Реванш (ЛП)

 Глава 30. 
 Алекс 
Мое тело в огне. Холодные иглы вонзаются в мои легкие. Я словно робот, ноги стучат по снегу, кулаки качаются, пока я бегу по обочине дороги. С каждым шагом я убеждаюсь, что больше не могу идти дальше, и все же мне удается снова поднять ноги и двигаться вперед.
Я не остановлюсь, пока не найду ее. У меня нет выбора. Я буду игнорировать усталость и боль, увеличивающуюся в геометрической прогрессии каждый раз, когда я делаю ледяной вдох, пока у меня в руках не окажется Сильвер в безопасности. Мое тело может отказать мне после этого, если понадобится. До тех пор…
Огни бегают и танцуют в моем поле зрения. В моем кармане начинает звонить телефон. Я едва слышу этот звук из-за грохочущего, колотящегося ритма моего бешено стучащего сердца. Я горю, мне больно, мне плохо, и я в отчаянье. Но продолжаю бежать.
Мой телефон не перестает трезвонить.
Я игнорирую его, пока не понимаю, что это может быть Сильвер. Вынимаю телефон из кармана так быстро, как только могу, стараясь не уронить его в снег. Надежда вспыхивает в моей груди на секунду, когда я напрягаюсь, чтобы сосредоточиться на имени, освещенном на экране... но затем я вижу имя Кэма, и эта надежда разбивается и сгорает.
 Продолжай бежать. 
 Просто продолжай бежать. 
 Не останавливайся, черт возьми. 
Я чувствую, что достиг своего апогея. Я очень устал. Обычно я могу бегать часами, не останавливаясь, но совсем другое дело, когда земля покрыта льдом и снегом, а холод вытягивает из тебя тепло. Вы должны использовать каждую мышцу своего тела, чтобы стабилизироваться. Нет никакого способа найти устойчивый ритм и войти в него. К тому же я не просто бегу. Это спринт в гору.
 «Да ладно тебе, никчемный ублюдок. Приложи немного усилия.»  
На этот раз я слышу не мамин голос. Это еще один голос из моего прошлого. Голос, который я предпочел бы забыть. Насмешливый тон Гэри Куинси производит такой же эффект, как если бы мне на голову вылили ведро ледяной воды. Я задыхаюсь, хватаю ртом воздух, но не могу дышать.
«Ты подвел свою мать. Ты был для меня постоянным источником разочарования. А теперь ты собираешься подвести и эту девушку?» — огрызается Гарри. – «Чертовски типично. Сегодня вечером ты докажешь мне, что я прав, не так ли, мальчик? Ты докажешь, насколько ты на самом деле ничтожен.»
Ярость впивается когтями мне в спину. Я его ненавижу. Я ненавижу его так чертовски сильно. Как бы я хотел, чтобы этот монстр был еще жив, чтобы я мог, черт возьми, убить его снова. Я жду, когда на меня накатит волна энергии, подпитываемая жестокими, мстительными словами Гэри, но эта стремительная волна адреналина так и не приходит. Я все еще устал как собака. Я все еще на грани срыва. Однако язвительные слова Гэри превратили мою кровь в аккумуляторную кислоту, и я каким-то образом ухитряюсь вложить остатки силы и двигаться быстрее.
Гэри часто подтрунивал надо мной, когда я бегал в детстве. Он ехал за мной в своем «Понтиаке», пил пиво, высунув руку из окна и сбрасывал пепел с сигареты. Двигатель машины громыхал у меня за спиной, пока мои тощие ноги двигались вперед, шлепая по асфальту.
 «Забудь. Сдайся. Ты никогда не будешь достаточно быстр. У тебя никогда не получится.» 
Теперь я слышу те же самые слова, и они подстегивают меня, заставляя подниматься вверх по замерзшему, холодному холму к Роли Хай.
Я буду достаточно быстр. Я успею добраться до Сильвер вовремя.
Я рычу с каждым выдохом, реву, приближаясь к своей цели. Я — бешеный волк, преследующий свою жертву.
Здание школы уже виднеется на расстоянии чуть более пятисот футов. Окна погружены в темноту, здание залито лунным светом. Поначалу мне кажется, что стоянка пуста, но когда я приближаюсь, то замечаю черный «Форд-Ф150», припаркованный сзади, рядом с тропинкой, ведущей вниз к лощине. К той самой лощине, где Киллиан Дюпри научился ползать.
 
Джейк водит «Тойоту Такому», но я не единственный, кто мог одолжить машину. Он очень умный. Достаточно умный, чтобы не водить свой собственный грузовик в такую ночь, как сегодня. Я знаю, что мне следует перерезать этому ублюдку шины, прежде чем я войду в школу, не дать ему убежать, если он сумеет ускользнуть от меня, но это займет драгоценные секунды, а я не знаю, сколько у меня есть.
Мир поразительно тих, когда я, наконец, достигаю последнего этапа своего бега, ускоряясь перед входом в школу. Я выживаю на адреналине, мое тело дико дрожит, когда я достигаю дверного проема, готовясь ударить сжатым кулаком прямо в стекло. Но вижу, что в этом нет необходимости. Она даже не заперта. Дверь приоткрыта, подпертая камнем.
Пролетая через вход, я не планировал, где буду искать Сильвер в первую очередь, но все равно резко останавливаюсь. Там, на полу, на линолеуме, меньше чем в пяти футах от меня, лежит темная масса. Я так взвинчен, мои нервы звенят, переполненные неконтролируемой энергией, что мне приходится бороться со взрывом нервной ярости. Это одежда. Куча искореженной, разорванной одежды. Клочья темно-синей ткани мне знакомы, они усеяны звездными созвездиями. Это пижама Сильвер, и она вся в крови. Я делаю шаг вперед, моя кровь бурлит в венах, и что-то хрустит под моей правой ногой. Что-то хрупкое. Что-то ломкое. Что-то стеклянное.
Я осторожно поднимаю ногу и смотрю вниз на разбитый циферблат часов Сильвер с Микки-Маусом.
 Глава 31. 
 Сильвер 
Петля скрипит, толстая веревка жалуется, когда Джейк хватает ее, туго натягивая. Его глаза горят болезненным возбуждением, от которого у меня кровь стынет в жилах до минусовой температуры.
— Встань на стул, — приказывает он.
Я никогда не была так напугана, как сейчас. Мне хочется кричать и рыдать, но вместо этого я говорю:
— Самоубийство? Ты думаешь, что провернешь это как самоубийство?
— Есть только один способ убедиться, что они не смогут повесить это на меня, — холодно замечает он. — Я могу просто сжечь всю школу дотла, как только закончу с тобой.
Я смеюсь. Насмешливый звук эхом разносится по всему залу.
— Да ладно. Ты знаешь, сколько времени потребуется, чтобы восстановить это место? Тебя отправят в Беллингем, чтобы закончить учебный год. К тому времени, как Роли снова откроется, ты уже закончишь школу. Это не сработает для тебя, Джейк. В Роли ты настоящий герой. Все поклоняются земле, по которой ты ходишь внутри этих стен. Ты никогда не разрушишь алтарь, где люди преклоняют колени, чтобы поклониться тебе. В Беллингеме ты будешь никем. Всем будет наплевать на тебя.
— А мне, бл*дь, плевать! Мне надоело, что ты вставляешь палки в колеса, тупая сука. Вставай на свои гребаные ноги. — Он хватает меня за руку, прижимая к своей груди, пока я пытаюсь отбиваться и брыкаться, пытаясь освободиться. Мое сердце подскакивает к горлу, когда он пытается поднять меня на стул.
Черт возьми! Черт возьми, это действительно происходит. Он не собирается отступать. Веревка царапает мне щеку, когда Джейк пытается накинуть ее мне на голову.
Я теряю свой гребаный рассудок.
Брыкаюсь.
Дерусь.
Царапаюсь.
Кусаюсь.
Кричу.
Я сопротивляюсь. Я не умру, бл*дь, потому что Джейкоб Уивинг так распорядился.
Нет.
Нет.
И нет.
Я бью коленом в его сторону.
Чувствую, как его кожа лопается под моими ногтями.
Слышу его плевки и проклятия, пока он борется со мной, поднимая меня вверх по своему телу, его рука сжимает мое горло.
 
Я не могу…
Черт возьми, я не могу дышать…
Толстая веревка снова царапает мою кожу, скользя по моей голове.
— Перестань брыкаться, Сильвер. Дело сделано. Все, бл*дь, кончено. — Голос Джейка звучит резко и несет в себе нотку облегчения. Как будто он действительно переживает момент катарсиса, когда самое трудное уже позади. Его руки расслабляются, освобождая меня из тисков, и когда я соскальзываю вниз по его телу, веревка затягивается вокруг моей шеи.