шутки? Кто же таким шутит? — Она деловито уперла кулаки в бока и пошла вглубь комнаты: — А ну! Выходи, давай, паразит! Выходи! Я знаю, что ты здесь!
Замерла, выжидая. Но ответом была лишь тишина. И у меня буквально от сердца отлегло. Пилар показалось. Показалось. Иначе и быть не может. Просто она тоже очень скучала по Желтку.
— Перестань. Нет его здесь.
Я потянула завязки напитавшегося сыростью плаща и в изнеможении опустилась на стул. Только теперь поняла, насколько устала. Просто смертельно.
Пилар растерянно повернулась:
— Барышня, ну ведь не сошла же я с ума! Я своими собственными глазами его видала какой-нибудь час назад. Он же тут все перевернул и снова в комод пытался залезть. Ну! Я его кочергой гоняла! Клянусь!
Я опустила голову. Сердце все еще трепыхалось от волнения, никак не могло успокоиться. Наверное, стоит все рассказать прямо сейчас, так и мне легче станет. И Пилар перестанет сочинять небылицы. Да и момент — лучше не выдумать.
Та снова пошла по комнате:
— Желток! А ну, выходи! Выходи, кому сказала!
Я окликнула ее:
— Перестань, слышишь! Прекрати! Нет его здесь. И быть не может.
Пилар с недоумением посмотрела на меня:
— Почему вы так уверены? Ведь, как удрал, так и вернуться может.
Я кивнула на стул:
— Иди, сядь рядом. Я поговорить хочу.
Она выполнила просьбу, но все еще растерянно осматривалась. Я слишком хорошо ее знала, чтобы понимать, что не врет. Наверняка гоняла мышь, а остальное нафантазировала. А может… и вовсе проделки этой ведьмы. Если я, пусть и формально, член семьи, то применить колдовство к моей Пилар ведьме ведь никто не помешает… Теперь ни за что нельзя ручаться… И ее рука теперь будет представляться в каждом шорохе. От этой мысли стало совсем не по себе.
Наконец, Пилар пробормотала, опустив голову:
— Ну… как же так? Я же сама видала… Он просто хитрый. Очень хитрый.
Я облизала губы. Все еще не представляла, как буду рассказывать. Взяла Пилар за руку и сжала кончики пальцев.
— Желток не вернется. Никогда. Я сама прогнала его, слышишь? Он не сможет вернуться.
Та растерянно уставилась на меня:
— Прогнали? Зачем? Ведь вы его так полюбили.
Я нервно сглотнула:
— Да, полюбила, очень. Но так было нужно…
Кажется, Пилар просто не верила собственным ушам. Я никогда не видела ее настолько потерянной. Я постаралась рассказать ей про Желтка, как можно понятнее и проще. Скрыла только одно — что грифоныш говорил со мной. Или не говорил… Теперь я и сама в это не верила. А вот откровения про свекровь выбили почву из-под ног моей Пилар окончательно.
Она сидела, задеревенев. Побледнела. Лишь таращилась на меня и хлопала черными глазами. Наконец, с усилием сглотнула ком в горле:
— Да где же вы такое услыхали, барышня?
Я опустила глаза. Признаваться в том, что специально пошла тайным ходом, я не хотела даже Пилар. Будут лишние вопросы. Да и стыдно…
— Так получилось. В парке подслушала. Выдать себя было неудобно, и я спряталась. А потом и вовсе… как после такого показаться?
Пилар, наконец, встрепенулась, будто очнулась, деловито оправила передник на коленях:
— Эта сеньора, конечно, та еще ведьма, и колдовства никакого не надо… но что б взаправду… Это, уж, слишком, барышня. Быть не может! Сами знаете: люди говорить-то говорят. Только никто же своими глазами не видал. Ну, никто! А эта, похоже, как мачеха ваша — только воду мутит, чтобы страху нагнать. Да еще и Желтка подослала… да куда ей?! В рог вас скрутить не получилось, вот и бесится. Может, вы что не так услыхали?
  
Я покачала головой:
— Все так, Пилар. Никакого сомнения. В этом-то и дело… Я своими глазами видела, как Желток в зеркало ушел. Мой муж сам сказал, что забрал это зеркало, чтобы грифоныш не вернулся. Он сказал, что здесь никто, кроме его матери, не может сделать такой ход. Понимаешь? Почему не верить остальному? А потом я вспомнила, что когда была в покоях у свекрови, видела там точно такое же зеркало.