Слесарь 2

Разгром оказался полный, отступить удалось десятой части огромной армии. Еще две части – наемники и пехота – перешли на сторону врага и качественно усилили армию Магов. Теперь во всем Черноземье не имелось силы, сравнимой с захватчиками. Конечно, была проведена полная мобилизация всех мужчин на землях, находившихся пока под старой властью. Все кузни ковали новое оружие. Во все замки и поместья полетели гонцы, требующие ради общего спасения полностью встать в строй – и старым, и малым.
Города обложили огромным налогом и, конечно, перестарались с этой мерой. Получившие огромный урон чести и достоинству, бывшие хозяева земель, на которых стояли города, не поняли, что все изменилось. Городским советам уже очень давно хотелось избавиться от вассальной зависимости. Они просто сняли знамена владельцев и закрыли ворота, собираясь пересидеть смутное время. Тем более, во все крупные поселения и города проникли представители Магов, они твердо подтвердили снижение налогов до одной восьмой от дохода. Еще снятие воинских поборов, очень распространенных на дворянских землях. Управление городами оставалось за торговыми советами, при соблюдении необременительных обязанностей. Выбор горожан оказался понятен, и остатки армии дворян остались без промышленной базы, опытных наемников и денег.
Сил, чтобы штурмовать бунтовщиков, у прежних владетелей просто не нашлось, поставленные в строй крестьяне тоже не собирались умирать за своих господ. Одно только обещание – отдать в руки вечных батраков господскую землю, сходу завоевывало сердца, как только доходило до крестьян.
Дело благородных стало безнадежным. Они легко справлялись с крестьянскими бунтами, приводили к покорности города и давно не имели против себя настоящего противника. Действующего последовательно, имеющего, что предложить всем сословиям, кроме благородного. Тем – только изгнание или смерть.
Рассказ Корна напомнил мне нашу историю с революцией и гражданской войной.
Там миллионные армии красных, имеющих почти всю промышленность под собой, пользующиеся относительной поддержкой крестьянства и абсолютной – рабочего класса, противостояли армиям белых. Не помню, сколько войск было у Колчака, но у Деникина – всего около ста тысяч на линии фронта. Поддержки народной у Доброармии не имелось почти никакой, их лозунги только отпугивали народ, так же получивший бесплатно землю.
Маги оказались мудрыми людьми, с большим жизненным опытом. Сразу опережающими темпами начали агитацию за так всем понравившиеся идеи. Такие доходчивые слова, землю – крестьянам, города – торговой элите, и никаких больше высокомерных грабителей.
Кто же откажется от такой жизни? Еще один повод задуматься, не с Земли ли такие умные захватчики прилетели?
Те из дворян, кто смог выжить или просто не оказался в армии с остатками своих дружин, объективно могли вести только партизанскую войну. Пользуясь знанием местности и обладая запасами продовольствия. Это – если объективно. Отсидеться в замках не нашлось никакой возможности. Маги, стоя за ростовыми щитами, одновременно били по воротам, мостам и решеткам. Обессилев, отходили к заряженным у магических источников камням, возвращали силы и снова били пламенем, воздухом и землей по замкам.
– А что с верой? В кого верили в Черноземье? – перебил я ровный рассказ старика.
– Как себя вела церковь в такое время?
Корн опять замолчал и показал на стопку, давно опустевшую. В бутыли осталось уже немного, поэтому я решил, что мне хватит. Главное, чтобы у рассказчика смазка для рассказа не заканчивалась.
– Вера и её адепты не особо помогли старым хозяевам. В Черноземье, как и в северных землях, распространено многобожие. Живущие около гор поклонялись своим богам, крестьяне имели своих, речные или морские земли больше верили в водных богов.
– Значит, не было единобожия? – спросил я, недоверчиво смотря на Корна.
– Совсем не было. Из древних времен смутные воспоминания говорят нам, что именно люди уничтожили прежний мир, даже безо всякого участия Богов.
 
У меня опять отпала челюсть. Даже так?
– Как давно это произошло, я тебе не скажу. Много поколений людей сменилось, посчитать невозможно, книг тоже не осталось.
Да, все страннее и страннее. Имелась высокоразвитая цивилизация, раз смогла сама себя погубить. И снова Маги, хотя это и не точно еще известно, умудрились устроить Армагеддон.
Корн снова погладил фолиант на столе перед собой:
– Зачитывать тебе сей источник нет смысла. И я сам читаю его едва-едва, сплошные восхваления мудрости Короля и его семьи. Информации совсем мало. Так же едва по описанию можно догадаться, что происходит в стране. Маги захватывают северное королевство в горах, потом – Гардию и подступают в столице Муклена. По описанию – завтра решающая битва. Итог мы знаем.
– Да, не будем тревожить такую древность, – согласился я.
– Не такая уже и древность, всего-то один век прошел, – возразил мне учитель.
Всего один, но зато какой! В месяце тридцать два дня, в году – шестнадцать месяцев, в местном веке – сто двадцать восемь лет. Наших земных выходит с тех пор почти сто восемьдесят пять лет, под два века. Интересная все же эта система счета, опирающаяся на цифру восемь.
Мы просидели уже три часа, на улице стемнело. Деду идти в соседний дом, мне прогуляться по двум улицам до своей комнаты.
Как там Грита? Сердечно сладко заныло, представив, что можно с девушкой заняться любовью.
Я почти все узнал, что мог, о старой истории Черноземья. Теперь хочется так же широко приоткрыть глаза и про новейшую историю, историю правления Магов. Однако время уже позднее, Корн опустошил бутыль и собирался закрывать лавку. Времени осталось только на один вопрос, давно меня интересовавший:
– Не имелось ли признаков, что Маги тормозят прогресс и развитие своих земель?
Пьяненький дед просто рассмеялся на мой вопрос:
– Конечно, про это все шептались. Вслух-то опасно такое говорить. Как-то очень не одобрял Конклав Магов все технические подвижки. Сначала серьезные люди приезжали к мастерам и убеждали не развивать свои изобретения. Если изобретатель не понимал, то такой человек просто исчезал. Никто его и не искал потом. Все шептались между своими, что не надо дергать Корта за хвост. Народ много чего говорил, но трупов не появлялось. Никто не всплывал и не вешался – просто пропадал. Болтали, что таких мастеров увозили в Северные земли и там они проводили остаток жизни. Это суровая мера, но нечасто применяемая, предупреждения обычно хватало всем.
– Поэтому и арбалеты такие примитивные делают в Черноземье? – это мой последний вопрос на сегодня.
– Да, именно поэтому, – коротко ответил старик.
Он убрал древний фолиант в потайной ящик стола.
Вот здесь и мелькнула у меня неясная мысль именно про арбалеты. На конвейерном производстве можно обогатиться. Ведь луки для них мастерят пока из древесины и рога, вымачивая и высушивая их годами. Дуга из закаленного железа немного уступает в эффективности. Но в производстве на порядок дешевле и в сто раз быстрее. Тем более, если мастерить арбалеты конвейерным методом.
Да, здесь видна реальная помощь Гвардии Совета и, главное – ополчению Астора.
И – реальные деньги!
Есть, о чем как следует подумать моей головушке.
Глава 4 СЛЕЖКА И НОЧНОЙ СЮРПРИЗ
Выйдя из лавки, я подождал, пока Корн закроет дверь на пару навесных замков.
Проводил старика до дома, все же он порядочно набрался и может упасть на лестнице, оставив его перед дверью, которую сразу, не дожидаясь стука, открыла жена. Под незлое ворчание супруги мой учитель прошел в коридор. Старушка сдержанно поблагодарила меня за помощь в доставке мужа домой и закрыла дверь. Стукнул засов, и я остался один на темной улице.
– Хорошо, что не напился, – подумал я, шагая по дороге между слабо освещенными домами.
Завтра выходной день, а я рассчитываю выспаться, как следует.
Подойдя к своему дому, я уже начал распахивать створку калитки, как почувствовал внимание, направленное именно на меня. Не показав вида, я прикрыл калитку за собой и отступил в сторону. Махнул паре соседей, сидящих за столом под деревом, которые сегодня присматривают за порядком.