Э - 5 (СИ)

— Еще! — крикнули сзади, и я обернулся к коридору, но тут же увидел военного — тычущего стволом в мою сторону. Догадливостью я не страдал, но для того, чтобы отскочить в сторону, много мозгов не нужно. Затрещала длинная очередь, и я увидел, как на лестничном пролете бьют фонтанчики осколков от выбиваемого из стен бетона.
Пара игл врезалась в защиту Михаила и зависла в воздухе. Боксер запоздало отмахнулся, используя способность Зевса, но охотница и так уже успела отдернуть оружие назад. Ушла в дым, не позволяя прицелиться. Я прыгнул к соратнику и ударил молнией по прикрывающейся стрекозе. Та взвыла, изгибаясь дугой, и я успел заметить, что ее крылья порваны. Не во время боя — а демонстративно, словно в наказание.
Рассмотреть подробней не удалось — может, я переборщил с молнией, а может, просто сработал какой-то алгоритм. С легким хлопком охотница исчезла с лестницы. Чертова система спасения. Надо бы и нам такую сделать, уменьшить количество жертв в разы. По крайней мере, среди бойцов спецподразделений.
В тот же момент Михаил отдернул меня назад, прикрыв щитом. Как раз перед тем, как в него опять ударили иглы. Осада еще не закончилась, хотя пыл ее на мгновение угас. В короткой передышке я успел прикинуть количество раненых с нашей стороны — минимум пятеро, если считать, что группа с той стороны, откуда пришли динозавры, вряд ли осталась в живых…
— Надо выводить вас отсюда, — сказал я, телепортировавшись к бойцам спецназа. — Спасем раненых, с остальным мы и сами разберемся.
— Никак нет, задача еще не выполнена, — буркнул боец, возле ног которого валялся пулемет. Судя по окровавленной форме — он был ранен, но разгрузка вместе с бронежилетом валялись рядом, а за распахнутым воротом кителя виднелся перевязочный пакет.
— И какая у вас задача? — спросил я, прекрасно понимая, что мне могут и не ответить. — Возьми зелье здоровья, должно полегчать.
— Уже принял, предельную дозу. Как и все, кто еще дышит, — ответил боец, и мне захотелось переспросить, что еще за предельная доза, но в коридоре раздался шум.
— Слава! — яростно окрикнул Михаил, и я понял, что у него что-то случилось.
— Заряжен? — ткнул я в пулемет пальцем. Боец кивнул, и, не спрашивая, я подхватил оружие. Тяжеленное, должно быть, но не для меня. Измененное тело не почувствовало разницы между автоматом и здоровенной дурой с ленточным питанием. Два прыжка — и я рядом с выходом, уже с вжатым в плечо прикладом.
Я зажал спуск раньше, чем до конца осознал увиденное. Возможно, только это и спасло мне жизнь. Очередь откинула голову стоящего внизу монстра, и выпущенная ей струя прошла чуть в сторону. Отдачей ствол повело вверх, и я отпустил спуск, одновременно сумев разглядеть стоящую внизу тварь.
С первого взгляда она напоминала оживший мешок с гноем. Вернее, туеву хучу мешков, которыми обвешали двухметровый гуманоидный скелет. Человеком это не было даже при рождении, по крайней мере, представить себе я это не мог. Даже с крайней степенью ожирения таким уродом не стать.
Серо-зеленая, покрытая язвами кожа, туго натянутая на черепе, свисала с подбородка отвратительными мешками. В них было столько бурлящего желто-зеленого гноя, что они просвечивали. То же было на груди и руках, а вместо живота красовался один сплошной гнойник, опустившийся ниже колен и лежащий на полу.
Меня передернуло от отвращения, и, только прицелившись снова, я понял, что меня смутило — произошло попадание в тварь. И в голову, и в грудь, и в живот. Может, не промеж глаз — но я точно попал! Вот только монстр не только остался жив, но и готовился к новой атаке. Я не стал мешкать, зажав спуск и обрушив на противника водопад свинца.
С такого расстояния было просто невозможно промахнуться, и я видел, как во все стороны разлетаются брызги желтой светящейся в темноте жижи. Монстр дергался от попаданий, содрогался всем телом, но все еще был жив. И когда затвор глухо щелкнул, говоря о том, что патронов в ленте нет, тварь нанесла ответный удар.
— В сторону! — крикнул Михаил, но я и так уже упал за видимую тварью зону. Струя, вырвавшаяся из глотки чудища, ударила в потолок, начала с шипением сползать по стене. При этом слезли остатки краски, штукатурка вспенилась, а склизкая субстанция осталась большой кляксой, в полметра длиной.
 
— Не позволяй по себе попасть, она мгновенно приклеивается! — предупредил боксер, и я наконец понял, почему он застрял на лестнице. Телепортировавшись к товарищу, я попробовал сдернуть его с места, воспользоваться способностью, но не смог даже сдвинуть. Окровавленная нога Михаила вместе со вскипевшей формой и половиной ботинка оказалась приклеена к бетону и теперь составляла с ним одно целое.
Боксер оттолкнул меня и тут же спрятался за щитом, в который ударила очередная струя мерзости. Отбросив бесполезный пулемет, я закинул вниз оставшиеся гранаты. Что-то же должно эту тварь уничтожить. Раздался оглушительный взрыв, затем еще один, но уже спустя секунду по лестнице снова ударила струя желтой жижи.
Мельком выглянув, я понял, что части черепа у твари нет, ребра сломаны, а одна из конечностей болтается на обрывке кожи. Но, кажется, все эти повреждения нисколько не смущали чудовище, медленно бредущее вверх по ступеням. Если убить его можно только так же, как костяных масок, отсечением головы, то у нас огромные проблемы.
Или нет? Я подкинул в руке кинжал, заставляя вытянуться язык хлыста. Спрятал его в подпространство и, сделав круг над головой, ударил по твари. Мастер по бою хлыстом из меня был еще тот, но промазать по здоровенной движущейся куче гноя оказалось просто невозможно. Клинок со свистом врезался в тело твари, и я активировал молнию.
Монстр затрясся, из множества ран на его теле вырывались крошечные фонтанчики жижи, но в это время снизу что-то блеснуло, и мне в плечо вонзилась длинная игла. Не дав противнице шанса ударить первой, я перехватил оружие ладонью в перчатке и пустил по нити разряд тока. Вот только он словно ушел в пустоту, а в следующее мгновение игла выскользнула у меня из сжатого кулака, легко разрезав и защитное волокно, и мышцы.
Сжав зубы, я отшатнулся, прекращая подачу тока, и тут же получил в грудь струю кислотного клея. Не раздумывая, я дернул за шнур экстренного сброса, избавляясь от бронежилета и опустевшей разгрузки, и тут же телепортировался в коридор. Заживил руку, потратив остатки энергии от победы над ящерами, и выглянул из-за угла.
Голова гнойного монстра уже поднялась над лестницей. До прикованного к месту Михаила ему оставалось меньше полуметра. А за спиной твари пряталась охотница с иглами-лезвиями наготове. Вот только если не помогают ни пули, ни гранаты, у человека всегда на вооружении останется его первый, первобытный помощник.
— Врубай защиту на максимум! — крикнул я, высунув дуло огнемета и пуская длинную струю пламени. Судя по крикам — твари огонь пришелся не по вкусу.
Я бил прицельно, стараясь не попасть в завалившегося на спину Михаила, прикрывшегося штурмовым щитом. Монстр выл с бульканьем, пытался защититься единственной лапой, но быстро выползти из огня не мог. Его кожный покров почти мгновенно регенерировал, восстанавливался и вновь покрывался волдырями от пламени, но огонь доставал его не только снаружи.
Жидкость в мешках твари начала нагреваться, пузыри пошли быстрее — и вскоре из монстра начал валить отвратительно пахнущий зеленый дым. Один из мешков на груди раздулся, словно воздушный шарик, а затем кожа, не выдержав, лопнула, залив тварь собственным клеем.
Чудище попыталось отпрянуть, но костяная нога приклеилась к лестнице. Тогда тварь с ревом начала бить себя по колену, вырываясь из жуткого капкана. Я же продолжал жарить, ни на секунду не оставляя монстра в покое. Лопнуло еще несколько мешков, и чудище начало больше напоминать жука, залитого в эпоксидную смолу.
Успокоился я только после того, как монстр окончательно перестал подавать признаки жизни, прикованный к лестнице и погребенный под собственными испражнениями. Призраков тоже не осталось. Вместе с охотницей исчезло давящее чувство тревоги. Но я прекрасно помнил, как из невидимости атаковали твари, которых я не смог увидеть даже после их битвы со спецами. Расслабляться точно было не время.