Глиняное сердце (СИ)
Вообще, Том вдруг понял, что за ним никто и никогда не ухаживал. Он обольщал всех, но при этом близко никого не подпускал, опасаясь, что все выйдет боком и он влюбится. Хотя Том и не боялся любви, но он не любил когда его телом кто-то управляет. А в случае стрелы амура, человеком, словно марионеткой, управляет любовь. Любовь как первоклассный кукольник бросает свою марионетку из стороны в сторону... От чего каждый человек в итоге страдает.
- Кукловождение было, несомненно, самой сложной стороной профессии. Но не только умение управлять куклами требовалось от актера. В его профессии требовались знания и умения и других аспектов традиционного китайского актерского мастерства, марионеточнику полагалось знать большое число пьес и текстов ролей, овладевать искусством сценической речи и пения.
Том невесело улыбнулся. Любовь не требует знания актерского мастерства, она, наоборот, за естественность, ей не нужно знать пьесы, она сама их пишет, управляя глупыми марионетками. Но вот гримируется это чувство очень хорошо. Ни один человек не может сказать сразу: влюблен он или нет. Все происходит или постепенно, или мгновенно, но так или иначе, люди плохо осознают сам момент, когда в их сердце появляется любовь. Любовь может казаться ненавистью, печалью, негодованием, агрессией, тоской, завистью... Она легко гримируется и поэтому так тяжело дается людям.
- Томас, идем обедать?- Друг догнал парня на перемене.
- Мишель, я не хочу...
- Да, ладно тебе... Что ты сам не свой?
- Просто утро было странным...
- Что-то случилось?
- Нет, все хорошо... Скажи Себастьяну, что я заболел и ушел с пар раньше.- Он похлопал друга по плечу и пошел к выходу из университета.
Том не мог больше сидеть на скучных лекциях. Ему хотелось поскорее зайти в магазин тканей и выбрать что-то для будущего наряда новой кукле. Если у него появлялся новый экспонат, то парень не хотел ничего и никого, пока не придаст кукле желаемый вид. Он мог придумать и характер и имя, помимо одежды исправлял прически глиняным статуэткам. И его все это так увлекало, что могли пройти дни, а Том все сидел над куклой, влюбляясь в нее и одновременно страдая от бесчувствия холодного тела.
Иногда ему казалось, что он проклят. Любой человек мог сдаться к его ногам, но только сам он был влюблен в тех, кто ему никогда взаимностью не ответит. В куклах не было души, хотя Том пытался вложить в них кусочек своей...
***
Вернувшись домой, юноша вновь был удивлен.
Обычно, уходя на учебу или работу, он оставлял дома немыслимый бардак. Том никогда не готовил одежду с вечера, а значит, что с утра ему приходилось перерывать весь шкаф, чтобы найти что-то. После быстрого завтрака он никогда не мыл за собой посуду, а когда надевал ботинки всегда пинал свои тапочки, которые в итоге могли валяться в разных комнатах. И возвращаясь домой его всегда ждал хаос, который ему приходилось убирать...
Но только не сегодня.
Том прошелся по квартире, заглядывая на кухню, в ванную, в туалет, в спальню и в гостиную наконец-таки. Везде царила идеальная чистота.
Колени задрожали. Ему вдруг начало казаться, что на него точно кто-то смотрит. Кто-то невидимый следит за каждым его взглядом. Парень обернулся к стеллажам с куклами. Никогда его не пугало столько глаз, смотрящих на него одного. Но сейчас... Сейчас он предпочел уйти из гостиной.
Томас набрал полную ванну воды и сразу же залез в нее. Тело было сильно напряжено, хотелось расслабиться. То, что происходило в его квартире должно рано или поздно найти свое объяснение. Хотя, в принципе, бояться нечего... Тот человек, который все это делает явно не грезит мыслью жестоко убить Тома... Хотя, с другой стороны, кто их знает, этих маньяков. Может этот человек именно убить и хочет, но перед этим хорошенько так напугать... Или он ухаживает, чтобы потом убить... Ну...
В его голову лезло огромное количество мыслей.
В любом случае, каких мотивов бы этот непрошенный гость не придерживался бы, в квартиру он может попасть исключительно через дверь. Шестнадцатый этаж отнимает возможность проникновения в квартиру через окно или балкон.
Вода расслабляла. Том открыл глаза... и он сначала подумал, что ему кажется, но нет, у двери в ванную комнату стоял бледный юноша, из одежды на нем была лишь легкая черная ткань...
3. Меня зовут Вильгельм.
Кенинг дернулся, ударяясь затылком о край ванны. Боль пронзила тело, глаза сами собой зажмурились...
И когда ощущение легкого головокружения спало, Том резко открыл глаза. Юноши не было. Кенинг поморщился и сел, стараясь прояснить мысли и унять сердцебиение. И когда ему немного удалось успокоиться, Том схватился за телефонную трубку и вызвал копов...
- Извините, но в квартире никого нет...- темнокожий офицер внимательно разглядывал лицо парня, завернутого в халат.
- Но я видел молодого человека! Я принимал ванну, а он... он смотрел.- Встревожено выдал Том.
- Может, он и был там, но на момент, когда мы приехали, его в квартире уже не было. Единственное, что я могу вам посоветовать – поменяйте замки.
Уже через несколько минут Том остался один. Он так и стоял у входной двери, не понимая своих чувств. Ему определенно было страшно. Но вместе с тем... Он снова и снова прокручивал в голове ту единственную секунду, когда заметил брюнета. И... лицо мальчишки было идеальным. Словно кукольное...
И вот, вместе с чувством страха в нем сидело еще и чувство какой-то симпатии, может быть, интерес...
Том прошел в гостиную, мельком взглянул на куклы и присел на диван. В голове снова хаос. Он уже и не знал о чем думать. Самой разумной мыслью было – позвонить мастеру и попросить поменять замок.
Мастер обещался придти через несколько часов. И хоть Том не хотел спать, но он по привычке пошел в спальню.
Все случившееся очень напугало и измотало его. Парень уже на грани и еще немного и он позвонит отцу, выпрашивая новую квартиру. Потому что в этой он больше не сможет спать.