Царь поневоле. Том 1 (СИ)

Глава канцелярии тяжело вздохнул.
— Признаюсь честно мой царь, давно я не испытывал то чувство, которое посещает меня теперь каждый раз при входе в эту комнату.
— Да? — заинтересовался я, — и что же это за чувство такое?
— Страх мой царь, — поклонился он, — липкий, удушающий страх. Последние решения Его величества хоть и приносят результат, но такие жестокие, что я сам боюсь того, что делаю.
— Тебе-то чего бояться? — удивился я, — ты был всегда со мной честен, даже когда играл против меня. А ты знаешь, что я ценю честность в людях.
— Я так понял, Его величество не просто так решил её унизить? — задал он мне интересующий его вопрос, сходя с опасной темы.
— Да, на девочку у меня возникли планы, — согласился я, — с уходом госпожи Исиды не стало того, кто может присматривать за моими жёнами, кого послушает большинство. Для этого не подойдёт простая служанка.
— Тогда будет нежелательно делать её рабыней надолго, — поделился он своим мнением, — она может забыть о том, кем была.
— Я этого и не собирался делать, — я удивлённо посмотрел на него, — пару месяцев пострадает, ничего страшного не будет. Ну, а остальным об этом не обязательно знать.
Усерамон тонко улыбнулся и поклонился.
— Я нужен ещё Его величеству?
— Как идут дела в целом по Южному Египту? Ты давно не рассказывал мне.
— Лучше, чем я думал сам, — признался он, — гонцы привезли из бывшего царства Керма послания, что оставшиеся после похода Его величества города с радостью примут волю Его величества, особенно на тех условиях, что он предложил. Сейчас я планирую поездку туда вместе с войском, чтобы на месте определиться с границами номов и поговорить с теми, кого я там оставлю нашими представителями.
— Что с деревом и золотом?
— Деревом пока не занимался, только отправил разведчиков вверх по Нилу, — честно сказал он, — за золотом снарядил и послал несколько больших караванов. Чтобы разведали местность и добыли столько, сколько могли, пока там находятся.
— Хорошо, — я покивал, — оставь кого-то за себя, чтобы я мог интересоваться у него ходом дел.
— Конечно мой царь, так и планировал поступить, — склонился он.
Мы с ним попрощались и вскоре ко мне вернулся Бенермерут, которому я разъяснил подробно нынешний статус Хейры, а также свои планы на неё.
— Я понял мой царь, — улыбнулся он, — показать ей жизнь рабыни, но не слишком, чтобы она не сломалась.
— Ну и конечно, одевай её как положено, в лучшие одежды и драгоценности, всё же моя личная рабыня, — кивнул я, — только пусть и за этими вещами следит и стирает их сама.
— Я понял мой царь, теперь мне стало понятно, — поклонился он, — самому не хватает помощи госпожи Исиды, девочки бывают слишком невыносимы для меня одного.
— Ну вот учитывая то, что Хейра станет тебе помощницей для женской половины и поручай ей дела, чтобы знала, как это всё происходит.
— Конечно мой царь, я уж постараюсь.
Он довольный с поклоном вышел, а я вернулся к работе. Вечером девушка мыла мне ноги, забирала грязное бельё и с сияющими от радости глазами тихо сказала, что господин Усерамон обо всём со всеми договорился, поскольку новые только назначаемые на новые территории номархи пока находятся в Фивах, так что и её отцу вручат патент на владение номом. Они теперь договариваются с господином Усерамоном, как и когда он передаст ему всё золото. Когда она вышла из комнаты я позвал Хопи.
— Мой царь, — тот низко мне поклонился.
— Когда твоя свадьба?
— Мина попросила организовать её к ближайшему празднику, — ответил он, — но я сказал, что могу в любой момент уехать из города вместе с Его величеством. Так что она согласилась на эти выходные, но с обещанием, что к следующему празднику Опет пригласим к нам всю её и мою родню и нормально отпразднуем нашу свадьбу.
— Что же, поздравляю, — я ткнул пальцем на свой сундук у кровати, там где хранил наличность, — принеси мне кошелёк, на котором написано «идиот».
— Я не обучен грамоте мой царь, — он пожал плечами.
Танини без дальнейших слов бросился и принёс нужный упругий, приятно звенящий кошель.
 
— Завтра по войску объявят мой приказ, — сказал я чуть громче, чтобы слышали и легионеры, которые стояли у стены, — каждому легионеру один раз за всё время службы, при женитьбе, будут выдаваться подъёмные на семью. Тебе повезло, твой подарок будет первым.
Глаза у Хопи расширились, когда я толкнул ему мешочек с золотом.
— Мой царь, это слишком щедро для меня! Его величество и так помог мне с этой свадьбой, я не вправе рассчитывать на большее.
— Бери идиот, — раздалось шипение от стены от одного из его опционов, — не порть другим жизнь!
Я рассмеялся, а центурион смутился, но кошель взял.
— Всё, скройся с моих глаз, — отмахнулся я, — не могу больше видеть твою довольную рожу.
— А уж как мы не можем, Твоё величество, — пожаловались мне с одного из постов у стены.
Я хмыкнул и вернулся к работе, а шуточки сразу затихли, чтобы мне не мешать, а главное не раздражать.
  
Глава 14
 
Дела мало по малу разгребались, я разослал кучу писем со своими указаниями, теперь оставалось только ждать. Все встречи я отметал, поскольку с кем нужно меня познакомил Усерамон до свадьбы с Хатшепсут, а все те лизоблюды и жополизы, которые сотнями вылезли изо всех щелей, когда стало понятно, что моя власть в Египте сравнялась с властью Хатшепсут, меня мало интересовали.
— Мой царь, мастер Аменемхет просит аудиенции у Его величества, — в комнату ко мне вошёл Танини, замещая Хопи, который был в отлучке на своей свадьбе.
— О, зови и заодно Рехмира пригласи, — обрадовался я, поскольку это были те новости, которых я так долго ждал. Странно только было то, что он приехал сам, хотя я посылал письмо и ждал такое же в ответ.
Через десять минут, мастер кланяясь вошёл ко мне. По его одежде было видно, что он прибыл давно, поскольку успел и переодеться во всё чистое и выглядел отдохнувшим.
— Мой царь, — низко поклонился он, — моё сердце трепещет от радости, видеть Его величество здоровым. К нам недавно прибыли вести, что мой царь захворал.
— Упадок сил, много работаю, но ничего страшного, — отмахнулся я, — когда прибыл?
— Вчера вечером мой царь, — поклонился он, — с утра сразу попросился на приём к Его величеству, из-за важности новостей.
— Тогда не томи, — приказал я.
— В производстве снаряжения для войска Его величества возникла проблема, которую ни я, ни номарх не можем решить, — с расстроенным лицом объявил он, удивив меня.
— Что это за проблема такая?
— Отсутствие олова и как следствие этого бронзы мой царь, — он развёл руками, — на рынках оно просто закончилось, а то что есть, повысилось в цене в десятки раз.
— Как это? — удивился я, — мы скупили всё олово и бронзу? Как такое возможно? Купцы должны были при увеличении спроса наоборот больше завозить металла.
— А они стали завозить меньше, мой царь, поэтому образовался дефицит.
— Кто завозит нам олово и бронзу? — поинтересовался я.
— В две трети всех поставок делают купцы из Ханаана и оставшуюся треть купцы хеттов.
— Ты узнавал, почему они стали завозить меньше? Это же мои подданные.
— Боюсь мой царь это не в их силах, — вздохнул он, — я узнавал, олово и бронзу они берут в Нахарине, а конкретно в царстве Митанни, которое контролирует почти весь поток олова, которое прибывает к ним откуда-то далеко с востока.
— А хетты? — поинтересовался я.
— У них есть собственные рудники, но они не увеличивают добычу, им на руку высокие цены на металл.
— Мда, — расстроился я, — хочешь сказать мой Бронзовый век без олова закончился, не успев начаться?
— Боюсь мой царь, царь Митанни не хочет, чтобы в Египте было много бронзы, — тихо сказал Аменемхет.
— Мы, конечно, можем покупать металл по завышенным ценам, но какой в этом тогда смысл, если производство станет слишком дорогим и неоправданным, — я погладил себя по подбородку, — к тому же нам всё равно каждый месяц его нужно будет всё больше и больше.