Кузнец (ЛП)

Сорча одобрительно кивнула. Фиа чуть заметно улыбнулась. У дверей ее охранники распахнули створки — и, затаив дыхание, Эйслинн вошла.
Гул стих. Но вместо раздражения в воздухе повисло напряженное ожидание. Как наследница и единственная представительница дома Дарроу, Эйслинн знала: встреча не начнется без нее.
Сделав шаг — неуверенный, но твердый, — она направилась к своему месту во главе стола. Фиа встала чуть позади, с папкой документов в руках. Сорча заняла позицию рядом с другими йоменами — места за столом были только для знати.
  
Эйслинн стояла во главе и встречалась взглядом с каждым, кого успевала заметить. Падраик Баярд был здесь — он никогда не упускал случая появиться в Дундуране. Эрл Старли, без сомнения, надеялся увидеть леди Лизбет. Барон Морро тоже явился — говорили, он искал любой повод покинуть свое поместье после смерти жены. Кроме них — еще несколько вассалов и йоменов, ранее отсутствовавших на летнем собрании. Теперь их было больше пятидесяти — почти вдвое больше, чем в прошлый раз.
Пришли посмотреть, как будет корчиться наследница.
Она отказалась развивать эту мысль. Щеки запылали.
«Никогда не позволяй им получить больше, чем ты готова», — говорила ее мать.
Она уже собиралась занять место, когда двери вновь отворились.
Один из охранников заглянул внутрь:
— Миледи, там…
Эйслинн увидела знакомый развевающийся черный плащ. Сердце сжалось, но голос ее прозвучал спокойнее, чем она чувствовала:
— Да, впусти его.
После короткого колебания охранник открыл двери шире, и в зал вошел Алларион.
По комнате пронесся приглушенный вздох.
— Миледи, что все это значит? — воскликнула леди Лизбет. Паника в ее голосе говорила за всех.
— Лорд Алларион. Добро пожаловать, — спокойно сказала Эйслинн.
Алларион поклонился.
— Благодарю вас, миледи. Для меня честь находиться здесь, среди столь уважаемого собрания.
Он ступал бесшумно, словно горная кошка. В абсолютной тишине он отыскал взглядом Сорчу и остановился у стены рядом с ней. Его взгляд скользнул по залу мягко, почти лениво — и все же Эйслинн показалось, что он развлекается.
Сев на свое место, она положила руки на полированный стол. Пауза затягивалась. Она произнесла:
— Прошу, занимайте места. Мы можем начинать.
Совет медленно начал рассаживаться, но взгляды метались — от нее к Аллариону и обратно.
— Лорд Алларион вступил во владение поместьем Скарборо, — начала она. — А значит, имеет полное право присутствовать на этом заседании.
Несколько человек уставились на нее так, будто захлебнулись воздухом. Эйслинн позволила им повариться в изумлении еще пару мгновений, прежде чем перейти к сути.
Чем раньше начнем — тем скорее закончим.
— Теперь, когда вы все…
— Он фейри! — воскликнул Падраик Баярд, вскочив.
— Да, милорд. Я в курсе.
— Он не может… не должен…
Его взгляд на Аллариона был одновременно паническим и абсурдным.
— Как вы знаете, — продолжила Эйслинн, — король Мариус даровал благословение на интеграцию представителей других народов в наши земли. У Аллариона есть документ, подписанный мной и моим отцом.
— Но, миледи, — попытался возразить барон Бергойн, один из южных вассалов, — предоставлять такие права чужаку…
— Никто не претендовал на Скарборо десятилетиями, — спокойно ответила Эйслинн. — Алларион делает нам одолжение, занимая и восстанавливая эти земли. Более того, продажа помогла Дундурану покрыть взносы этого года. Как только вопрос с моим братом будет решен, я верну вам разницу между нынешними и прошлогодними сборами.
По залу прокатилось зашептанное бормотание. Отец Эйслинн частенько говорил:
— Деньги говорят, даже если у них нет рта.
— Итак, — продолжила она, — я не желаю больше слышать споров на этот счет. Жители Дарроуленда усердно трудились, чтобы стать частью наших сообществ. По всем отзывам, они — добропорядочные соседи. Мой отец всегда отстаивал идею Дарроуленда как вотчины свободы и достоинства — как для людей, так и для иных народов.
— Но фейри… — прохрипел эрл Старли. — Они преданы только своей королеве.
— С вашего позволения? — Алларион шагнул вперед и выждал, пока Эйслинн кивнет.
— Не все фейри верны королеве, — сказал он. — При ее дворе существует инакомыслие. Я ушел оттуда, потому что устал от интриг. Я искал спокойное, доброе место — и нашел его в Скарборо. Я присягнул на верность дому Дарроу, как и вы.
Он вернулся на свое место рядом с Сорчей, глаза которой были широко распахнуты от неожиданности.
Эйслинн прочистила горло.
— Благодарю вас, лорд Алларион. Ну что ж, можем ли мы теперь начать?
Несколько приглушенных перешептываний и недовольных вздохов — но, в конце концов, совет согласился.
Пока Фиа делала записи, Эйслинн вела заседание. Как только обсуждение перешло к делам, она обрела уверенность. Нужно было рассмотреть отчеты о урожае, определить участки для зимнего выпаса скота, рассмотреть уголовные дела. Среди прочего тревожили известия маркграфов о росте числа краж в торговых городах.
— Разве мы не наблюдаем подобное каждый год по мере приближения зимы? — спросила Эйслинн.
— Так и есть, миледи, — откликнулась маркграф Холт — молодая, но уже опытная женщина, унаследовавшая свой титул в десять лет. — Однако в этом году волна преступлений началась значительно раньше. Если тенденция сохранится, мои фермеры столкнутся с трудностями уже этой зимой.
— Есть предположения, почему это происходит?
Холт моргнула, словно не ожидала, что ее спросят напрямую. Эйслинн, не отводя взгляда, ждала ответа. Кто, как не она, должна знать?
— Мои шерифы подозревают, что в пограничных землях начались волнения. До нас доходят слухи, что один из орочьих вождей пытается объединить племена, чтобы сдержать натиск пирроссов на их границы. Это, наряду с недавними кампаниями вашего отца, возможно, подталкивает мелкие группы на север, ближе к нашим землям.
Интересно. Если это правда, то повод вернуть отца домой становится все весомее.
— Пока вы в Дундуране, подготовьте, пожалуйста, письменный отчет о ситуации и ее возможных причинах. Я прослежу, чтобы он попал в столицу. Если Пиррос и орки действительно готовятся к войне, Эйреан должен быть готов.
— Конечно, миледи.
— По возвращении соберите всю возможную информацию у шерифов и обеспечьте компенсации пострадавшим. При необходимости увеличим число патрулей в регионе — пусть увидят, что мы не бездействуем.
Холт с облегчением кивнула.
— Так и будет, миледи. Благодарю вас.
— Также разрешаю задерживать тех, кого поймаете с поличным, до весны. Тогда мы рассмотрим дела официально.
Это вызвало одобрение у других маркграфов. Атмосфера в зале заметно потеплела. Обсудили предстоящую зиму и возможные строительные проекты на весну.
Хотя Эйслинн заранее страшилась этой встречи, теперь она чувствовала, что справляется. Руки были сжаты под столом, чтобы не дрожали, и в груди все еще клубилась тошнота, но она находила в происходящем ритм — рабочий, конкретный.
Но как бы ей ни хотелось оттянуть этот момент, избежать его уже было нельзя.
— Есть еще один вопрос, который мы должны обсудить.
Кто-то откинулся на спинку стула, кто-то отвлекся — она чувствовала, что завладела вниманием лишь вполовину. Но продолжила:
— Мне стало известно, что мой брат Джеррод собирает отряд наемников вдоль границы с Каледоном. Он намерен выступить с этими силами, чтобы вернуть Дундуран.
Холод пробежал по залу. Землевладельцы молчали, потрясенные.
  
— Неизвестно, во что это выльется — если вообще выльется. У Джеррода осталась лишь его фамилия. Я уже отправила послание отцу с просьбой вернуться. Но если дойдет до открытого конфликта, я надеюсь, что могу рассчитывать на каждого из вас — на вашу помощь в защите Дарроуленда.