Э - 5 (СИ)
— Хочешь понаблюдать? — спросил задержавшийся у выхода боец. Лица его я не видел, но, судя по голосу, мой ровесник или чуть старше, парень лет двадцати пяти.
— Ты же будешь мины ставить? Хочу научиться, жизнь у нас такая, что все пригодиться может, — честно ответил я.
— Тут одними глазами не обойдешься, руками запоминать надо. Но смотри, кто же мешает, — пожал плечами сапер. Он ловко натянул леску у самого порога, затем поставил еще одну растяжку напротив и прикрепил проволоку к дверям. Чуть натянешь — и будет взрыв. А когда я уже хотел было поинтересоваться, как он будет маскировать гранаты, парень достал из кармана нечто, напоминающее смятую пачку сигарет.
— Это взрывчатка? — удивленно спросил я.
— Верно, какие условия, такая и маскировка. В свободное время делаю, чтобы руки занять, — ответил сапер, протянув мне предмет. Первое ощущение — тяжелый, куда тяжелее бумажной коробки, грамм сто пятьдесят, не меньше. В пачку был напихан серый брусок пластида с вдавленными шариками.
— Ого, я бы и с метра не различил, — ответил я, возвращая саперу лже-пачку сигарет.
— В том и смысл, — довольно ответил парень. Постепенно удаляясь от дверей, он минировал каждый метр, доставая все новый мусор. Жестяные банки из-под напитков, упаковки от чипсов, кирпичи и обломки пенопласта — с первого, да и со второго взгляда их невозможно было отличить от хлама, валяющегося в разрушенном здании.
— Холл заминирован, идти только через лестницы, — предупредил сапер, когда закончил свою работу.
— Принято, — ответил из рации Михаил. — Мы устанавливаем на втором этаже огневой рубеж, поднимайтесь.
— Есть, — коротко ответил сапер, и я, не дожидаясь его просьбы, телепортировал нас обоих сразу на второй этаж. — Ох е. Вот оно как.
— Ага, — кивнул я и, оглядевшись, сразу забыл о парне. Я-то думал, что это выжившие хорошо готовились к встрече одержимых.
С первого взгляда и не поймешь, где притаился пулеметчик. Мешки с песком, наваленные в кучу, из которых торчал ствол, были обманкой. Тонкая щель в стене, напоминающая естественную трещину, темная, так что не разглядишь, есть ли за ней что-то. И не просто так — эффект темноты обеспечивался куском сетки, окружающей щель и ствол.
Оглядевшись, я насчитал только пять бойцов, включая нас с Михаилом. Кроме снайперского дубля, отсутствовало еще пятеро — вероятно, группа прикрытия, отошедшая к дальним рубежам. Оставшиеся укрепляли свои позиции, грамотно пользуясь окружающей обстановкой и принесенным с собой снаряжением.
— Нам здесь места нет, — заметил я, глядя на то, как расположились бойцы.
— Все верно, ты же приманка. А я тебя прикрываю, на случай проблем, которые мы не спрогнозировали, — прямо ответил Михаил. — Твоя задача — стоять возле лестницы, в секторе обстрела. При нападении уходишь телепортом по коридору, тут будут стоять мины, осторожно. Мы же отрезаем пути к отступлению и вяжем всех выживших. Противогаз есть? Не страшно, я взял запасной.
— Будете использовать газ? — понимающе произнес я, снова обратив внимание на респираторы бойцов.
— Все, что придется для выполнения задачи, — ответил Михаил. — Все на местах?
— Глаз в небе, трансляция пошла, — раздался из рации сухой голос. Несколько секунд, и коммуникатор пикнул, получив сигнал. Я удивленно достал смартфон и увидел передающуюся в слабом разрешении карту с высоты птичьего полета. По сравнению со стратосферными зондами здесь масштаб оказался в разы крупнее.
— Есть картинка, — удовлетворенно сообщил Михаил. — Давай, Слав. Прыгай.
Спорить с товарищем я не стал. Конечно, неприятно чувствовать себя приманкой, но я единственный, кто без всяких проблем мог уйти с любого поля боя. В крайнем случае — домой, на базу СВР. Под защиту тяжелой техники и сотен солдат объединенной армии. В отличие от бойцов, распределенных по всему зданию, которых вытащить я не сумею.
Несколько раз телепортировавшись, я дал себе время отдышаться, а затем открыл бесплатный домашний телепорт — размер его не поражал воображение, да и открылась дверь всего на секунду, но при желании я в нее протиснуться смогу. А если выкинуть все вещи из-под пространственного рюкзака, может, и две секунды сумею продержаться.
— Внимание, час до полудня, — раздалось в рации. Я не обратил на этот сигнал внимания, пока не заметил, как стоящий неподалеку Михаил с тихой руганью не натянул на лицо сетку.
— В чем дело? — уточнил я.
— А, ты же провалялся во сне. Солнцестояние — Москва будет на одной линии с солнцем, — совершенно непонятно объяснил боксер. — Смотри в окно, сам все увидишь. И готовься применять молнию, может пригодиться.
Не понимая, в чем дело, я подошел к окнам, смотрящим на север. Солнце подбиралось к зениту. Легко различимое серое пятно, закрывающее его почти полностью, казалось куда более реальным, чем луна или другие спутники планеты. А когда тень оказалась на одной линии с центром Москвы и Солнцем, мне на мгновение показалось, что я вижу ощутимую черную нить.
Миг, и наваждение усилилось. На севере поднялось плотное черное облако, мгновенно охватившее весь город, а спустя секунду накрыло и нас. Потемнело, словно во время солнечного затмения. Серый туман вплыл в помещения больницы, а затем по нервам прошелся далекий, но все приближающийся потусторонний вой.
Я ударил молнией на опережение — раньше, чем успел увидеть врага. Гигантский призрак с полуразмытыми очертаниями не успел отстраниться, и его превратило в обычный туман. Но энергии не прибавилось. Словно я уничтожил не душу, а нечто пустое. Или еще не наполненное, голодное и жаждущее силы. Дитя Голода.
Призраки шли сплошным потоком. Бились о стены клиники, растекаясь в стороны, словно от волнореза. Мне пришлось окружить себя коконом из молний, проводя ток с двух рук во все стороны. Призраки рвались через любую щель. Проникали через окна, разломы и трещины. Бились под напряжением, отступали, но на место рассеянных тут же вставали новые.
Не знаю, сколько это длилось, но у меня затекли руки. А когда казавшийся нескончаемым поток тварей все же утих, город так и остался под плотной пеленой тумана. Бойцы держались, регулярно проверяя емкость аккумуляторов, подпитывающих сетки, наложенные поверх маскхалатов.
— Надолго это? — спросил я, взмахом руки пытаясь объять весь творившийся вокруг хаос.
— Два часа, — коротко ответил Михаил. — Час до солнцестояния и час после. Но не переживай, у этого города еще много сюрпризов.
— Внимание, тишина, — коротко раздалось из-за стены.
— А почему не по рации? — спросил я и тут же сообразил — в наушнике не было сигнала. На всякий случай я проверил смартфон — тоже пусто. Сети нет, картинки с дрона нет, карта не меняется. И это явно не помехи, иначе в наушнике стоял бы треск. Что-то другое, способность одного из охотников? Не удивлюсь, если так.
Несколько раз прыгнув из стороны в сторону, я размялся, готовясь к бою. Если за мной идет отряд слуг Старших — я выведу их на чистую воду. И тогда, может, наконец пойму, чем так значима моя персона и личность Хали, что за мной посылают одних самоубийц за другими. Но сейчас главное — встретить врага.
— Вижу, — раздался тихий замогильный голос откуда-то сверху, и, оглянувшись, я заметил глаз, открывшийся на потолке. Охотники пришли.
Глава 9
Вслед за появлением глаза, смотрящего с потолка, навалилось странное чувство беспомощности. Липкого и холодного ужаса, разливающегося в солнечном сплетении. А затем в дверь первого этажа ворвалось полчище призраков. Они перли сплошным потоком, полностью перекрыв поле зрения, и я отступил на шаг, выпуская снопы молний.
Вот только разряды прошли сквозь них, не причинив никакого вреда. Все внутри сжалось в предчувствии боли от вонзающихся в живот когтей. Но они проскользнули мимо. Я вновь ударил молнией, полностью перекрыв коридор. Никакого эффекта, но и против меня тоже. Неужели преображение позволило не терять энергию от атак призраков?