Четвертая зеркальная война (СИ)
Я отставил в сторону бутылку — хватит. Обижаться на товарища за резкие слова я не мог: он «от» и «до» прав. Более того, пусть лучше выплеснет раздражение в словах, чем станет одержимым. Но я не забывал и о миссии, которая привела меня:
— И всё равно это не даёт тебе права звать игроков бухать! Или хочешь отправиться к Критикам в их уютные и очень защищенные камеры в каменной толще?
— Вечно у тебя один и тот же аргумент! — раздражение Геймера стало сходить на нет. — Ладно, раз пришёл, то рассказывай: что нового в мире? А то тут скучно…
Глава 2
Или как выходит за грань разумного? (Часть 1)
Я бился головой о клавиатуру. Бился размеренно. Неспешно. Почти с удовольствием… Пока только метафорически, но уже готовился перейти к материальному воплощению действа. Единственное, что меня останавливало — перспектива головной боли не только от мыслительного процесса, но и от разбитого лба.
Творческий процесс создания очередной «нетленки» шёл медленно. Настолько медленно, что почти стоял на месте. Но я сидел и гипнотизировал взглядом чистый лист в надежде на озарение. Слова Шурупова о том, что Веру мне поставляют Критики, а из-под моего пера уже давно ничего не выходило, задели не на шутку. Теперь я сидел и пытался придумать хоть что-нибудь!
Только за последние полгода у меня имелось приключений больше, чем у человека за целую жизнь. Однако всё это либо секретно, либо уже использовалось в рекламе меня любимого.
Можно отправить в очередное путешествие Несуществующего — все любят продолжение приключений полюбившихся героев. Но в своё время я не лгал Глаголу: эта история была для меня закончена, а вместе с ней закончился и целый этап жизни.
Требовалось создать что-то новое! Оригинальное! Или хотя бы не слишком вторичное… Более того, оно должно либо усиливать что-то из имеющихся у меня способностей, либо давать мне способность, дополняющую мой комплект. Ещё нужно помнить о тенденциях, которые интересны читателям. А так же…
— Ууу… — не выдержав, я взвыл и всё же рухнул лицом на клавиатуру.
— Кар! — подбодрил меня Хугин с жёрдочки, установленной над столом.
Так и хотелось крикнуть: «Я бездарность!» Но смысл озвучивать очевидное? Хугин тем временем спорхнул со своего места и, обдав меня порывом ветра, приземлился на стол. Я чуть наклонился и уставился на Феникса. Тот смотрел на меня.
Система задумалась, как бывало обычно, при взгляде на Хугина, но выдала справку:
Хугин (Хост: Сергей Кугдыматов). Уровень 27Класс: Тульпа-фамильяр. Феникс. Клан: Критик.0,5 года. ИВ: 21ед. БВ 86 ед. МВ: 1345.
Питомец продолжал играть в гляделки. А затем клюнул. В темечко.
— Шшш… — зашипел я не столько от боли, сколько от обиды.
Хугин чуть повернулся. Посмотрел на меня под другим углом. А затем клюнул вновь в тоже место. Паршивец! Питомец всё больше приобретал самостоятельность… и выражалась она по большей части в том, что он надо мной издевался! В отличие от Брута, без слов. Но то, как он монотонно клевал меня, и без слов кричало: «Работать, олух!»
— Кхм… — раздалось негромкое, но вполне уверенное покашливание.
Не поднимая голову, я повернулся, прокатившись по клавиатуре. «Enter» впился в ухо, а взгляд зафиксировался на приоткрытой двери в мой кабинет. Да, уважаемые читатели, на базе Критиков у меня есть отдельный кабинет, в котором я работаю в перерывах между попытками суициднуться. Небольшая коморка с рабочим столом, кушеткой и завалом из пустых стаканчиков кофе. Я ещё подумываю установить шкафчик для трофеев… Ну или скорее для выговоров. У меня их целая коллекция! И теперь в дверях стоял мой напарник, Глагол, вопросительно выгнув бровь.
Глагол (Макеев Сергей Викторович).
Уровень 736.
Класс: Оратор.
Клан: Критик.
43 года. Не женат. Детей нет.
РВ: 150 ед.
Творческое развитие: Маг слова.
— Жизнь тлен… — протянул я. Хугин в подтверждение вновь клюнул меня.
— Проблемы в городе? — снизошёл до светской беседы Глагол.
— Нет, там всё стабильно. Зам. Шефа со всем справляется на высшем уровне. Я особо и не нужен, — практически дословно пересказал я свой рапорт.
Нет, уважаемые читатели, я не отстранил Шурупова после дуэли и даже попытки пожаловаться не делал. Смысл? У моего коллеги безусловно есть недостатки. Но при этом он наиболее компетентный Редактор, который буквально создан для управленческой работы. А то, что я ему это никогда не скажу и буду бесить при каждой встрече, лишь повысит его эффективность в попытках меня переплюнуть! Немного по-детски, но вся наша жизнь — игра!
— Книгу пишу… Точнее пытаюсь придумать что-нибудь для новой истории, — чуть смущенно решил пояснил я. И поспешил перевести тему: — Какие-то проблемы?
— Новое задание.
— Опять баги Становления? Или может одержимый организовался? — без особого энтузиазма я начал подниматься.
— Пора на войну, — припечатал напарник и, не дожидаясь меня, вышел из кабинета.
В первую секунду я не поверил собственным ушам. Месяц! Месяц ожидания! Именно столько, за вычетом пары дней, громкое название «Четвёртая Зеркальная Война» оставалось лишь словами. Отзвуком действий, которые свершались за гранью моего понимания и сферы компетенций. И вот теперь… я подскочил, словно от пенделя великана. Наконец-то! А я ведь почти потерял надежду!
— Неужели мисс Спектр дала нам добро действовать? — в два прыжка догнал я напарника в коридоре. Хугин, недовольно каркнув, вспорхнул мне на плечо. — Значит, предсказатели нашли линию событий, в рамках которой нам необходимо действовать, чтобы выиграть войну? — въелся я в мозг Глагола, которого, в отличие от меня, изредка приглашали на совещания, как одного из тех, кто уже участвовал в зеркальных войнах.
Когда я только узнал о предстоящей войне, то в первый момент был готов с шашкой наголо бежать рубить врагов, пустивших в мир вирус, отравляющий Веру… Но по факту на реактивной тяге унеслась лишь мисс Спектр. И пару дней бюрократии я ещё мог понять — её даже конец света не отменит. Был готов ждать время планирования, стратегического или тактического — не важно! Но вот чего я никак не ожидал, так это войну предсказателей.
— Нет, — в своей обычной, крайне лаконичной манере ответил напарник.
На неизменном пальто Глагола проявилась любопытная мордочка Брауни. Кибер-змейка огоньками глаз осмотрела нас с Хугином, спешащих следом. Я попытался считать системную информацию, но Система никак не могла определить параметры техно-пета. Хугин склонил голову на бок и, как мне показалось, приветливо каркнул. Техно-змея показала язычок в шипении и вновь растворилась в плаще Глагола, продолжая охранять своего патрона.
— Нет? Что значит «нет»? — не сдавался я. — А как же та мозговыносящая концепция, что пока и у нас и у противника имеются предсказатели, мы не можем ничего предпринять, так как это сразу же станет известно противнику, равно как и наоборот?
На самом деле теория намного сложнее. Так любое наше действие противник узнает из предсказаний, выработает на него противодействие, которое в свою очередь узнаем уже мы, на что придумаем свои действия, которые либо повлияют на изначальный поступок, либо на последующие действия, об этом узнает противник и… Цепь уходила в бесконечность, по пути разветвляясь в зависимости от вариантов действий. Я старался о подобном не задумываться, дабы не сломать мозг. Мне оказалось достаточно выводов: победят те предсказатели, что смогут заглянуть дальше и соответственно лучше подготовиться.
Именно этим пинг-понгом из «вероятных» действий и противодействий занимались предсказатели при поддержке Информатория и под чутким контролем начальства. И тут выясняется, что целый месяц был потерян зря?
— Согласно всем предсказаниям, Четвёртая Зеркальная Война приводит к перезапуску временной петли, — порадовал меня Глагол. — Было принято решение начать действовать группой из людей, скрытых от предсказаний. Дальнейшее промедление может привести к исходу, в котором мы все вымрем от вируса Веры.