Любимая проблема ректора
– Подъезжаем, ольеринта! – услышала я и во все глаза уставилась на высокую каменную стену, похожую на крепостную. Похоже, она окружала академию. Как тюрьму, которой та по сути и являлась.
На горизонте высились горы. Непривычную мне тишину прорезывали только звонкие крики птиц, фырканье лошади и скрип колёс повозки. Казалось, я очутилась совсем в другом мире. Мире, где всё было чужим, незнакомым. Пугающим.
Наверное, у меня просто разыгрались нервы, но какое-то тревожное чувство внезапно сковало всё тело. Точно холод, который растекался от солнечного сплетения и отзывался дрожью в пальцах. Так бывает, когда слишком долго пробудешь в леднике для хранения продуктов. Я поёжилась и обхватила плечи руками. Казалось, мой спутник не почувствовал ничего подобного, он оставался таким же спокойным, как раньше.
Чтобы открыть ворота в стене, Кромбли пришлось слезть. Он вытащил из кармана большой ключ, которым долго копался в замочной скважине. Ворота со скрипом растворились.
– Вы в академии и за привратника? – осведомилась я, когда мужчина вернулся на место кучера.
– Приходится, ольеринта, тут ведь…
– Да-да, я помню, мало желающих здесь работать! А почему, кстати? Понятное дело, дипломированным преподавателям милее большие города, а уж местные-то жители могли бы наняться обслуживающим персоналом.
– Не все соглашаются, ольеринта.
– Почему же? Неужто мало платят? Насколько мне известно, все магические академии в империи финансируются одинаково и довольно щедро.
– Платят хорошо. Не в этом дело… – Кромбли помолчал, будто решая, стоит ли говорить дальше, но затем всё же добавил: – Многие боятся здесь работать, ольеринта.
– Боятся? Чего? Эта стена выглядит вполне надёжной, едва ли за неё проберутся дикие звери или грабители, – заметила я, подумав, что едва ли на островах такой уж высокий уровень преступности. Скорее я поставила бы на то, что здесь вообще ничего не случается. Вот, наверное, местные сыщики-то отдыхают, должно быть, режутся в карты круглыми сутками!
– Они боятся не того, что снаружи, а того, что за стеной.
Глава 5
– Что? Неужели они боятся студентов? – со смешком откликнулась я, но мой собеседник лишь невежливо отвернулся и наглухо замолчал. Деревенщина, что с него взять.
Повозка въехала в ворота, и передо мной открылся вид на то, что скрывалось за ними. На первый взгляд всё представлялось не таким уж и ужасным. Невысокая каменная ограда отделяла вымощенную брусчаткой дорогу от парка, который, кстати говоря, даже не выглядел неухоженным. Дорога вела к внушительному старинному зданию, походившему на настоящий замок с башенками и вытянутыми окнами. Оно, как и всё прочее в округе, тоже было сложено из крепкого серого камня.
– Вот и академия, ольеринта, – изволил сообщить Дэрек Кромбли. – Позади находятся дома для преподавателей и персонала, конюшня и другие хозяйственные постройки. Общежитие для студентов в самой академии.
Остановившись на некотором расстоянии от входа в здание, он стащил с повозки чемоданы и подхватил два из них. Третий снова достался мне. Но, стоило сделать несколько шагов по направлению к высоким двустворчатым дверям, как откуда-то вдруг появился незнакомец приблизительно моего возраста, одетый в бежево-коричневую студенческую форму, своим фасоном напоминающую ту, что носили и мои прежние однокурсники, разве что нашивка на пиджаке была другая.
– Позвольте помочь, ольеринта! – воскликнул парень и едва ли не вырвал у меня из рук чемодан. А я что? Я возражать не стала.
Он выглядел именно так, как я себе представляла студентов этой недоакадемии. Среднего роста, бледный, с вьющимися и, кажется, нечёсаными тёмными волосами, чёрными глазами и порывистыми, какими-то беспокойными движениями. Когда рукава форменного пиджака поползли вверх, я увидела блокирующие браслеты, такие же, как те, что носила сама.
– Их разрешено снимать только на практических занятиях, – проследив мой взгляд, сказал незнакомец. – Кстати, я Дариус… Дариус Донелл. И, пожалуйста, обращайтесь ко мне на ты, без церемоний.
– Кара Морено.
– Откуда к нам?
– Из столицы, – ответила я. – Скажите… скажи, а здесь и в самом деле нет магофонов? Ни одного?
– Нет, – качнул головой Дариус.
– Как же вы связываетесь с остальным миром? Посылаете письма с голубями? – сыронизировала я. Но собеседник, похоже, не понял юмора.
– Почему с голубями? Раз в неделю приезжает почтальон, привозит и забирает почту. А у ректора есть маготелеграмм для связи, но студентам им пользоваться запрещено.
– Ну ещё бы, – буркнула я. – Вообще-то в столице давно никто не пользуется маготелеграммом. И бумажных писем не пишут. Магофоны гораздо удобнее. Но куда вам тут…
Магофоны и правда являлись наиболее современной и довольно сложной техникой. Мой старший брат как один из ведущих акционеров компании, в которой их разрабатывали, любил поразглагольствовать, что за ними будущее. В настоящее время каждый магофон был привязан к дому, где стоял, но поговаривали, что скоро появятся такие, которые можно будет носить с собой и связываться с собеседниками буквально отовсюду, где бы ты ни находился.
Надеюсь, их запустят в продажу аккурат к моему возвращению из этого захолустья, и я стану счастливой обладательницей новейшей модели.
– Ты давно здесь? – задала вопрос я.
– Полгода, – отозвался Донелл. – Я жил в Брулене, это на побережье материка. Не так далеко отсюда.
– Учился в какой-то местной академии?
– Нет, – после паузы пробормотал он. – Я не учился ни в какой магической академии до Эйвериджа. У меня вообще не было дара… Все даже думали, что мне его не досталось, хотя в родне и немало одарённых. А когда он проснулся, уже очень поздно, то оказался бракованным… нестабильным.
– И тебя отправили сюда?
– Ну да. Но я не жалуюсь! Здесь мне помогли поверить в себя, увидеть, что я такой не один, – с уверенностью заявил он.
Я где-то даже немного позавидовала Дариусу. Куда легче, наверное, привыкать к чему-то не самому лучшему, когда никогда и не знал другой жизни. Когда тебя не приводили в пример другим студентам с громкими фамилиями, не вручали награды за удачные студенческие проекты, не сулили блестящую карьеру в Лангфорде после получения диплома. Перед моими ногами лежал весь мир, приветливо распахнутый мне навстречу своей самой благоприятной стороной, а что теперь? Теперь я не гордость прославленной столичной академии, а одна из группы неудачников, запертых в каменной громаде на лишённом всяческих благ цивилизации острове.
Я как птица, которой подрезали крылья. Но я ещё отращу их и расправлю. И взлечу, кто бы что ни говорил!
За двустворчатой дверью оказался прохладный полутёмный холл с высокими потолками. В нём пахло сыростью и лимонным моющим средством, а ещё свечным воском. Воском?
Только не говорите мне, что…
– Здесь что, пользуются свечами? – ошарашено спросила я. – Как в старину? Другого освещения нет?
– Ну да, свечами, – откликнулся Донелл. – А что? Многим нравится, это даже романтично.
– Романтично? – переспросила я с сарказмом. Ну да, в таких условиях только о романтике и думать! – А если случится пожар?!
– За то время, что я тут учусь, никаких пожаров не было. Да и до моего приезда вроде бы тоже, иначе мне бы рассказали. Так что всё под контролем, волноваться не о чем.
– Не о чем? Бездна! Почему, если все магические академии в империи финансируются одинаково, здесь всё как в прошлом веке?
– Так ведь расстояние какое. Многое просто нереально сюда довезти с материка. Да и чтобы современные магоприборы работали как надо, нужно, чтобы академия находилась в черте города или хотя бы не очень далеко от него, а тут ближайший городок на соседнем острове. А свечи недорогие. И приятно пахнут, не находите?
– Не нахожу! – буркнула я. Сумасшедший дом какой-то! Чтобы в наше время пользовались свечами – это же уму непостижимо!