Вне клана (СИ)

— Шипел, — она пожала плечами. — Вот как этот, — и показала на ветси.
Я моргнул. Потом в памяти всплыло, как я понимал речь гаргун, а Кастиан нет. 
— Я сам продолжу переговоры, — сказал я ей. Потом пристально посмотрел на ветси.
— Ты ведь понял меня, демон?
Голова того прекратила покачиваться.
— Ты говоришь, человек. Как ты можешь говорить, человек? 
Хотя сейчас я прислушивался к словам демона, мне все равно казалось, будто тот говорит на человеческом языке, только сильно растягивает шипящие звуки.
— Могу, вот и говорю. Так как насчет переговоров? Мы тебя не убиваем, а ты помогаешь нам выбраться отсюда?
Ветси вытянул голову вперед, ко мне, и втянул воздух ноздрями.
— Ты пахнешь, как обычный человек. Ты даже не пахнешь магией. Ты не должен говорить, — похоже, этот факт настолько сбил демона с толку, что он даже не вслушивался в смысл моих слов.
Слегка раздраженный, я шагнул вперед и поднес острие топора к кончику его морды.
— Я разрублю тебя вот этим на куски, — сказал я нарочито медленно. — Тогда тебе будет все равно, говорю я или нет.
Ветси отдернул голову так далеко, как мог.
— Чего ты хочешь, человек?
— Уже лучше, — я немного опустил топор. — Мы застряли в Гаргунгольме и хотим выйти в мир людей. Ты можешь покинуть это место. Выведи нас — и мы оставим тебя в живых.
— Выйти в мир людей, — повторил ветси. — Хорошо. Но вам придется освободить меня.
— Освободим, — согласился я, — после клятвы.
В древней книге говорилось, что, когда ветси клялись именами морских богов, данные обещания они выполняли. К сожалению, автор эти самые имена не упомянул ни разу — я ради них перечитал книгу трижды, думая, что пропустил. После долгих обсуждений мы решили использовать имя Пресветлой Хеймы — если демоны боялись силы ее жрецов, то уж явно должны были бояться нарушить клятву, данную ее именем.
После того, как я перечислил все условия освобождения ветси из ледяного плена, тот некоторое время молчал, потом без особого сопротивления прошипел те слова, которые от него требовались.
— Он дал клятву, — сказал я Амане. 
Она глубоко вздохнула и подняла руки, одновременно с заученным жестом произнося нужные слова. Лед вокруг ветси начал таять, оставаясь таким же крепким и уходящим в глубину во всех остальных местах. Длинное тело освобождалось постепенно, черная голова покачивалась. Я наблюдал за происходящим, просчитывая, куда и как бить, если клятва демона не удержит. К сожалению, я не знал, насколько быстро ветси могли двигаться.
Наконец весь демон оказался на свободе. Стянул свое змеиное тело в тугие кольца, поднял голову, на мгновение показал раздвоенный язык.
— Идем, человек. Я выведу вас, как обещал, — и, развернувшись, пополз по льду реки. Я махнул рукой остальным и пошел за ним следом, внимательно отслеживая каждое движение. Ветси мне не нравились — как все в целом, так и этот конкретный ветси в частности. 
Ветси направился на север, именно туда, где, по идее, должны были находиться люди. Полз он со скоростью неторопливо идущего человека, так что успевать за ним было бы легко, если бы не приходилось идти по льду. Этот момент мы не предусмотрели. 
Себя я за это не винил — понятие льда для меня было абстрактным, я просто не помнил, как легко на нем раскатиться и упасть. Правда, мое тело сразу же нашло нужное положение, ноги чуть согнулись в коленях, добавив устойчивости. Я не столько шагал, сколько скользил по льду. Пусть я не помнил, как надо ходить по льду, тело помнило.
Однако моим спутникам ледо-хождение далось куда хуже, особенно Кастиану и Зайну.
— Эй, ветси, — в конце концов позвал я демона. — Нужно подняться на берег. Идти по льду неудобно.
Ветси остановился и обернулся ко мне.
— Тебе неудобно идти, человек? Тогда поднимемся. Конечно.
— Вот на этот берег, — я показал на ту сторону, с которой мы пришли. Если вдруг все пойдет наперекосяк, нам хотя бы не придется пересекать реку, чтобы вернуться в защищенное имение. 
 
— Конечно, человек. На этот, — ветси первым сменил направление, ползя к высокому берегу. А потом, когда до того оставалось не больше десяти футов, резко махнул хвостом.
Хвост сшиб бы меня с ног, если бы я не подпрыгнул, пропуская его под собой. А когда ветси, моментально сориентировавшись, махнул хвостом еще раз, уже выше, я откатился в сторону, припал на одно колено, пропуская хвост над собой, и рубанул по нему топором.
Часть хвоста отлетела в сторону, из обрубка полилась черная кровь, ветси зашипел — так громко, что у меня заложило уши — и кинулся на меня. За спиной что-то выкрикнула Амана, блеснула яркая вспышка, но ветси не задержала.
А скорость у него была такая, что стоило позавидовать. 
Я рубил, отскакивал в сторону, чтобы ветси не смог обвить меня кольцами своего тела, и рубил снова. Но отрубить часть тела ветси так чисто, как получилось с хвостом, больше не мог. Демон удачно избегал прямых ударов, так что у меня получались лишь скользящие, оставлявшие на теле демона глубокие, но быстро зарастающие, раны. И в этом заключалась главная проблема. Не в том, что демон избегал ударов, а в том, что они, даже удачные, были демону не опасны.
Я на долю мгновения скосил взгляд туда, где лежал отрубленный хвост, и выругался. Хвост уже дотаивал, превращаясь в черный дым, точно так, как превращался в черный дым разрубленный мною марид. И, как с маридом, дым рассеялся, а ветси оказался вновь целехоньким.
Нет, так дело не пойдет. И уже не важно, что произойдет раньше — я выдохнусь и начну пропускать удары демона, или же закончится магия Аманы и река растает. В любом случае нам конец.
Ветси клацнул зубами совсем рядом с моим лицом, и этот звук будто дернул, разворачивая, цепочку мыслей. 
Почти металлический звук. 
Металлический кругляш в моем кармане. 
Кругляш, магически связанный с Аманой…
Магичка следила за битвой с безопасного расстояния, иногда безуспешно пробуя заклинания из своего арсенала. В очередной раз избежав удара ветси, я вытащил свободной рукой кругляш из кармана и поднял так, чтобы Амане было видно. 
Поймет ли? 
Ее взгляд упал сперва на мое лицо, потом на руку, и магичка кивнула. 
Мгновение передышки закончилось, и мне пришлось уворачиваться, наносить удары, иногда удачные, и уворачиваться вновь. Потом демон, открыв пасть, вновь кинулся на меня, и я отпрянул, за долю мгновения до этого закинув кругляш внутрь этой пасти.
Ветси, думаю, проглотил этот кругляш, даже не ощутив. Его голова была в три раза больше головы взрослого мужчины, а кругляш не был ни горячим, ни холодным, ни жгучим.
Амана выкрикнула что-то предупреждающее, и я на всякий случай метнулся в сторону, на мгновение приник ко льду, готовый, если потребуется, и защищаться, и атаковать.
Ветси метнулся следом, но проскочил дальше, не успев вовремя развернуться. А потом от тела ветси начала отваливаться чешуя, обнажая коричнево-розоватую уязвимую плоть. Если нанести сейчас удар, ветси не восстановится…
Но я еще не успел добежать до демона, когда его хвост, недавно отрубленный и заново приросший, растекся черной жижей и впитался в лед, а на теле ветси заново открылись все те раны, которые я успел нанести. Из ран потекла черная кровь, все сильнее и сильнее. А потом все тело демона начало скукоживаться, будто змеиная шкурка, брошенная в огонь. Скукоживаться, уменьшаться, превращаясь в черные лохмотья.
В стороне вскрикнула Амана, и в этот раз ее крик не был предупреждающим. Просто крик боли. Я кинулся к ней, одновременно оглядываясь по сторонам, пытаясь найти причину. Но никаких новых врагов не появилось, ран на магичке — по крайней мере видимых — не возникло. А потом Амана согнулась пополам и осела на лед.
Что происходит?
Почему?
Наши взгляды встретились, и мне показалось, что темные глаза Аманы горят черным огнем. 
Нет, не показалось. Горели.