Спящие боги Инадзумы (СИ)

Кэйа вдруг усмехнулся.
— А может, ключевую роль сыграл тот факт, что Дилюк заплатил капитану щедрую компенсацию.
Щеки Дилюка слегка покраснели. Аяка, прикрывшись веером, бросила в его сторону заинтересованный взгляд. Будучи представительницей комиссии Ясиро, она всегда старалась поступать по совести, и честность Дилюка пришлась ей по душе.
— Вот как? — повернулся к Дилюку Венти. — Я знал о разговоре Кэйи с капитаном, но я и подумать не мог, что ты за меня заплатил. Спасибо, Дилюк. Я…
— «Компенсирую тебе все, когда вернемся в Мондштадт»? — пробормотала Паймон.
— …очень это ценю, — закончил Венти.
— Не стоит, — сдержанно отозвался Дилюк. — После этого инцидента мы без приключений добрались до Инадзумы и встретились с вами.
— И вот мы все здесь, — заключила Люмин, обводя взглядом своих друзей.
Удивительно. В чайном доме «Коморэ» никогда не было так людно, и никогда в нем не собиралось разом столько людей, заряженных одной идеей. Люмин отправлялась в Инадзуму, охваченная дурными предчувствиями. И хотя тревоги прежних дней все еще не отпустили ее, у нее появилась надежда, что вместе они сумеют одолеть любое зло.
— Давайте подведем итоги, — поднявшись, сказала она. — У нас есть несколько важных зацепок, и нам придется разделиться, чтобы их изучить.
— Выкладывай, — кивнула Бэй Доу.
Тома раздобыл пробковую доску и, записывая за Люмин, начал одну за другой вывешивать на нее бумажки с зацепками.
— Во-первых, природа сонных чар, — загибая пальцы, начала Люмин. — Сяо прав. Мы должны понять, как они работают. Почему было две волны? Почему вторая волна была больше первой? Почему сегун Райдэн и Яэ Мико уснули, а Итто — нет?
— Я займусь этим, — вызвалась Кокоми. — Я все-таки медик. А еще кое-что смыслю в магической энергии. Попробую осмотреть уснувших.
«Кокоми», — подписал Тома карточку с первой зацепкой под названием «Природа чар».
— Вторая зацепка, — продолжила Люмин. — Это демоны. Нужно понять, откуда они взялись.
— Запиши меня, — велел Сяо Томе. — Я немного разбираюсь в демонах.
— И меня! — выпалил Итто. — Мне понравилось их крушить.
— Только если обещаешь не падать в обморок посреди боя, — усмехнулся Сяо.
Итто вызывающе хмыкнул.
— Я Итто «Сильнейший» Аратаки! И я не падал в обморок, это была… э-э… тактическая необходимость прилечь.
Сяо взглянул на него с насмешкой.
— Не сомневаюсь. Я просто предупреждаю. Ты уже потерял много сил в сегодняшнем бою, так что не лезь на рожон.
— Это он так заботится, — шепнула Паймон на ухо Итто.
К счастью, Сяо не услышал.
— Третья зацепка, — сказала Люмин, когда Тома записал на вторую бумажку имена Сяо и Итто. — Воронка в Тэнсюкаку. Не просто так она появилась во время второй волны. Мы должны исследовать ее и понять, как она связана с пробудившимся Архонтом. Мы с Паймон этим займемся.
Сяо хотел было возразить, но под настойчивым взглядом Люмин промолчал. Люмин не хуже него чувствовала энергию Архонтов, и упускать возможность изучить воронку было неразумно.
— Наконец, исчезновение Аято. У нас пока нет уверенности, что оно связано с Архонтом, но мы в любом случае должны его разыскать. Пускай этим занимаются Аяка и Тома, как изначально и планировалось. Остальные могут по желанию присоединяться к этим четырем группам.
Ни у кого не нашлось возражений.
— Кроме того, есть еще одна вещь, которую пока сложно назвать зацепкой. Это странная энергия, не похожая на силы Архонта. Мы с Сяо оба ее ощущаем, но она блокирует наше восприятие. Нужно разобраться, откуда она взялась. Следите за любыми необычными явлениями или элементальными всплесками.
Венти кивнул и, подавшись вперед, добавил:
— А еще Фатуи.
— А что Фатуи? — осторожно поинтересовалась Паймон.
— Венти прав, — сказал Дилюк. — Тома упоминал о том, что в последнее время по всей Инадзуме перехватывали письма. Итто — я правильно запомнил имя? — говорит, многие Фатуи пытались отомстить за смерть Синьоры и чинили неприятности. Слишком много факторов указывает на их возможную причастность.
 
Люмин и Паймон переглянулись.
— Но у нас пока нет улик, подтверждающих их причастность, — развела руками Паймон.
— Но нет и улик, опровергающих ее, — заметил Кэйа. — Если Фатуи действительно недовольны смертью Синьоры и переменами в Инадзуме, они могли подстроить нечто подобное.
Люмин вздохнула. Тарталья заверял ее, что Фатуи не имеют к инциденту в Инадзуме никакого отношения, но… Тарталья мог заблуждаться. Или обманывать. Люмин не могла доверять ему до конца. Она кивнула и велела Томе записать зацепку, связанную с Фатуи.
— Пока мы не знаем, что именно нужно искать, — сказала она напоследок. — Поэтому будем действовать по обстоятельствам. Внимательно смотрите по сторонам и сообщайте о любых своих подозрениях или предположениях. Расследованием займемся завтра. А пока давайте проведем последний спокойный день с пользой и как следует отдохнем.
 *
Когда Сяо заглянул в маленькую комнату за стойкой чайного дома «Коморэ», Тарталья уже пришел в себя. Он сидел, привалившись к стене, и смотрел в окно, за которым на Инадзуму уже опускалась звездная ночь. Бледный, ослабевший, но живой. Магия Кокоми и впрямь была способна на чудеса.
Странно. Сяо столько думал о том, что сказать, но стоило ему увидеть своего спасителя, и слова улетучились.
— Зачем ты это сделал? — спросил Сяо.
Тарталья сипло рассмеялся.
— И это все? Ни тебе «спасибо», ни «как себя чувствуешь»? Хороша благодарность, ничего не скажешь. — Он посерьезнел. — Эй. Ты думаешь, у меня на все есть «хитрый и коварный план типичного Фатуи»?
Сяо оперся на дверной косяк и, скрестив руки на груди, тоже посмотрел за окно.
— Хм, — проговорил Тарталья. — Ты и правда так думаешь. Ты ошибаешься.
Он выпрямился, хоть это и потребовало от него немалых усилий, и упрямо вздернул подбородок.
— То, что в первую встречу мы с тобой оказались по разные стороны баррикад, лично для меня ничего не значит. Я лишь выполнял свой долг. Да, я поступил глупо, и теперь сожалею об этом. Но я не хочу провести всю жизнь в ожидании чужого прощения. Я выбрал двигаться дальше. Люмин поняла это и тоже выбрала двигаться дальше, поэтому мы и стали товарищами.
— Значит, ты спас меня из-за нее, — произнес Сяо. — Чтобы заслужить ее доверие.
Тарталья сощурился.
— Знаешь, в чем твоя проблема, Адепт? Ты слишком много думаешь. В прошлом тебя немало предавали и обманывали, и теперь ты всюду ищешь подвох. Ты выбрал не доверять людям, потому что в прошлом доверялся им слишком сильно и многое из-за этого потерял.
Сяо стиснул руку в кулак и впился яростным взглядом в нахальное лицо Тартальи. Сначала ему захотелось за мгновение возникнуть у его кровати и напомнить угрозы, озвученные им на «Алькоре». Этот мальчишка работал на Фатуи, он натравил на его родное королевство Осиала, он едва не уничтожил нацию Ли Юэ — и теперь имел наглость рассуждать о чужом прошлом и о доверии!
Но потом Сяо медленно разжал руку и отвел глаза.
Тарталья, Бездна его забери, был прав. Сяо не забыл свою первую встречу с Самигиной. В тот день он думал, что может ей доверять. Он был наивен и глуп, и цена, которую пришлось отдать за собственные заблуждения, оказалась непомерно высока.
Сяо до сих пор расплачивался за ошибки прошлого.
Освободившись от влияния Самигины, от терзавших его ужасов, Сяо поклялся никому и никогда больше не доверять. Он всегда ждал удара. Он знал, как легко обернуть против человека его же чувства, а потому запер их под надежным замком, заковал сердце в невидимую броню и отталкивал всякого, кто хоть немного ему нравился.
Ведь если ты подготовишься к худшему, ты никогда не будешь разочарован.
— Хочешь знать, почему я тебя спас? — спросил Тарталья. — Я не могу дать тебе ответ на этот вопрос, потому что и сам его не знаю. Я увидел демона, который намеревался нанести тебе смертельный удар. И понял, что не могу допустить даже мысли об этом. Почему? Я бы и сам хотел понять. Может, я сделал это ради Люмин. А может, не все мы одинаковые. Даже среди Фатуи.