Старшая школа Куросаки (СИ)

  
Старшая школа Куросаки
   
Глава 1. Стеклянные глаза
 
— Послушай, Кенджи. Ты меня знаешь: я могу быть очень добрым, а могу и убить. Завтра твой последний бой. Думаю, заканчивать карьеру, когда за спиной девяносто девять побед и всего одно поражение — это достойно.
— Но Озэму-сама, Вы…
— Тише, не перебивай. Я знаю, знаю. Ты у нас великий перфекционист и тебе хочется, чтобы в твоей жизни были одни победы, тем более в бою, и тем более сотом. Но за сотую победу и коэффициенты совсем другие. Я уже́ поставил на твоё поражение. Предупредил и твоего противника, что ты проиграешь.
— Но я не собираюсь…
— Хватит меня перебивать, Кенджи! — крикнул Озэму. — Ты проиграешь, и точка! — стукнул чёрный маг кулаком по столу. — Десять миллиардов. Десять! Ты слышишь?! Я поставил десять миллиардов. — Озэму успокоился и продолжил: — Если ты проиграешь, то мы оба хорошо заработаем. А я верю, что ты не будешь дурить и проиграешь. Я получу сто миллиардов. Из них готов отдать тебе десять, которые поставил.
— То есть всё уже решено, и Вы попытаетесь меня убить прямо сейчас, если я не соглашусь, да?
— Кенджи, один я тебя, скорее всего, не убью, и ты это прекрасно знаешь. Однако у меня есть две тысячи магов, которые хоть и слабее тебя в несколько раз, но их и больше в две тысячи раз.
Что же, намекать эта богатая скотина умела, тут ничего не скажешь.
— Значит, поражение, и никакого другого варианта Вы не рассматриваете?
— Никакого, Кенджи, — помотал головой чёрный маг. — На второй стадии, — добавил Озэму.
— Проиграть на второй стадии?! Так рано?! — негодовал я. Мне нужно было сделать вид, что я готов сдаться, при этом поторговаться, мол, проиграть — я проиграю, с этим я уже смирился, но не хотелось бы проигрывать так рано.
— Раньше закончим — раньше получишь деньги. Мои аналитики сказали, что лучше на второй стадии проиграть, ибо потом не поверят, что ты вообще мог проиграть Тошайо. А вот вторая стадия, зная, какой он сильный в самом начале, могут и поверить, поскольку любой маг ошибается в своей жизни, даже такой вот крутой зверь, как ты.
— И как это должно произойти? — продолжил я свою игру.
— За тридцать секунд до конца второй стадии Тошайо создаст Вакуумную Оболочку, когда ты атакуешь его Огненным Ветром. То бишь всеми любимый конферансье объявит, что осталось тридцать секунд до конца второй стадии, и вот тогда ты начнёшь атаку. А Тошайо тем временем скастует Чёрные Шипы Орга́ны и пробьёт тебе ноги. Да, будет больно, не спорю. Однако маги-целители восстановят тебя после боя. Пройдёт два часа, я получу свои сто миллиардов, а уже через три часа ты будешь дома выбирать себе новый пентхаус. Поверь, через месяц о твоём проигрыше обычные маги забудут… собственно, как и ты. Уверен, Кенджи, можно и другими делами заняться, кроме боёв.
— Например, садоводством… в городе.
— Твой сарказм сейчас неуместен, Кенджи. Завтра бой, а теперь иди отдыхать.
— До завтра, — сказал я и направился к выходу.
— Но помни, — добавил вслед Озэму. — Если что-то пойдёт не так, то я тебя из-под…
— Я знаю, Озэму-сама, — снова перебил я. — Можете не продолжать: мы здесь все — маги умные… и осознаём, какие могут быть последствия.
Захлопнув дверь, я достал телефон.
Кенджи: Как будешь в чате, отпиши.
Кенджи: У меня тут проблемка возникла.
Кенджи: В общем, отпиши.
Кенджи: Нужно поговорить про…
Синдуку: Я здесь.
Кенджи: Со мной только что беседовал Озэму.
Синдуку: Про завтрашний бой?
Кенджи: Да.
Кенджи: Говорит, что я должен проиграть.
Синдуку: Но ты же…
Кенджи: Вот именно. Поэтому и нужна твоя помощь.
Синдуку: Только не говори, что ты вспомнил про портал.
Кенджи: Ты же меня знаешь, что другого варианта…
Синдуку: Озэму тебя убьёт?
Кенджи: Догадайся с первого раза.
Синдуку: Тогда тебе нужно что-то помощнее.
 
Кенджи: А у тебя что-то есть?
Синдуку: Что-то есть, да. В тело человека хочешь попасть?
Кенджи: А у меня есть выбор?
Синдуку: Нет. Либо обычное перемещение в своём теле, либо в тело другого человека, но с сохранением своей силы.
Я задумался. На самом деле это вполне хорошая идея — переместиться в тело другого героя, поскольку в таком случае слугам Озэму будет гораздо тяжелее меня найти.
Кенджи: Тогда в тело другого человека, чтобы слуги Озэму не узнали.
Синдуку: Твою ауру они всегда будут чувствовать.
Кенджи: Только если близко подойдут. А я собрался свалить в другой мир, а не в соседний район.
Синдуку: Хорошо, Кенджи, так и помечу в своём блокноте: «Отправить тебя в другой мир, в другое тело, чтобы никто из чёрных слуг Озэму не узнал, даже если близко подойдут».
Кенджи: Но ведь они же и так за мной не отправятся в другой мир, я правильно понимаю? Или могут?
Синдуку: Даже через экран телефона чувствую твою неуверенность:) Ничего неизвестно, Кенджи. Ты ведь и сам решил, что хочешь в другое тело. Значит, подсознательно был готов, что может что-то пойти не так и лучше перестраховаться.
Кенджи: Согласен. Так ты до завтрашнего боя сможешь всё подготовить?
Синдуку: Постараюсь, друг. Но было бы лучше, если бы и ты подготовился, чтобы следы не вели ко мне.
Кенджи: Никаких следов. Моя жизнь теперь в твоих руках.
Синдуку: За сотую победу, брат!
Кенджи: За сотую.
***
Вечер следующего дня…
— Самый достойный противник нашему чемпиону — Тооооо-Шаааайо! — прокричал Хитоши — профессиональный конферансье в мире магических боёв. Он меня представлял с двадцать шестого боя и по девяносто девятый. Хитоши представит меня и в этом бою, который определённо закончится моей победой, несмотря на все риски. Другой вопрос: как именно я собираюсь победить?
Стотысячная публика скандировала: «То-Шайо! То-Шайо!». Трибуны тряслись: казалось, что сейчас обвалятся прямо на меня. Левитирующий маг обожал, когда толпа встречала его под визг и крики. Чего не скажешь обо мне, ведь я ещё при сорок шестой победе попросил магов, которые наблюдали за мной с трибун, молчать при следующем моём появлении.
Я предупредил магов, что если они хотят и дальше видеть мои зрелищные победы, то придётся уважать единственное моё требование — молчать, когда Хитоши объявляет моё имя. Это была моя фишка — я выхожу, а все молчат… в знак уважения. Никакой музыки. Не знаю почему, но мне это нравилось не меньше, чем визг и крики для любого другого боевого мага, который в конечном счёте проигрывал мне.
Кенджи: Портал с превращением ско́ро будет готов?
Синдуку: Уже… Ты где?
Кенджи: Набирает сообщение…
Синдуку: Да шучу я. Знаю, что сейчас объявят твоё имя.
Синдуку: Быстрее кончай с Тошайо и дуй ко мне:)
Кенджи: Постараюсь. Мне в любом случае нужно успеть до конца второй стадии.
Синдуку: Ты на своём красном мотоцикле планируешь сваливать с Хатаракаши?
Кенджи: Да. Красавчик ждёт под окнами… в туалете.
— А теперь наш главный чемпион. Я бы начал кричать и визжать, как и вы, но этот парень не любит поднимать шум, поэтому просто Кенджи, — спокойно сказал Хитоши. Но потом всё же шёпотом добавил: — Кен-джи! Кен-джи!
Зал практически молчал. Многие пытались сдержать улыбку и это было слышно. Конечно, можно расценивать такой «смех», как неуважение ко мне, но я прекрасно знал своих фанатов и Хитоши, поэтому его шёпот: «Кен-джи! Кен-джи!» — это дружеская шутка, которая никак не влияла на мою репутацию.
 
Кенджи: Ну всё, объявили. Я погнал. Скоро буду у тебя.
Я был уверен в своей победе. Мысли о том, что меня убьёт Озэму, я оставил за пределами Хатаракаши — боевой арены для магов вроде меня. Что-что, а дурные мысли я умел «сжигать», если была сильная цель, которую добиться можно только без дурных мыслей. Спасибо за это моему учителю — Акихиро.