Газлайтер. Том 6 (СИ)
Я облачаюсь в доспех Тьмы и делаю быстрый подшаг к гибону. Огромная лапа летит в мою сторону. Увернуться не проблема. Зверь плохо контролирует свое размороженное тело. София затянула далеко не все микротрещины, а то нам бы и дня не хватило.
Вонзаю пси-клинок в тушу, и отскакиваю. Теперь использую пси-конструкт как проводник. Быстрое подключение к разуму и подавление инстинктов воскресшего тела. Готово.
— Дубный, слышишь меня? — спрашиваю.
— Р-р-ра, — уже не агрессивно рычит это недокит. Широкая как лопата нижняя челюсть отвисает обиженно.
«За что ты так со мной? — мысленно взывает Дубный. — Быть в мертвом теле — это жесть как больно! Да еще твоя пси-хрень жжет…»
«Потерпи. Это всего лишь пробный тест».
Ментальными щупами подцепляю разум бородоча и возвращаю к себе в голову, затем развоплощаю пси-конструкт. В целом, всё прошло неплохо. Проблема с инстинктами решаема. Но остается также вопрос — сколько времени чужой разум может жить в умертивии.
— Р-Р-Р-Р-А!!!
Громкий рев отрывает меня от мыслей. Гибон снова встает и зыркает на меня голодными стеклянными глазами. Ну да, Дубного-то я забрал, но умертивия-то никуда не делась
Пси-клинок ей больше не навредит, ведь у твари нет разума. Да и раны ее не свалят, как и оторванные конечности. Живучие монстры эти умертвия. Ладно, использую радикальный метод, энергии хватит.
И я врубаю Голод Тьмы.
* * *Девушки отбежали недалеко от двери. София, застыв, вслушивается в громкий грохот за дверью.
— Боже, у него что, с собой была бомба⁈ — похолодела Целительница.
— Я не удивлюсь, если так, — шепчет в ответ Кира.
София шумно сглатывает. Сегодня у молодой Целительницы настоящий шок-день. Утром она и подумать не могла, что устроится к такому эксцентричному работодателю. Да, про Дар телепатии и молодость Вещего София сразу разузнала, и поэтому относилась настороженно к нему, но кто бы мог подумать, что в первый же рабочий день они будут в подвале оживлять зверя! И надо признать, несмотря на опасность, опыт поразительный. За два года практики София и близко не продвинулась в практической химерологии, сколько сегодня за несколько часов. Создавать химер на основе умертвий! Гениально же! Да, это не совсем химера, но зато открывается перспектива собрать из двух мертвых монстров полезного биологического робота. А если еще вдобавок научиться контролировать его не магией смерти, а псионическим рычагом, к чему явно стремится Вещий, то это будет настоящий прорыв в биоинженерии! Надо признать: Вещий, несмотря на молодость и всю свою чудаковатость, настоящий гений!
Главное, чтобы он был живым гением.
София прислушивается. В комнате перестает грохотать. Наступает тишина.
Разные мысли роются в голове Целительницы. Но ни одной о побеге. Она подписала контракт, и если Вещий сейчас ранен, значит, она вылечит его от ран, чего бы ей это ни стоило. Да и безумно интересно работать с ним, чего уж греха таить.
Кажется, похожим образом думает и Кира, потому что обе девушки почти одновременно сходят с места и направляются к распахнутой двери.
София решительно заглядывает внутрь, ожидая ужасного. Комната забрызгана кровью и ошметками плоти. У стены стоит Данила — кажется, невредимый, но весь запачканный кровью. Странно, но на его лице сверкает довольная улыбка. Глядя на него, София тоже невольно улыбается.
Парень замечает девушек.
— Кстати, Кира, завтра мы уезжаем в Будовск. Ты с нами.
— А раньше не мог сказать, — вздыхает некромантка, отойдя от шока. — Мне же надо успеть вещи собрать.
— Извини, запамятовал, — разводит Вещий руками, а потом вопросительно смотрит на решительно подступившую к нему Целительницу. — Что такое, София?
— Раздевайтесь, — твердо говорит София. — Вы весь в крови. Вас нужно осмотреть.
* * *Следующим утром мы вылетели в Пермь. Реактивный джет мигом доставил меня с девушками и Никитосом в центр родного княжества. Змейку я отправил вместе с группой Студня на военно-транспортном «Антее», взятом в аренду.
В Перми мы ненадолго остановились в гостинице, и я успел заскочить в поместье князя. На встречу с Великопермским записался за сутки, так что меня приняли без задержек.
— Здравствуй-здравствуй, Данила, — князь кивает на кресло напротив, едва я захожу в гостиную. — Садись, что ты как неродной? Угощайся: вот чай, вот медовые пряники — наши пермские.
Внутренне облегченно выдохнув, я накидываюсь на угощение. Судя по всему, Великопермский не злится. Так не будем же обижать княже и съедим всё до последней крошки.
— Кстати, поздравляю с гербом, — доброжелательно произносит князь.
— Михаил Ермолаевич, спасибо, — делаю глоток чая. — Но здесь есть и ложка дегтя — Царь прописал меня в Москве.
— Знаю уже, — отмахивается Михаил. — Ты не волнуйся, Данила, я не держу зла на тебя. — Да я уже понял по пряникам с чаем. — Знаю, что ты хотел бы остаться у меня в вотчине, но Царь решил по-другому, и тебе остается только смириться.
— Да, — приходится сделать грустное лицо и тяжко вздохнуть. — Царю Борису виднее, как лучше.
— Конечно. Но ты всё так же можешь служить в доброотряде, — замечает Великопермский. — Не вижу причин тебе отказывать.
— Благодарю. — И еще как! Именно за этими словами я и пришел.
Как только прием подходит к концу, сразу возвращаюсь в гостиницу. София с Кирой уже одеты, а Никитос сидит за рулем. Отправляемся немедленно. В Перми делать мне больше нечего. С князем пообщался, медовые пряники поел, пора и честь знать.
По дороге останавливаемся в придорожной забегаловке попить кофе. Ну я, конечно, не удерживаюсь от местных пирожков. София с Кирой с удивлением смотрят, как я уминаю большую тарелку разных пирожков: с капустой, картошкой, и повидлом, с яйцом и луком.
— Мне не придется лечить тебя от несварения желудка? — пугается Целительница.
— Мой желудок просто так не взять, — улыбаюсь.
Неожиданно к нашему столу подходит официантка и ставит прямо передо мной большой торт «Наполеон».
— Это вам, господин, — тихо произносит молодая девушка. Она смущенно опускает лицо. — Лично от меня. За счет заведения.
Я был не прав — вот теперь София с Кирой по-настоящему удивились. Мне же удивляться некогда — раз дают, надо есть.
— Ого, спасибо! — я перекладываю себе на тарелку кусок вкусноты. Зачерпываю маленькой ложкой слоеное тесто с заварным кремом и отправляю в рот. — Ммм… Потрясающе! Ты сполна оплатила свое спасение.
— Вы узнали меня? — радуется девушка, теребя передник.
— Конечно, — продолжаю лопать торт. — Где-то неделю назад в ресторанном туалете борзой дворянин зажимал тебя в углу. Только вроде бы это происходило в другом кафе.
— Вы правы. Я сменила место работы по вашему совету, — кивает официантка, лучезарно улыбнувшись.
— Правильно, незачем туда возвращаться, — я бросаю взгляд на бармена — здоровый бугай за стойкой, прищурив глаза, наблюдает за мной и официанткой. Тут я замечаю у девушки на пальце золотое колечко. — Тем более, что здесь у тебя и защитник нашелся.
— У меня жизнь наладилась благодаря вам! Спасибо! — она снова улыбается от уха до уха, а потом вдруг ее тонкая талия сгибается, мою щеку обжигает быстрый поцелуй, и тут же девушка пулей уносится из зала, покраснев до ушей.
— Хватило бы торта, — беру я салфетку и вытираю щеку от помады. А Кира с Софией задумчиво молчат, но недолго — уже в машине они начинают доставать просьбами рассказать, за что меня благодарила официантка. Приходится поведать тот случай. Эх, а я-то надеялся помедитировать в дороге. Но с двумя девицами в машине это в принципе невозможно. Будет уроком на будущее.
Приезжаем домой в темноте. Близкие и домашние встречают радостно, мама с Леной и Лакомкой сразу кидаются обниматься и поздравлять с гербом. Антонина Павловна и Мария Федоровна тоже обнимают. А Степан от души хлопает меня по плечу так мощно, что внутри тела раздается гулкий звук.