Реванш (ЛП)

— Между тем у моего отца была помощница Сюзанна. Это было частью ее работы — помнить, когда у меня день рождения. Папа платил ей, чтобы она следила за тем, что происходит с детьми моего возраста, и покупала подходящий подарок, когда придет время. Она также отвечала за организацию всех моих вечеринок. Выясняя новые и интересные способы празднования каждый год. На мой десятый день рождения Сюзанна послала моим родителям приглашения на вечеринку, которую она организовала, как будто они были дальними родственниками или типа того. И... — горький смех заливает лестничную площадку наверху. Шаги, как ни странно, прекратились. — И ты знаешь, что случилось? Моя мать ответила очень вежливо. Сказала, что ей очень жаль, но, к сожалению, у нее уже была назначена встреча, и она не сможет присутствовать. Пришел мой отец. Это была бейсбольная вечеринка, и он появился в футболке «Лос-Анджелес Лейкерс», а затем начал трахать Сюзанну в гардеробной моей матери. Я застал его хрюкающим над ней, как потная волосатая свинья, и подумал, что он пытается ее убить.
— Алло? Ты все еще здесь, милая? — шепчет оператор.
Я молчу, как могила. Я не издаю ни звука. Меня охватил бездонный ужас, которому нет конца.
— Та вечеринка в кинотеатре, вероятно, не слишком дорого обошлась твоим родителям. Я всем говорил, что твоя семья, должно быть, бедная, если они не могут позволить себе даже нанять диджея или забронировать место. Мы смеялись за твоей спиной об этом неделями. Правда была в том, что я завидовал. Ты была так счастлива в ту ночь. Ты сияла от уха до уха. Ты была в восторге от того, что проводишь время дома с мамой, папой и всеми своими друзьями. Ты провела большую часть ночи, смеясь, счастливая, как свинья в дерьме, а я... я не мог припомнить, чтобы когда-нибудь так смеялся со своими родителями. Я не мог припомнить ни одного случая, когда бы мой отец отложил свою работу на пять минут, посмотрел мне в лицо и увидел меня.
Джейк тяжело вздыхает. Устало. Его ботинки шаркают по голым половицам… когда он входит в спальню моего отца.
— Сильвер, твой отец не просто смотрел на тебя, как будто видел. Он смотрел на тебя так, словно ты была самой важной вещью в мире, и это меня чертовски разозлило. Думаю, сейчас все это не имеет значения. Он ведь не придет к тебе сегодня вечером, правда?
Когда дверь в шкаф открывается, это не театральное представление. Джейк не срывает ее с петель, пытаясь застать меня врасплох. Он медленно открывает ее, позволяя лакированному дереву распахнуться. Он стоит, глубоко засунув руки в карманы спортивных штанов «Роли Хай» и на его красивом, залитом кровью лице разочарование смешивается со скукой.
Его рубашка пропиталась кровью. Его голые предплечья покрыты красным.
Синяки, которые я нанесла ему, когда он напал на меня в Роли, не так уж сильно поблекли. Прислонившись к стене рядом со шкафом, капитан футбольной команды «головорезов», король средней школы Роли, представляет собой ужасающее зрелище.
— Сильвер? Сильвер? — приглушенный голос оператора, шепчущий из динамика моего мобильного телефона, звучит обеспокоенно.
Джейкоб сардонически выгибает бровь, глядя на меня.
— Положи трубку, Сильвер. Мы с тобой немного прокатимся.
 Глава 26. 
 Алекс 
— Какого хрена ты там делал?
Я захлопываю дверцу со стороны водителя, отбросив все попытки вести себя тихо. Кэм уже сидит на пассажирском сиденье рядом со мной. Зандер небрежно развалился на заднем сиденье, длинные ноги согнуты в коленях, пока он поднимает бедра вверх и застегивает ширинку на джинсах; я едва дал ему достаточно времени, чтобы просунуть ноги в эти чертовы вещи, прежде чем вытащил его из дома у бассейна и потащил вверх по длинной подъездной дорожке, выплевывая ругательства на итальянском языке между моих оскаленных зубов. Это первые слова, которые я достаточно спокойно произнес по-английски с тех пор, как понял, что на кровати был не Джейкоб, а Зандер.
 
— Я же говорил тебе, что нашел себе милое местечко. Я бы все тебе объяснил в ту ночь у бара, но ты ведь не был настроен особенно дружелюбно, да? Это твоя вина, братан.
— Моя? Да пошел ты, мужик. С тех пор у тебя было много возможностей рассказать мне, какого хрена ты затеял, и ты даже словом не обмолвился.
Двигатель «Импалы» с ревом оживает, рыча в темноте. Я даже не утруждаю себя ожиданием и проверкой, горит ли свет в главной резиденции Уивингов. У меня бурлит кровь, и мне уже наплевать на то, что я скрываюсь. Я забочусь только о том, чтобы затащить тушу Зандера Хокинса куда-нибудь в укромное место, чтобы выбить из него все дерьмо за то, что он испортил нашу разборку.
Рядом со мной Кэм не произнес ни слова. Он был спокоен с тех пор, как я заставил его опустить пистолет, которым он целил в голову Зандера. Его взгляд отстранен, глубокая, несчастная хмурость образует две морщинки между бровями.
Я выезжаю с подъездной аллеи Уивингов, краем глаза глядя на отца Сильвер.
— Что? Никаких саркастических комментариев? — спрашиваю я. — Никаких «какого хрена тут происходит»? Никаких «это еще кто такой»?
Кэмерон моргает.
— Не стоит, — жестко отвечает он. — Мне все равно.
— Вам все равно?
— Ага. Этот парень чертовски раздражает, но он не Джейкоб. Нам нужно найти Джейкоба. Это единственное, что меня волнует. Я убью его на хрен, Алекс.
— Ты точно тусуешься с какими-то странными типами в эти дни, — комментирует Зандер. — Я имею в виду, знаю, что нам говорили в Денни, что время, проведенное с более старыми и мудрыми людьми, может помочь нам сделать лучший выбор, но на самом деле, йоу. Этот парень говорит об убийстве. Я бы не назвал это разумным выбором, если вы ищете какое-то пятничное вечернее развлечение. Я слышал, что у них там вечеринка…
— Заткнись на хрен, Хоук.
— Оооокей. Затыкаюсь на хрен.
— Избавься от него, — рычит Кэм.
— О, вы, ребята, только что вытащили меня из моей единственной ночлежки в Роли, — говорит Хоук. — Вы не бросите меня на обочине улицы в снег и не избавитесь, как от ненужного ребенка. Я уже прошел через это дерьмо. Мне придется чертовски сильно возражать, если…
Я бью кулаком по рулевому колесу.
— Господи, да ты можешь просто помолчать, черт возьми!
 «Дыши, Воробушек. Вот так, моя любовь. Вдох... и выдох. Вдох... и выдох. Видишь. Ты умеешь держать себя в руках. Твой характер не контролирует тебя. Хорошо». 
— Лучше расскажи нам, что ты делал в домике у бассейна Джейкоба Уивинга, или держи свой чертов рот закрытым, пока я пытаюсь разобраться во всем этом, Зандер. — Я собираюсь убить его на хрен через минуту.
Зандер издает знакомый скучающий звук.
— Ну ладно, ладно. Иисус. Кью послал меня сюда, чтобы попытаться найти сейф Калеба Уивинга. Он хочет получить компенсацию. Нам пришлось отказаться от поставок, когда мы потеряли трех парней. Что касается Кью, то именно Калеб сдал его копам, так что теперь он ему должен. По-крупному.
— Значит, Калеб просто позволяет тебе оставаться в гребаном домике у бассейна, пока ты рыщешь вокруг в поисках гребаного сейфа?
В зеркале заднего вида Зандер драматично закатывает глаза.
— Глупость тебе не идет. Калеб понятия не имеет, что Кью знает, что он донес на нас. Он считает, что между Дредноутами и операциями с Уивингом все в порядке. В конце следующей недели у нас намечается большая сделка. Грандиозная. А до тех пор Калеб сидит на чудовищной доставке у себя дома. Он попросил Кью обеспечить небольшую дополнительную защиту до тех пор, пока все не будет готово к сделке. По сути, он пригласил Дредноута в свой дом. Тупой ублюдок.
 
Это может быть только та самая сделка, о которой Монти говорил мне в своем кабинете. Сделка, которую сорвет наркоконтроль. Что приведет к тому, что Джейк впоследствии будет арестован за изнасилование Зен, и его жизнь, та, которую он знает, наконец, закончится.