Принц в фартуке (СИ)

Сегодня мы по очереди будем отключаться?!
– Дурак! – выкрикиваю я.
Смертельно бледный, едва дышащий, он похож на труп. Сегодня у него уже шла носом кровь. А если сосуды лопнут в голове?! На глаза наворачиваются слезы, а руки действуют. Мы на мостовой, к счастью, не на проезжей дороге. Людей вокруг нет, никто не поможет. Но и стражи нет, а это ощутимый плюс. Оттаскивать к тротуару не нужно. Я укладываю Керта на спину, хлопаю по щекам. Поменялись ролями, черт побери.
– У-ум?
Черт спрыгивает с моей головы, и шиплю от боли – на когти намоталось несколько волосков, и, спрыгивая, черт их вырвал.
– Молодец. Спасибо, что не бросил. А ведь я даже не поняла, когда ты запрыгнул. Керт? Дышит.
– Хей, вы кто? И что вы здесь делаете?! – раздается оклик у меня за спиной.
Я оборачиваюсь. Уперев руки в бока, стоит простецки одетая женщина. Фигурой, прической очень напоминает хозяйку Хошши. В сумерках трудно рассмотреть лицо, но я понимаю, что я обозналась, и это не она.
Кем представить недобитка?
Если бы не его провокационные прикосновения и улыбки, я бы сказала, что он мой брат, но я ляпаю то, что первое приходит в голову:
– Мы мимо шли. Моему жениху стало плохо.
– Жених? – с мостовой раздается хриплый, едва различимый шепот Керта. – Если я жених, значит, вы согласились стать моей принцессой, леди? Я запомню...
У него бред начался?
Женщина неуверенно подходит ближе.
Я догадываюсь, что ее смущает. Мы оба одеты очень странно. На мне брюки и блузка. Выходить, не прикрывшись жилетом или пиджаком неприлично. Вместо уличной обуви на мне вообще домашние пушистые тапочки.
Недобиток в брюках, босой, в одних носках. А сверху нижняя рубашка и мой фартук.
– У нас неприятность случилась, – поясняю я женщине. – Простите, вы смогли бы вынести нам горячий чай? Я запла… – я тянусь к кошельку, но пальцы хватают лишь воздух. Сумка осталась в квартире.
Женщина подходит ближе.
– Ох. Маг что ли?
Сказать про портал? Другого подходящего объяснения у меня для женщины нет. Мне нужно, чтобы она помогла, не поднимая шума, нужно успеть уйти, до того, как на наш след выйдут, до того, как район накроют поисковыми чарами.
– Да, маг.
Женщина подходит ближе:
– Давай-ка его на скамейку, нечего поперек улицы валяться.
Меня радует, что Керт пришел в сознание. К счастью, нагрузку он выдержал, жить будет. Его бы напоить чаем и уложить спать. Пусть бы сутки, а луче двое отлеживался. Но у нас нет этих суток, нет даже пары часов.
Надо бежать.
Керт пытается упереться ладонью в камни мостовой, но сил не хватает.
– Лежи, – останавливаю я.
– Я вызову стражу и принесу чай, – кивает женщина.
Стражу?! Черт-черт-черт!
У-ум?
Отказывать нельзя, это будет слишком подозрительно.
– Уважаемая, можно, пожалуйста, сначала чай? Вы же видите...
– Л-ладно.
Я ей не верю.
Смотрю, как она уходит.
– Черт, – зову я теперь уже осознанно.
Черт, свернувшийся у меня на коленях незаметным клубком, поднимает мордочку:
– Ум?
– Ты можешь не дать ей вызвать стражу? Только не рискуй. И сможешь потом нас найти?
– Ум!
Черт бесшумной тенью устремляется вслед за женщиной. Мне достается хлесткий удар гибким хвостом.
Я наклоняюсь к недобитку, зарываюсь пальцами в мягкие волосы и массирую затылок по точкам, как меня когда-то учили. Эффект дают не сами прикосновения, хотя, вроде бы и они полезны. Эффект дает магия, которой я делюсь через руки. Пять минут массажа снимут спазм и подарят ложную бодрость, недобиток сможет встать. Часа два-три, и затем он снова свалится. За это время мы должны найти укрытие.
Недобиток усмехается:
– Только ради этого стоило свалиться, леди.
– Дурак, да?
Керт в ответ тихо смеется.
Раздражение на его беспечность и неуместные шуточки придает сил, и я снова подозреваю, что Керт дразнит меня нарочно.
– Леди, нам надо уходить.
– Я еще не закончила.
Про чай я не заикаюсь, и правильно. Черт спрыгивает откуда-то сверху. Вид у него одновременно виноватый и взволнованный. Он суетливо прыгает между нами, лопочет. Я не отвлекаюсь от массажа, уточняю:
 
– Ты не смог проскользнуть за ней в квартиру? Все в порядке, ты еще маленький.
– Она вызвала стражей. Леди, уходим.
– Лежите, Керт. Этот вид массажа нельзя прерывать, если не хотите стать овощем.
Я ощущаю, как на миг принц напрягается, но тотчас расслабляется, закрывает глаза и отдается моим рукам, того гляди замурчит. Эй, ничего, что мы посреди улицы? Холодные булыжники, которыми вымощена улица, уж явно не настраивают на романтику, а впиваются в коленки мне и в спину принцу, но обстановка и обстоятельства смущают только меня. Удивительная у недобитка способность ловить момент и наслаждаться.
Магия послушно течет, я последний раз нажимаю на точки, ослабляю поток и развеиваю:
– Как вы себя чувствуете, Керт?
– Жениху следует говорить «ты», – наставительно возражает он, ловит мои пальцы, подносит к губам, целует. – Благодаря вам, моя леди, я исцелен.
– Поднимайтесь медленно. У нас около двух часов, чтобы найти укрытие.
– Говорите, два часа, леди?
Керт твердо встает на ноги, но я все равно придерживаю его под руку. Керт упрямится, а черт в отличие от него излишним благородством не страдает, лапы бережет. Зачем самому пешком шлепать, когда рядом есть ручной человек? Черт вскарабкивается мне на шею, повисает заплечным мешком.
– Командуйте, Керт, ждем чай или уходим. Нам бы вам обувь раздобыть.
– Леди, как вы относитесь к разбою? Черт, я вижу, относится с интересом и одобрением.
Я ничего не отвечаю.
Мы оказались без вещей, без денег, без документов, в розыске, мятежный принц и его пособница. Зато с грандиозной миссией предотвратить переворот и спасти детей. Сомнения на счет Керта окончательно развеялись. В какой момент, я сама не поняла. Вроде бы доказательств нет, но не могу я даже мысли допустить, что он действительно покушался на жизнь своего отца.
Керт, прихрамывая, тянет меня в проулок, но в густой тени здания почему-то останавливается, приваливается к стене.
– Вам плохо?
– Хм? Леди, я в полном порядке. По крайней мере по ощущениям.
– Здесь вот-вот будет стража. Вас это не смущает?
Керт в ответ только улыбается с этакой таинственностью и снисходительностью. Уж не знаю, просто дурачится, чтобы разогнать пораженческий настрой или рассчитывает произвести на меня впечатление, но выглядит Керт как мальчишка, пообещавшей девочке, что перепрыгнет через забор, а ей полагается смотреть и восторгаться.
Стражи появляются через несколько минут. Все это время Керт прижимает меня к себе, словно так и надо, а я... я тоже притворяюсь, все хорошо и правильно. От его ладони на моем плече тепло, и это не столько тепло тела, сколько человеческое тепло.
Я сама себе напоминаю реку, скованную зимним льдом. Под толстой коркой жизнь теплится, но это не точно. Керт стал моей весной, отогрел, разбудил. Ничего удивительного, что именно рядом с ним мое сердце бьется чаще.
Спешившись, они оставляют лошадей у коновязи, оглядывают улицу и направляются к дому, в котором живет вызвавшая их женщина. Сейчас они скроются. Я так и не спросила, что задумал Керт. Уверена, план у него есть, а раз заранее говорить не стал, значит, моя помощь не нужна.
Удача отворачивается от нас. Дверь подъезда открывается, навстречу стражникам выходит «наша» женщина с подносом.
– Черт! – зло выдыхает Керт.
– Ум?
– Леди, бегом!
Керт перехватывает меня за руку, и мы бросаемся к лошадям. Хорошее решение, если бы не одно «но». В сбруе служебных лошадей крепится артефакт, который просто стреножит животное, если верхом сядет чужак. Принц же не может не знать об этом?
 
Естественно, Керт знал.
Пока я млела, наслаждаясь близостью, он все продумал. Или вовсе просчитал каждый шаг за доли секунды, еще до того, как приказал прятаться в тени здания.