В объятиях пламени зари (СИ)

— Ты решил сдаться? Покончить с этой грязной игрой? Я понимаю тебя. И я устал от этого. Поэтому и нашёл себе замену… но сгинуть не удалось.
Навалилась слабость, голова рухнула в ладони:
— Чего ты хочешь от меня?
— Хочу, чтобы ты вернулся. Так чтобы от Королевского Двора не осталось и пыли.
— Думаешь кто-то сможет?
— Ему уже пускали кровь. Он не бог. Очень древний и безумно могущественный. Но не бессмертный. Уязвимый.
— Зачем это тебе и зачем это мне?
Растянувшиеся в вечности мгновение учитель смотрел в глаза ученику.
— Только так получится обрести забвение.
Кинжал звякнул, упав на металлический поддон.
— Жду ваш вердикт, доктор.
— Лёгкие не повреждены.
— Приступаем.
Мари обратилась к воздуху. В так движений рук, грудь храмовника начала подниматься. Доктор был занят операцией, ликвидируя последствия повреждения.
Мари полностью отключилась от окружающего. Её сознание разделилось. Одна часть обратившись к воде подчинила себе кровь храмовника. Другая ставшая воздухом двигала грудь мастера Лапира. В этом боевом трансе её противником была сама смерть.
Она не чувствовала времени, но слышала происходящее. Истекли минуты или часы. Какая разница?
Звякнул металл, было похоже, что доктор закончил.
— Доктор Бернав, вы закончили? — не открывая глаз произнесла Мари.
Она не прерывала концентрацию, из-за этого собственный голос прозвучал как из глубины колодца.
— Да, госпожа Элис.
Девушка краем сознания отметила признаки усталости в голосе доктора.
— Можете отдохнуть.
Доктор не стал возражать, он прекрасно знал, что любой шаман намного выносливее обычного человека.
Находясь в трансе Мари утратила чувство течения времени. Мерами, отмеряющими её жизнь, служили всего два процесса. Жизненная сила мастера Лапира. И её собственная выносливость. Где-то впереди маячила точка невозврата, там нужно будет принять решение.
Операция не помогала. Жизненная сила продолжала покидать тело храмовника. Нужно было менять тактику, иначе все действия Мари будут бесполезны.
— Доктор Бернав? — девушка открыла глаза сохраняя состояния транса.
— Да?
Доктор сидел на небольшой кушетке в дальнем углу мертвецкой. Судя по опухшим векам и не изменившейся одежде, доктор уснул, как только коснулся кушетке.
— Нам нужно согреть его.
Доктор окинул помещение беспомощным взглядом.
— Нужно нагреть печать, — бросила Мари.
Доктор Бернав наконец справился с оцепенением. Мари закрыла глаза растворяясь в потоках стихий.
Она ощутила жар на лице и отзвук пламени. Ей не нужно было открывать глаза чтобы понять — доктор положил на Печать ярлосов камень.
Артефакт храмовника наполнившись энергией заполнил пространно мертвецкой теплом. Но мастер Лапир продолжал умирать.
— Этого мало, — произнесла Мари.
Доктор обкладывал тело храмовника ярлосовыми камнями, помещая их в ключевых точках акупунктуры.
Жизненная сила задерживалась Печатью. Но тела её хозяина не продуцировала новую. Установилось шаткое равновесие между жизнью и смертью.
Мари вздохнула.
Понимание пришло постепенно. Энергетическая структура храмовника истощена. Нужно прямое вмешательство.
— Доктор Бернав, — произнесла девушка, — мне нужно вмешаться в тонкое тело мастера Лапира. Вам лучше покинуть помещение.
  
Глава 15. Тайное соглашение
 
Когда дверь за доктором закрылась Мари обратилась вглубь себя. Больше не было нужды гонять кровь по телу храмовника. Его грудь медленно и почти незаметно поднималась, и опускалась.
Кормчая дала себе несколько мгновений для отдыха. Усилием воли она отогнала воспоминания о ночах, проведенных рядом с мастером Халасом, когда она пыталась спасти его от проклятия.
Вдох. Разум растворяется. Собственное тело превращается в потоки энергии циркулирующих в тонком теле.
Выдох. Окружающее пространство разлетается клоками серого тумана. Пустота — вне времени и пространства — заполняется тонкими нитями стихийных энергий.
Ярким факелом пылает сила Печати. Где-то рядом тонкое тело храмовника обозначено слабым свечением.
 
Внимание погружается в потоки чужой силы.
Первой странностью было четкое разделения тонкой структуры на три отдела. В несуществующем разуме Кормчей шевельнулась какая-то мысль.
Ощущения подсказали что первым слоем было тело. Его каналы были перекручены и изрыты, как у человека, испытавшего сильное физическое истощение, ничего общего с магическим перегорание шаманов. Тёплая волна силы, почерпнутая из Печати, наполнила каналы излечивая раны и восстанавливая внутренние ресурсы организма.
Вторым слоем была воля. Сжатая словно пружина и твердая словно камень энергия. Она сама себя задерживала, будто отступив от тела, не давая себе вырваться во внешней мир.
Мысль, рождённая в растворенном разуме, укрепилась. Пришло знание — она поймет всё, когда закончит.
Третий слой — сознание, был отделен от воли какой-то мерзкой по отзвуку структурой. Это заклинание не давало сознанию обратится к воле.
Внимание коснулось последнего слоя, пытаясь взять часть ощущений хозяина тонкого тела. Нужно было найти подсказку.
Боль обожгла грудь.
Сознание было окружено активным ментальным щитом.
Мари выбросило из транса. Судорога свела её конечности. Она рухнула на пол задыхаясь.
Вернулся разум. В нем словно Ярлосо полыхало понимание, настолько ясное что она не смогла в первые мгновения принять его.
Вторым посылом было не верить. Отбросить! Нет! Это невозможно! Но попытки себя переубедить были тщетны. Она знала, все что она ощутила, погрузившись в тонкое тело мастера Лапира было правдой.
Девушка поднялась на ноги.
Непреложная истина прямого знания.
Перед ней был Тёмный Чтец.
Лизарс открыл глаза. Вокруг было холодно, но он чувствовал, как в теле пылает жар. Его наготу скрывала простыня. На животе был свежий хирургический шов.
Лис приподнялся на локте оглядываясь.
Сухо щёлкнул взводимый курок.
Повернувшись Лизарс, увидел главу морской школы. Она отвернула голову от него. Ствол револьвера в её руке был направлен в лицо Лису.
— Госпожа Элис?
— Как ваше имя?
— Рохард Лапир, — Лис вздохнул, — что случилось?
— Как твоё настоящие имя?! — в голосе девушки проскользнул аккорд истерики.
Лизарса окатило волной холода. Он стал догадываться.
— Госпожа Элис, я не понимаю, что произошло?
Девушка тряхнула пистолетом.
— Назови своё шпертово имя Чтец!
Лис отвернулся, положив голову на прохладный стол.
— Мы боролись за твою жизнь, — тихо начала Мари, — ничего не помогало и мне пришлось вмешаться в тонкую структуру.
Девушка перешла на крик:
— Ты грёбаные тёмный чтец!
Лизарс не ответил. Он уставился в потолок. Было похоже, что он находится в мертвецкой. В голове ещё слегка гудело. Ныл шов.
— Гимнасты…
— Что?
— Либо слава, либо смерть. Любого гимнаста ждёт либо слава, либо смерть.
— Зметч тебя дери! Говори или я разнесу твою голову!
Лис потёр тылом ладони бровь:
— Лизарс Н'Карду.
Мари впала в ступор. Через секунду она вспыхнула:
— Нет! Лживая тварь!
— Моя имя Лизарс Н'Карду, Князь Девлиан, по прозвищу Чёрный Лис Оседлавший Бурю.
Рука с револьвером задрожала.
— Нет… какого шперта ты здесь забыл?!
Лизарс вздохнул.
— Меня предали. Король наложил на меня Печать Молчания, мне пришлось бежать. Я переместился случайным порталом в земли, которые вы называете Полесьем. Там… в общем меня приютил отряд Имперского Легиона. Но на них напали, чтобы выжить и спасти одного солдата я взял и переподчинил Печать храмовника. Мы шли через леса, я потерял сознание. Когда нас нашли, местные егеря приняли меня за Пышущего. Этой ночью я собирался покинуть город, чтобы добраться до гор Ихмир. Меня настиг капитан Стамфорл. Он оказался гончим трэллом, отправленным за мной.