Принц в фартуке (СИ)

В ожидании свадьбы дни я проводила с бабушкой и мамой. С мамой мы тайно обменивались письмами и даже время от времени встречались, никто не препятствовал. Бабушка тоже относилась ко мне тепло, но мы не были настолько близки, как с мамой.
– Дорогая внучка, вы уверены в своем решении? Мой супруг и глава нашего рода убежден, что именно вы должны встать во главе семьи. Вы же в нарушение вековых традиций переходите в род мужа. Молодой род...
А громоздить словесные конструкции обязательно? Мы же не на приеме. С Кертом я как-то успела привыкнуть к домашнему стилю общения.
– Уверена, леди.
Бабушка вздыхает с укоризной. Жаль ее, если честно. Величие рода, в который она когд-то вошла, это все, что у нее есть. Ее брак счастливым уж точно не назвать. Может быть, ей станет легче после отъезда деда? Когда я бессовестно повешу на нее чертячий питомник, она точно взбодрится.
Она качает головой:
– Я буду молиться за наше будущее.
– Леди, разве, восстановив историческую справедливость, род Миашар не обретет еще большую славу?
– Будьте счастливы, моя дорогая внучка, – бабушка смахивает выступившую в уголке глаза слезинку и поспешно уходит. Моим пустым словам о новом величии она не верит, слишком умна.
Я тронута.
– Да, дочка, будь счастлива.
Мама целует меня в лоб и тоже выходит.
В комнату без стука, не дожидаясь разрешения, врываются горничные. Служанки торопливо поправляют мой макияж, прическу, расправляют и без того идеальный подол свадебного платья, они наперебой заверяют меня, что я буду самой красивой невестой, Непривычная пышная юбка, с которой не справиться без помощи, многометровый шлейф, скромный лиф и нескромный каскад украшений – тиара в волосах, ожерелье, серьги. Я смотрю на себя в зеркало, и мне кажется, что за блеском бриллиантов и переливами атласа меня попросту не видно.
– Леди, могу я сообщить лорду, что вы готовы?
Я медлю, бросаю последний взгляд на свое отражение и выхожу в будуар:
– Да, можете.
Старшая горничная уходит, чтобы доложить деду. Свадьба с Кертом для меня счастье, хотя торжество для меня не столько праздник, сколько следование королевскому протоколу и работа на публику. Подданные должны увидеть, что избранница принца достойна однажды стать королевой. Сейчас мне предстоит неприятная часть.
Входит дед:
– Леди Миашар, прекрасно выглядите.
– Благодарю.
Дед предлагает мне локоть и я опираюсь. Глава рода будет сопровождать меня от дома до храма. Вообще-то согласно традиции глава рода провожает покидающую семью дочь до алтаря и передает жениху, но я настояла на нарушении этого правила. Перед храмом дед передаст меня королю, и уже его величество поведет меня к алтарю.
У парадного подъезда нас ждет открытая, украшенная лентами коляска.
Дед помогает забраться, а младшие родственницы кидаются расправить юбку и шлейф. Девочки поедут во второй коляске сразу за нами – им же помогать мне со шлейфом в храме, а вот после объявления меня женой Керта привилегия заботиться о шлейфе перейдет к фрейлинам. Хах, привиллегия...
– Леди, у вас неподобающее выражение лица, – делает мне замечание дед.
Отчасти справедливое, отчасти нет.
– Мы еще не тронулись, – возражаю я.
Дед отворачивается:
– Если бы не вы, леди, Великие столпы передали бы трон новой династии. Вы подорвали наше положение.
Это прощальное обвинение в предательстве семьи. предупреждение? Очевидно, что «пятерке» происходящее не нравится категорически. Уверена, найдутся те, кто предпочтет увидеть меня мертвой, чем позволить мезальянс. Керт, разумеется, принял меры.
– Обвинять меня? Смешно. Лорд, неужели мощь великих столпов настолько ничтожна, что их смогла повергнуть мелкая чиновница из Опеки?
Неожиданно дед отвечает широкой улыбкой. Он умелый лицедей, но все равно улыбка кажется мне искренней, дед смотрит на меня с гордостью и одобрением:
– Вы правы, моя внучка, столпы пали не из-за вас. Вы их всего лишь подтолкнули. Они пали, потому что их фундамент прогнил. Трудно оставаться сильным, когда достойных противников нет веками. Столпы возгордились, размякли, потеряли былую хватку, за что и поплатились. Падение «пятерки» было лишь вопросом времени. Задача, поставленная перед нами его высочеством принцем Дакертом это наш шанс вспомнить, что такое настоящее сражение, закалиться в бою и восстановить утраченную мощь. Я знаю, Аврора, вы не готовы поверить в мою искренность. Не нужно верить. Однажды я докажу делом.
 
– Хорошо. Я буду ждать.
Мы замолкаем – наша коляска приближается к воротам.
И справа, и слева отряды гвардейцев, затянутых в парадные мундиры. Военный оркестр играет свадебный марш. Отряд справа медленно удаляется, и кучер правит за ними. Отряд слева будет замыкающим.
– Принцесса! Принцесса Аврора!
– Принцесса Аврора! – обрушиваются на меня приветственные крики толпы. В коляску летят белые цветы.
Я поднимаю руку, улыбаюсь. Неполный месяц, который мы с Кером провели на минеральных источниках, в столице и крупных городах провинции барды пели о принцессе Авроре, отказавшейся от придворных развлечений и инкогнито работавшей на благо сирот в Опеке. Разве мог принц не полюбить самую прекрасную из принцесс? Историю нашей встречи барды тоже переврали и превратили в легенду.
– У-у-у!
Откуда?!
Мы же решили оставить черта с Лизи!
Черт не похож сам на себя. Видимо, проникся торжеством момента и впервые добровольно не стал избавляться от одежды. Праздничный наряд с пышным бантом на кончике хвоста ему, если честно, не идет. Как будто нырнул в торт. Пожалуй, в своем шутовском одеянии, черт смотрелся бы эффектнее. Приказом его величества черту и правда пожалована роль королевского зловредного шута.
– Черт, смотрите!
– Это же тот самый черт принцессы!
– У-у-у! – в отличие от меня, черт вниманием наслаждается.
Улицы запружены. Людей столько, что кажется, будто посмотреть на нашу с Кертом свадьбу собралось все королевство. Мы едва продвигаемся, я чувствую себя экзотической зверушкой, которую возят по улицам на показ зевакам.
До храма мы добираемся часа три, если не больше.
– Принцесса!
– Принцесса!
У самого храма становится легче, здесь собрались аристократы.
А на ступеньках меня лично ожидает его величество. Король выглядит свежим, полным сил. Трудно поверить, что этот человек не так давно был при смерти.
Коляска останавливается, и первым выпрыгивает черт, но тотчас уступает дорогу. Дед медленно спускается, я держусь за его руку кончиками пальцев, улыбаюсь. Пока мы приветствуем короля поклонами, родственницы подхватывают шлейф. На миг я поднимаю лицо к небу. Я войду в храм как леди Аврора Миашар, а выйду законной супругой Керта.
– Аврора, – едва слышно дед напоминает, что не время и не место впадать в задумчивость.
Я улыбаюсь еще ярче, притворно опускаю ресницы, маскирую неуместную заминку смущением.
Дед подводит меня к королю, снова поклоны.
– Ваше величество, – обращается он, – вверяю вашей заботе главную драгоценность нашего рода леди Аврору.
Драгоценность? Ладно, не буду придираться.
– Лорд Миашар, вы отправляетесь за рубеж с длительной миссией особой государственной важности. Естественно, мы принимаем вашу внучку как родную дочь. Вся ваша семья, лорд, получит нашу поддержку.
– Благодарю, ваше величество. Теперь я могу отправляться с легким сердцем.
Дед передает мою руку королю.
– Ваше величество, – здороваюсь я.
– Леди Аврора, добро пожаловать.
Мы поднимаемся по широким ступеням, входим под своды храма. В нос ударяет навязчивый запах благовоний. Главный зал украшен лентами и цветами. Шуршание ткани – ожидавшие нас придворные кланяются. Но мне нет до них никакого дела. В огромном переполненном людьми зале для меня есть только один человек – мой будущий муж.
 
– У-у-у, – черт уносится вперед.
Хах, где он раздобыл огромную корзину, из которой он разбрасывает лепестки.