Прекрасный кошмар (ЛП)

— Джемма?
— Что случилось? — я поднимаю голову, готовая искать на его лице ответ на вопрос, что я могла сделать, чтобы напугать его, но вижу, что он смотрит не на меня. Он смотрит в сторону… на шкаф. Я поворачиваюсь, чтобы проследить за его взглядом. — Что там?
— Я только что видел два… — он прочищает горло. — Два глаза. Очень большие глаза. В моём шкафу.
О нет. Я соскальзываю с него и вскакиваю на ноги.
  
— Мне нужно идти.
— Джемма…
— Это было так здорово, — я не могу удержаться и целую его. — Спасибо.
— Джемма, подожди, — Калеб пытается схватить меня за руку, но промахивается. — Когда я снова тебя увижу?
Ужас камнем лежит у меня в животе. Ещё не рассвело. Нет никаких причин, по которым кто-то мог бы меня искать, но, очевидно, именно это и произошло.
— Не знаю.
— Джемма…
— Прости. Уже слишком поздно, — говорю я, стоя на другом конце комнаты перед шкафом. Я не могу удержаться и оглядываюсь через плечо, чтобы запомнить, как парень выглядит сейчас, после того как мы столько времени провели в погоне за удовольствием.
Боже, у меня сердце разрывается.
— Прощай, Калеб.
Глава 6
— Что ты натворила?
Я едва успеваю пройти через портал, как гигантские когтистые руки хватают меня за плечи и прижимают к стене. Может, мне и следовало бы обрадоваться, узнав Ральфа, но исходящее от него разочарование ядовитыми волнами сводит на нет все шансы на это.
— Я поела. Ты должен быть счастлив, — слова звучат тихо. Я знаю, что не так должна была питаться. Для каждого вида взаимодействия с людьми существуют свои правила и нормы. Ты получаешь работу и выполняешь её. Не отклоняясь.
Ральф наклоняется вперёд, глубоко вдыхает, а затем чихает.
— О, Джемма, нет, — он смотрит на только что закрывшийся портал. — Мы можем это исправить. Ты сыта и можешь уединиться в своих покоях, пока запах не выветрится. Никто не узнает. Мы поменяем твоего человека на одного из моих, чтобы это больше никогда не повторилось.
Отдать Калеба Ральфу, который носит ту же форму, которая так напугала его, когда я надела её? Я качаю головой.
— Неправильно его пугать. Он работает с детьми, Ральф, и творит добро в их мире. Если он не будет спать из-за страха…
— Джемма, — Ральф резко встряхивает меня. — Ты сейчас говоришь не как демон. От тебя не пахнет демоном.
— Я не понимаю, что это значит, — я сбрасываю его руки со своих плеч. — Я питалась его похотью. Это был не страх, нет, но всё равно это было демонически.
Его плечи опускаются.
— Но ты питалась не только его похотью, Джемма. Ты питалась его нежностью, его заботой.
Я моргаю.
— Это невозможно.
— Но это действительно так, — смиренность в его голосе пугает меня больше, чем всё, что он делал или говорил до этого. — Поменяйся со мной людьми. Не высовывайся. Делай свою работу.
Я осознаю, насколько добр ко мне сейчас Ральф. Он по-прежнему пытается заботиться обо мне, несмотря на все мои выходки. Будь я умным демоном, я бы приняла его предложение и… провела остаток жизни, задыхаясь от едкого вкуса страха.
Но когда наконец смотришь правде в глаза, которую избегал всю свою жизнь, наступает покой. Покой и немалая доля скорби. Калеб первый, кто увидел меня настоящую. До него я была так одинока. Этот парень принял мою правду, а не отвернулся от меня из-за неё. Я улыбаюсь Ральфу, хотя мне кажется, что мои рёбра вот-вот разлетятся на тысячу осколков.
— Я не могу этого сделать, Ральф. Даже если бы я хотела отказаться от него, я ненавижу пугать людей. Ненавижу лгать и манипулировать.
Его вздох эхом разносится по пустой комнате, а потом он произносит:
— Мне будет грустно без тебя.
Потому что я исчезну. Я не могу оторвать взгляд от пустого места, где раньше был портал, и мечтаю провести с Калебом немного больше времени. Намного больше, если честно. Знаю, что это эгоистично, но я хочу узнать его получше, чтобы он чувствовал себя так же, как я сегодня ночью.
Я буду скучать по тебе.
— Просто покончи с этим, пожалуйста, — надеюсь, это не будет больно. Я не очень люблю боль.
Ещё один глубокий вздох, и Ральф кладёт руку мне на плечо.
— Сюда.
Я пытаюсь быть храброй, пока он ведёт меня по коридору, в котором я никогда не была, к порталу, сияющему странным серебристым светом. У меня это почти получается. Меня всё равно так трясёт, что стучат зубы.
— Что это?
Он сжимает моё плечо.
— Я буду скучать по тебе, Джемма. Выше голову. Не всё так плохо. Наверное. И прощай, — Ральф толкает меня в портал.
Я вскрикиваю, прежде чем успеваю вспомнить, что нужно быть храброй, и сворачиваюсь в клубок. Сейчас будет больно, обжигающе, холодно или просто резко. Но… ничего не происходит. Я просто падаю на твёрдый пол.
— Если ты уже закончила с театральными представлениями, можем идти дальше.
Я смотрю сквозь свои когти на высокое человекоподобное существо. Оно почти такого же роста, как Ральф, с синей кожей и короткими золотистыми кудрями, но в остальном лишено тех милых деталей, которые так нравятся демонам. Потому что оно… не демон?
— Что ты такое?
Существо вздыхает.
— Демоны никогда ничего не объясняют, прежде чем швырнуть вас в портал. Мы же проводим полный инструктаж, прежде чем отправить туда наших неудачников, — оно переминается с ноги на ногу, привлекая моё внимание к планшету в его руках. — Джемма, верно? — существо смотрит на планшет. — Ты питалась запрещёнными эмоциями человека, за которым была закреплена.
— Я не хотела.
— Все так говорят. Но не волнуйся, мы до этого доберёмся. Кстати, я Рэйвен, — оно показывает на меня длинными пальцами. — Быстрее, быстрее, у нас много дел и мало времени.
Поскольку мне, похоже, не грозит мгновенная смерть, я медленно поднимаюсь и иду за ним по вымощенной плиткой дорожке, почти такой же, как та, по которой я шла только что.
— Что это за место?
— Теперь ты ангел, — быстро говорит Рэйвен и двигается так, что я с трудом за ним поспеваю. — Тот же танец, но в другом темпе. В то время как твои собратья предпочитают питаться быстрыми и поверхностными эмоциями, мы, ангелы, вкладываем время в людей и пожинаем плоды истинных чувств.
Рэйвен немного похож на сноба, но у меня слишком кружится голова, чтобы возмущаться из-за демонов.
— Я не знала, что ангелы питаются эмоциями.
— Конечно, нет, — Ангел проходит в дверь. — Будет плохо, если люди поймут, что мы функционально ничем не отличаемся от демонов. Начальство предпочитает, чтобы мы были обособлены, — он оборачивается и критически осматривает меня. — Копыта, когти и рога придётся убрать, но в остальном ты в порядке. Правильное количество глазных яблок и конечностей, — увидев мой отвисший от удивления рот, он усмехается. — Люди так трепетно относятся к подобным вещам. Всё это нормально, если ты планируешь напугать человека, но, если ты хочешь сохранить отношения и воздействовать на его эмоции, мы считаем, что лучше представить более знакомую — пусть и фантастическую — форму.
Даже в моём потрясённом состоянии кое-что быстро становится понятным.
— Вот куда исчезают демоны, которые плохо справляются со своей работой.
— Плохо справляются со своей работой, — Рэйвен усмехается. — Меня никогда не перестаёт раздражать, что они так это преподносят, но… — он машет рукой. — По сути, да. Демоны питаются определённым набором эмоций. Ангелы делают то же самое, но с другим набором. Пересечение этой границы приводит к тому, что ты только что пережила. Думаю, мне не нужно объяснять дальше.
  
Ангелы становятся демонами. Демоны становятся…
— Я теперь ангел?
— Семантика, но да, — Рэйвен вытаскивает из своего планшета несколько листов бумаги и суёт их мне в руки. — Отнеси это в конец коридора и поговори с тем, кто сейчас на месте. Он поможет тебе с жильём и составит расписание, чтобы ты могла навещать, — ещё один быстрый взгляд в планшет, — некоего Калеба Салливана.