Э - 5 (СИ)

— Изяслав, думаю, нам нужно поговорить, — настойчиво произнес магистр, попытавшись поймать меня за руку. Но я легко увернулся от его ладони и вышел из штаба. Следом выбежал криво улыбающийся Борис. Ему реакция Вячеслава явно доставила удовольствия не меньше, чем мне. Хотя, чем закончится этот конфликт, было совершенно непонятно.
Мне категорически не нравилась позиция магистра по Алоэн. Тварь выживала только за счет его покровительства. Кроме того, его слова о новой аристократии расходились с делами. Вернее, он действительно уважал и считался с одаренными, но в то же время ставил себя куда выше и пытался требовать. И этот диссонанс меня просто выбешивал. Либо крестик сними, либо трусы надень. Одно из двух.
— Вначале к нашим, я должен забрать из карантина Заю и Мишу, — сказал я, когда Борис попытался увести меня в сторону. Разведчик тут же кивнул, совершенно не собираясь спорить. Понятно, что им наш разлад был только на руку, но черт возьми мне наплевать, кто будет на самом верху в этом поселении. Главное, чтобы мне дали все необходимое, а после не дергали лишний раз. Ну и трудились на благо всего человечества, что магистру вряд ли удастся.
— Алхимик и Неуязвимый, под мою ответственность, — коротко сказал Борис, подойдя к охране. Ему протянули планшет с закрепленной бумагой, которую он тут же и подписал.
— Зая, Миш, идем, — позвал я товарищей, которые стояли чуть в стороне от остальных одаренных. Судя по всему, наше отделение не всем приходилось по нраву, хотя я заметил, что строгой оппозиции не было. Просто рядом с охотницей постоянно находился один из охраняющих ее одаренных, остальные трое сидели, распределившись по небольшому залу.
— Может, дождемся магистра? — спросила Зая, неуверенно оглянувшись на других одаренных. — Нам нужно держаться вместе.
— Нужно, но нам. Я иду за Ольгой и другими выжившими, и мне понадобится ваша помощь, — сказал я и, не дожидаясь реакции, вышел из зала ожидания. Вскоре за моей спиной послышалось множество шагов, так что все сомнения тут же растаяли.
— Вы собираетесь идти втроем? — спросил Борис, когда мы отошли достаточно далеко.
— Нет, больше я так рисковать не намерен. Один я всегда сумею уйти или спрятаться. А сражаться с этими тварями, постоянно теряя друзей, не мой выбор. Армия с этим справляется куда лучше. Но и бросать своих я не намерен, — ответил я, нисколько не задумываясь. — Мне нужно, чтобы вы обеспечили безопасность карантинной зоны.
— Там и так стоят наши солдаты, — сказал Борис. — Патрули уже заняли здание, а когда отряды ФСО вернутся, им найдется новая работа. У бойцов не возникнет проблем с субординацией, с их командирами все уже решено. Другое дело — твои братья-одаренные. Они, как и ты, не очень любят неволю. Зато постоянно проявляют характер.
— Это особенность тех… — я задумался, как это лучше сказать.
— Тех, кто получил дар? — уточнил Борис.
— Тех, кто умер в момент его получения. Убивал и умирал многократно, — наконец ответил я, выделив для себя главное.
Так оно и было. Каждый раз, умирая, я менялся. Хотя вернее было бы сказать, что менялся я каждый раз, возвращаясь. Умирать больно, умирать обидно. Ты проиграл, твоя жизнь закончилась, ты лузер. А затем ты воскресаешь и понимаешь, что еще ничто не кончено. Еще есть шанс все исправить. И ты не хочешь топтаться там, где раньше бы промолчал. Действуешь наперекор всему. Ведь следующего воскрешения может и не быть.
— Я пойду с тобой, — сказал Михаил, окончательно оправившийся от плевка кислотника.
— Нет, ты будешь меня прикрывать отсюда, — помотал я головой.
— И как ты себе это представляешь? Вдруг тебе не дадут открыть телепорт. Оборвут связь и возьмут в кольцо, как в прошлый раз, — резонно спросил Михаил.
— Я не сунусь туда без подготовки и сделаю амулеты телепортации. В идеале — создать механизм, аналогичный костюмам охотников. Проиграл, оказался при смерти, раз — и ты уже дома. Так мы сумеем сохранить больше жизней, чем если станем носиться за каждым отрядом, — сказал я, прикидывая возможные варианты исполнения.
 
— Если ты сумеешь это сделать — мы выдадим телепорты всем самым ценным сотрудникам. Пилотам, техникам, врачам, — поддержал меня Борис.
— А еще ты будешь сидеть на привязи и только и делать, что клепать эти амулеты, — фыркнула не слишком довольно Зая.
— Извини, тебе приходится отдуваться за двоих, — я отлично понял прозрачный намек девушки. — Мне нельзя спать на вылазках, сама знаешь.
— Ну так сделай перерыв, останься хотя бы на день, — попросила Зая, обняв меня за шею. — Отоспишься, проведем время вместе.
— Если промедлить — большинство сбитых пилотов погибнет на враждебной территории, — вмешался в диалог Борис. — После проведения спасательной операции — сколько угодно, мы обеспечим вашу полную безопасность на базе. Но пока прошу — займитесь эвакуацией.
— Видишь? — подхватив девушку, сказал я.
— Да уж, — помрачнела подруга, прижавшись к моей груди. Странно, но я совершенно не чувствовал ее веса. Привык к повышенным нагрузкам, или тело уже на автомате использовало для восстановления выносливости энергию?
— Может, не стоит идти на конфликт с магистром? — прошептала Зая, убедившись, что Михаил с Борисом прошли чуть дальше. — Ты же сам говорил, мы должны держаться вместе.
— Мы, люди, все должны держаться вместе. Иначе в этом аду не выжить. А вместо этого Вячеслав постоянно рвется к власти, пытается бороться за нее с разведкой. При таких его заскоках нас ожидает быстрый и неминуемый конец, — покачал я головой. — Генералы и так постоянно грызутся между собой, перекладывая вину. А если еще обычные люди будут против одаренных — все, можно ложиться и умирать.
— Тогда у меня для тебя хорошая новость, — сказала, чуть отстраняясь, Зая. — Пока тебя не было, я поговорила с несколькими группами выживших, которых ты спас. Почти все они согласны тебя поддержать, если условия содержания не станут хуже.
— Погоди, ты что, хочешь влезть в эту хозяйственную грызню? — удивился я.
— Будто у нас есть выход. Тебе нужна энергия, чтобы выживать и двигаться вперед. Получить ее во время сна ты не можешь — не успеваешь. А значит, отдуваться мне, — веско сказала Зая. — Но я не могу постоянно спать, есть и производить эликсиры. Мне нужно много, очень много людей рядом. Они отдают силы мне, я развиваю свой Дар и передаю тебе энергию и эликсиры для твоего развития. Иначе ничего не получится.
— Значит, придется включить этот пункт в договор с разведкой, — нехотя кивнул я. — Нужно, чтобы добровольцы сменяли друг друга каждую ночь, иначе начнутся психозы и недосып. Сама знаешь — они не просто так силы отдают.
— Да, донорам приходится нелегко, — согласилась Зая. — Но я иного выхода не вижу.
— Главное, чтобы это было действительно добровольно, — заметил я, и почти сразу в голову пришла гениальная в своей простоте мысль. — Ты можешь перемещаться через открытые мной двери между поселениями. У пчеловодов своего одаренного вроде как нет.
— Это лишний риск, мы обеспечим сменяемость групп и добровольцев. Все что необходимо для успешной и эффективной работы, — вмешался Борис, показав, что прекрасно слышит наш разговор. — Если нужна дополнительная охрана — выделим столько, сколько понадобится. Спасение людей для нас в приоритете.
— Но рисковать своей жизнью придется мне, — напомнил я, еще раз расставляя акценты. — Директор говорил про какие-то особенные припасы.
— Да, по долгу службы у нас есть множество интересных, а зачатую и просто странных неопробованных образцов и прототипов. С его разрешения я могу выдать вам все, что необходимо, — подтвердил Борис. — Идем все вместе?
— Вреда от этого точно не будет. К тому же если что — выручать меня придется именно этой парочке. Их снаряжение должно быть не хуже моего, — безапелляционно заявил я.
— Возьмете, сколько сможете унести, — чуть улыбнувшись, ответил Борис, а затем почти сразу помрачнел. — Сколько ты можешь отправить в рюкзак? Полтонны?