Четвертая зеркальная война (СИ)
Кроме существ, детей и учителей в зале имелся один… демон: недалеко от распахнутой двери стоял красный гигант, чья клыкастая пасть распахнулась в рёве, но которого почти погребли своими телами дети. Шеф!
— Мда… — только и прокомментировал случившееся Глагол, перенёсшийся вместе со мной. — Артефактор, ты это видишь?
А в ответ тишина… Создатели этой локации явно не хотели, чтобы с попавшими сюда связались извне. Хакеры с нижних уровней крайне нелюдимые! Я бы не удивился, если бы не прошедших испытания ждала смерть! Но надежду на благополучный исход внушали сразу две двери: первая, находившаяся недалеко от Шефа, была раскрыта, и через неё виднелся закоулок… Вот только чтобы добраться до неё, нужно крайне аккуратно обойти детей, окруживших демона. Вторая дверь в дальнем конце зала имела красный цвет, намекая о месте предназначения.
— Ничего не трогаем! — сразу распорядился я. — Осторожно доходим до дверей и проверяем на возможность выйти!
— Ты узнаёшь это место, — утвердительно заявил Глагол, неспешно отходя и стараясь не задеть ни одного элемента сложной конструкции.
— Одно из моих первых дел, — нехотя поделился я, понимая, что для меня сетевые странники устроили личное испытание, хорошо покопавшись в моём прошлом. — Во время спектакля «Буратино» у актёров самодеятельности от Веры детей случилась одержимость. Ну, они и подчинили себе всех детей, сделав марионетками.
— Предлагает выйти! — оборвал меня комментарий Глагола, застывший у выхода.
— А у меня закрыто… — подёргал я ручку красной двери.
Переключился на виденье информационных потоков… глухо. Я уже было решил, что эту особенность программ Артефактора сумели закрыть, но тут на поверхности двери стал проступать рисунок: среди тёмных нитей кода имелось словно бы четыре углубления, от которых шли алые запоры, удерживающие дверь закрытой… и одновременно тонкие, едва заметные жгутики, тянувшиеся в зал, к застывшим фигурам.
Интересно, вот только пока не понятно. Спешить взламывать что-либо я не стал, решив поискать, что-нибудь, способное стать ключами от данной двери. Чтобы отвлечься, я продолжил рассказ об этом месте:
— Жуткое дело! Иммунитет мой тогда был чисто символическим, и меня захватило! Я тогда наравне со всеми плясал и пел в мюзикле… — меня аж передёрнуло. — Вот только здесь несколько несоответствий!
— Конкретней⁈ — насторожился Глагол, с интересом обходя застывшие фигуры и рассматривая их.
— Первое и основное: на дело я прибыл не с Шефом, а с Шуруповым — он был моим напарником первые пару лет у Редакторов. И учитывая, что остальная композиция восстановлена достаточно точно… полагаю, это должно что-то значить и быть частью ключа к Красной комнате.
Руководствуясь собственными словами, я подошёл к Шефу и внимательно его осмотрел. Привычная фигура демона, блестевшая алой кожей и даже заваленная почти десятком детских тел, казалась исполинской. Дотрагиваться до неё я не спешил — обстановка нервировала. Вместо этого стал проверять видимые части Шефа в различных фильтрах наруча.
И мне повезло! Хотя не совсем верно! Не знай я, на что… или вернее, кого нужно смотреть, то наверняка бы пропустил инородный код. Я не программист, потому увиденное выглядело для меня, словно один код по цвету немного отличался от другого, пытаясь закрыть собой старый — этакая маскировка.
Очистить от инородной примеси изначальный код оказалось на удивление легко: лёгкий взмах цифровым щитом, и рассечённый код, словно паутинка, подлетел в воздух и там истаял. Главное не задеть фигуры рядом. Тут же тело, заваленное детьми, сменило свой вид с огромного Шефа на щуплого Шурупова.
Похоже на проверку информированности претендента на проход: Несуществующий это или не он… то есть я! Ну и такая же проверка способностей управления с цифровым наручем Артефактора. Простенько, но вполне надёжно, чтобы отсеять не званных гостей. Хотя я всё равно ожидал чего-то большего!
И тут с пронзительным скрипом все фигуры в помещении дёрнулись. И если часть только двинула глазами, то другие повернули головы или даже развернулись в полоборота. Почти сотня взглядов была направлена на меня. Сотня недобрых, пробирающих до костей, жутких взглядов. Вот только на этом любое действие прекратилось.
Я медленно поднялся, и взгляды продолжили следить за мной… Похоже, первой покупкой в Красной комнате станут новые трусы!
— Второе несоответствие: дело проходило не ярким днём, а уже в глубоких сумерках, — я двинулся к широким окнам. — Во мраке ночи при мерцающем свете это представление выглядело настолько жутко, что я после месяц просыпался от кошмаров!
— Как вы справились? — Глагол решил не вмешиваться и просто уселся на ступени, ведущие к сцене в стороне от основного действа.
— Нас спас Брут… Мой прошлый питомец, — я вздохнул, сожалея, что Хугина сегодня со мной нет.
Свобода воли привела к тому, что у питомца стали появляться свои дела. И сегодня Феникс умотал в бар воображаемых друзей к Блэкджек. Интересно, это можно считать за прогул на работе?
Также я решил не распространяться о том, что это дело можно считать практически официальным началом конфликта между мной и Шуруповым. Мой старый напарник хотел вызвать подмогу, дабы усмирить одержимых, ну а я… я был собой и полез вперёд. Как итог, детей мы спасли, и один из актёров даже остался в живых, вот только Шурупов почти месяц провалялся в больнице с переломом обеих ног. Простить этого он мне не смог, особенно на фоне того, что за данное задание мне Шеф выписал благодарность.
Зная, что искать, вторую паутинку-маскировку я разглядел на окнах без особого труда, и она распалась на строки кода, а помещение при этом погрузилось в полумрак. И снова скрежет… Огни глаз существ высветили, как марионетки по всему залу поднимают руки и тянутся в мою сторону! Скрюченные пальцы. Обломанные острые ногти… И рты, раскрывающиеся в беззвучном пении.
Я поёжился. Вот только это было второй по значимости проблемой! Первой являлось то, что больше несоответствий я не находил! А мне требовалось ещё два ключа. Я не поленился и сходил к красной двери, чтобы проверить: два из четырёх углублений остались.
Вполне возможно, что несоответствие кроется в каких-то деталях… Но я сомневался. В самом деле, неужели нетсталкеры Красной комнаты всерьёз рассчитывают, что спустя пять лет я буду помнить детали жуткого кошмара, творившегося в полутьме? Да и два прошлых несоответствия были глобальными!
— А где ты был в этой композиции? — вопрос Глагола неожиданно решил проблему.
Точно! Здесь не хватает меня! Вот только лезть в глубину смотрящих и тянущих ко мне рук существ совершенно не хотелось! И хотя разум утверждал: мне не причинят вреда, это всего лишь проверка — но бешено бьющееся сердце и вспотевшие ладони были в корне не согласны. И даже не из страха! Банально было позорно вспоминать тот момент.
Короткий разбег, прыжок, и я оказался на сцене. А затем самое сложное: раскорячиться точно так же, как и артисты! На одной ноге, руки раскинуты в сторону, а я пою дуэтом с фриком с черно-белым лицом. Мне же главное улыбаться…
То, что очередной ключ подобран, стало очевидно, когда армия марионеток сделала дружный шаг ко мне. От неожиданности и скрипучей монотонности я не удержался и рухнул. Это спасло меня от объятий монстров на сцене. Тут же я метнулся в сторону, выхватывая наган!
Я готов был выстрелить в любой момент, и дуло дёргано металось от одной страшной рожи к другой. Вот только цифровые марионетки хоть и давили толпой, но делали это крайне неспешно, напевая:
Кто доброй сказкой входит в дом?
Кто с детства каждому знаком?
Хор скрипучих голосов горланящих в разнобой. Так и хотелось сбежать… тем более что Глагол уже отступил к выходу, ожидая меня. Вот только сбегать было обидно — остался последний ключ! И как-то неправильно!
Кто не ученый, не поэт,
А покорил весь белый свет,
Кого повсюду узнают,
Скажите, как его зовут?
— Чёрт! — не выдержав, я рванул в последний просвет, отталкивая ближайшую марионетку… и чуть не свалился, когда рука прошла сквозь неё!