Дымок. Маг пространства (СИ)
Хотя, это как сказать, судя по измученному виду, затрахались они с тяжеленной тушей повелителя не по-детски! Дымок, преодолевая зверскую слабость и желание упасть и не шевелится, заставил себя сесть. Новы служанки моментально кинулись помогать:
— Доброе утро, господин! — придерживая мужчину под руки пропищали девушки.
— Для кого доброе, а для кого-то может быть и последнее! — прохрипел Дымок.
— Да ладно, господин, вас и лопатой не убьёшь! Ой! — закрыла рот руками рыжая гномка.
— Простите дуру, хозяин! — воскликнула вторая, — Не подумавши она!
— Лучше молчите, и просто помогите помыться и переодеться! — слабо скомандовал Дима.
Гномки его и помыли, и переодели, и даже вывели из спальни. А коридоры дворца напоминали поле боя, особенно если смотреть на количество лежащих и слабо стонущих тел. Над «побоищем» стоял густой и тяжелый запах сивухи, гота, гоблинсткого и гномского пердежа, и прочих «ароматов». Дымок окинул все это безобразие, и лежащих вперемешку гномов, гоблинов, хобгоблинов, людей и редких кобольдов, после чего почесал в затылке и проговорил:
— М-да, праздник удался! Ничего так не сближает разумных, как хорошая пьянка! — после чего тяжело вздохнул, — Но работы теперь предстоит много!
А дальше были вызваны женщины всех рас, которые начали стаскивать представителй руководства всех поселений в один из разгромленных пиршественных залов. Не зависимо он расы и телосложения Дымок запретил похмелять мужиков алкоголем, и их отпаивали водой, соками, рассолами и прочими народными средствами. Самым действенным для приведения алкашей в сознание оказался настой красного перца с соевым соусом и еще некоторыми травками. Хотя те, кто пробовал подобное средство, потом навсегда отказывались принимать алкоголь.
Дима тяжелым взглядом окинул свою «элиту», «элита» смущенно опускала глаза и пристыженно молчала. Тогда Повелитель подземелий весомо произнес:
— Ну, раз все осознали, то теперь я скажу! С сегодняшнего дня у всех вас начинается совсем другая жинь!
* Васюки — вымышленный город из романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев». Имя взято из путеводителя. Некоторые авторы считают прообразом Васюков Васильсурск, другие — Козьмодемьянск. В первоначальном варианте рукописи «Двенадцать стульев» есть указание на то, что «название вымышлено, описание города заимствовано из указанного путеводителя, где оно относится к городу Ветлуга, что расположен в верхнем течении одноименного притока Волги». Нью-Васюки — фразеологизм, Остап Бендер произнес однажды: «Васюки переименовываются в Нью-Москву, а Москва — в Старые Васюки»! (роман «Двенадцать стульев»).
** Запрет на производство «Абсента» во Франции был введен в 1915 году, но через 85 лет закон немного изменили — напиток разрешили производить в стране, но не продавать.
https://ivan-elkin.ru/library/absent.htm — ссылка для тех, кому интересна история «Абсента».
Глава 15
Ох уж эти туристы!
(4 цикл 2 недели 1 месяца 11 года от обретения Величайшего по летоисчислению Мира Подземелий/18 июня 2034 года по летоисчислению мира Земля-1)
— Ох и хорошо тут у тебя, Димон! — с удовольствием опрокинул кружку ледяного кваса Михалыч, — А наверху пекло, и не скажешь, что июнь!
— Да ладно вам, обычное подземелье, поэтому и температура стабильная! Круглый год двадцать три градуса! Стандарт для отелей в эмиратах! Ну, я так в журнале читал! — о том, что журнал он читал сидя на мусорной куче, откуда и достал «литературу», Дымок скромно умолчал.
— И квасок тоже хорош! — продолжал нахваливать напиток старый друид.
Хотя, тут все было справедливо, ведь квас, это то единственное блюдо, которое Дымок умел готовить в совершенстве. Именно благодаря этому умению, он был на хорошем счету у вечно похмельного начальства. Причем секрета тут никакого не было, достаточно было строго соблюдать рецепт. Тщательно поджаривать ржаные сухарики, строго соблюдать дозировку сахара и воды, ну и, конечно, различные добавки в виде изюма, хрена, мяты и прочего. Но, почему-то, никто так не делал, отмеряя ингредиенты на глазок, и применяя то, что просто подвернется под руку, отсюда и результат, так себе результат.
И вот сейчас, различные сорта кваса, соков и лимонада на разлив, гоблины-лоточники продавали прямо на портальной площадке. Это летом, а зимой в ход шел горячий сбитень, глинтвейн, чай, кофе и другие горячие напитки. И да, сейчас, спустя три месяца, после завоевания города гномов, Дымок решил открывать туристический сезон. Для проверки всей инфраструктуры, и просто в гости, к нему и явились Михалыч, Степан, высокий плотный парень, которого называли просто — Американец, еще разные представители правления альянса, всем хотелось посмотреть на то, что может предложить новый член альянса.
— Ну, показывай, чем ты тут три месяца занимался! — прогудел Степан.
— Тогда прошу сюда! — и Дима указал рукой на широкие двери, расположенные в стене коридора, расположенного на выходе из портального зала.
Толпа прошла по указанному маршруту, и оказалась в великолепном огромном светлом помещении со сводчатыми потолками. Дмитрий обвел окружающее великолепие руками и довольный произведенным эффектом спросил:
— Ну, как вам? Гномы строили, на тысячелетия! — после чего ухмыльнулся улыбкой чеширского кота.
А посмотреть было на что! Гости с открытыми ртами осматривали полированный мрамор отделки стен, резные опорные колонны, яркую роспись купольного потолка. Никто не мог поверить в то, что они находятся в подземелье. Но главным было не это, а две ветки настоящего железнодорожного полотна, с ажурными арками переходов между платформами. Откуда-то играла тихая ненавязчивая музыка, мелодично журчали фонтаны, поражали просто своим наличием двери в настоящие современные туалеты, окошечки билетных касс и блестящие металлом турникеты.
— Это то, что я думаю? — выдохнул Американец.
— Не знаю, о чем ты думаешь! — произнес Михалыч, — Но это определенно метрополитен!
— Это как вообще? — с трудом закрыл рот Степан.
— Уметь надо! — довольно ухмыльнулся Дымок.
— И чё, даже поезда ходят? — спросил Американец.
— Сами увидите! — продолжал нагнетать интригу Дима.
В это время пыхтя паром и слегка лязгая сцепками в зал выкатился паровоз, тянущий за собой несколько вагонов, похожих на трехосные вагоны николаевских времен. В самом паровозе на месте машиниста сидел бородатый гном в форменной тужурке и черной фуражке с околышем, на нем были очки в золотой оправе, а во рту здоровенная трубка. И вообще по манере держаться, этот гном был похож на капитана океанского парохода, не меньше. И никто из гостей даже не догадывался, какой конкурс с его борьбой и интригами развернулся за место машиниста паровоза!
— Поди ж ты! — пробормотал Михалыч, заходя в комфортабельный вагон, — Сто лет в метро не был!