Сила Чести (СИ)

— Сегодня утром у ректора требовали тебя выдать. И ни кто-то там, а глава Великокняжеских дознавателей.
— Дознавателей? — переспросил я, напрягшись ещё сильнее. — В который раз про них слышу, но, к стыду своему, даже не знаю о ком речь.
— Дознаватели. Они же Тайная стража. Они же Псы Государевы. Они же Государева безопасность. Они…
— Спасибо, я понял! — довольно резко перебил я. — И что такой могучей структуре понадобилось от простого боярина?
  
— Маркус, ты… — начала вдруг что-то говорить Саблеслава, но резко замолчала. Вид при этом она имела слегка испуганный. Должно быть, эти дознаватели реально неприятные ребята. Может, мне уже пора сухари сушить?
— Дело в том, боярин, что тебя обвиняют в убийстве князя Стародубского. Артёма Фёдоровича… — веско произнёс безопасник и многозначительно замолчал. Наверно, даёт мне возможность осознать, в какую ж… неприятность я угодил. И я осознал! Но ответить ничего не успел, так как Трёхозёров продолжил: — Сами по себе дознаватели не особо страшны. И что-то требовать от ученика академии не могут. Но проблема оказалось намного более серьёзной.
— Куда уж серьёзнее! — не выдержала Сабля. — Маркус, что ты натворил на этот раз⁈
— Понятия не имею, о чём речь! — сразу же, по привычке, открестился я.
— Вот так всем и говори, боярин! — хмыкнул Фрол Витальевич. А замет вдруг неожиданно спросил у Саблеславы: — А у вас с боярином Северским, я так понимаю, более чем дружеские отношения?
— Это не ваше дело! — смерив его ледяным взглядом, прошипела княгиня. И тем самым спалила всю контору. Теперь бы даже не самый ненаблюдательный человек понял, что да — есть отношения! И реально, более чем дружеские!
— Не горячись княгиня, — как-то слишком по-простому отмахнулся от неё безопасник. — В данный момент я действую исключительно в ваших интересах.
— В моих? Ты ничего не путаешь, старик? Я только сегодня прибыла в столицу! — с явной угрозой в голосе, заявила Сабля.
— И первым делом решили навестить одного знакомого боярина, — с непрошибаемым спокойствием, парировал Фрол Витальевич.
— Это! Не! Ваше! Дело! — выделяя каждое слово, негромко произнесла княгиня Ульчинская. А ещё она когти выпустила. Да и глаза стали меняться, всё меньше походя на человеческие. Ещё чуть-чуть, и она, словно дикая кошка, бросится на собеседника.
Дедок, похоже, вообще берегов не видит. Хотя, учитывая его должность, всё это явно неспроста. Для чего-то он Саблю из себя выводит.
— Правильно, — кивнул он, — не моё. Мне абсолютно плевать, кто с кем спит. Но если это узнает кто-то ещё, то проблем у боярина Северского лишь добавится.
— А можно чуть подробнее о проблемах? — всё же вклинился я. Иначе пришлось бы прятать тело. А старичок, если не врёт, хочет помочь.
— Суд князей! — веско произнёс Трёхозёров.
И отчего-то Сабля после его слов резко перестала психовать, с тревогой на меня посмотрев.
— И что это? — осторожно поинтересовался я.
— Маркус, — вздохнула Саблеслава и покачала головой. — Князья в столице такие же гости, как и все остальные. Здесь есть только один хозяин — Государь! Но что делать, если какому-то князю нужно кого-то наказать? За дело? Особенно, если этот кто-то вольный боярин, как ты. В таком случае созывают Суд князей. Десять князей из числа тех, кто в данный момент находится в столице, выступают в роли судей. И оглашают боярину приговор. И это совсем не шутки.
— Всё верно, — подтвердил безопасник её слова. — Только я бы ещё добавил, что Суд князей созывают лишь после разрешения Государя.
Приплыли! Что-то я где-то явно не туда свернул. С Великим князем связываться вот совсем не хотелось бы. Абсолютно разные весовые категории у нас. Слон и Моська, по-другому и не скажешь. Одно его слово, и о боярине Северском даже воспоминаний не останется.
— Не всё так печально, боярин, — видя перемены на моём лице, произнёс Фрол Витальевич. — Смерть Артёма Стародубского на тебя повесить не так-то просто. В академии на воротах ведётся журнал, в котором отмечают всех, кто находится на её территории. Понимаешь, к чему я?
— Я всё ещё в академии? — сообразил я.
— Да. И я даже не буду докапываться, каким образом тебе удалось её незамеченным покинуть. Главное сейчас тебя вовремя вернуть обратно. И сделать это так же незаметно. Что, впрочем, большого труда не составит.
— Тогда зачем созывать этот суд, если нет никаких доказательств моей вины?
— Вот и меня это тоже интересует, — пожал он плечами. А затем переел взгляд на Саблю. — Именно по этой причине, Саблеслава Мечеславовна, я и интересовался вашим отношением к боярину.
— Меня позовут быть одной из судей? — сообразила Сабля.
— Ваше имя заявлено, — подтвердил её предположение безопасник.
— Эх, придётся всё же перебираться в гостиницу, — грустно вздохнула девушка.
— И чем быстрее, тем лучше, — снова согласился с ней Фрол Витальевич.
— Зачем? — не понял я. Что-то вообще соображалка перестала работать, после слов о Государе.
— А затем, молодой человек, что большинство заявленных в судьи князей будут не на вашей стороне. Княгиню Ульчинскую включили в этот список по той причине, что все вокруг уверены, что она вас, мягко говоря, недолюбливает.
— Ага, понятно, — кивнул я. И тут же спросил: — А кто все те князья, которые будут против меня? Я вроде как ни с кем особо и не знаком.
— А это не важно, Маркус, — произнесла княгиня. — Хватит того, что они о тебе слышали. И зная тебя, вряд ли слышали что-то хорошее.
— Вот сейчас прям обидно было, — чуть слышно пробурчал я. Но спорить не стал, так как в принципе был с ней согласен.
— Что касается князей… — задумчиво протянул Трёхозёров. — Созвал суд князь Стародубский. Богдан Мстиславович. Младший брат Государя. И вот что ему от тебя нужно, я пока не понимаю. В хорошем отношении к Артёму он замечен не был. Так что тут явно присутствует личный интерес.
— Хреново, — вздохнул я.
— Из других князей будут князья Мамлеев и Козловский. Они родичи Артёма. И они думают, что ты, боярин, их дочерей вдовами оставил. Так что от них ничего хорошее ждать не приходится.
— Да уж, — покачала головой Сабля. — Умеешь ты, Маркус, врагов наживать.
— Дальше идёт князь Балховский, — продолжил безопасник.
— А они ещё остались? — удивилась княгиня, хищно оскалившись. — Какое упущение!
— Князь Засекин…
— Не знаю такого, — покачал я головой. — Чем я ему не угодил?
— Пока не выяснили, — ответил Трёхозёров. — Далее идёт князь Мерцалов.
— Вот жеж… — не сдержался я.
— Ага, я так понимаю, его ты знаешь?
— Его дочку. И она меня отчего-то не любит.
— Надеюсь ты её не… — пристально посмотрел на меня Фрол Витальевич.
— Нет! — твёрдо ответил я на его взгляд. — Я её случайно сумкой ударил. Тяжёлой.
— Ну тогда всё не так страшно. На такое не обижаются. Но готовиться всё же надо к худшему. Князья вообще довольно злопамятны.
— Есть такое, — подтвердила его слова княгиня.
— Следующим у нас идёт князь Трубецкой. Насколько я успел выяснить, с его внебрачной дочерью ты, боярин, в довольно хороших отношениях.
— Да что вы говорите! — ласково-ласково произнесла Сабля, посмотрев на меня убийственным взглядом.
— Мы с ней просто деловые партнёры! — тут же заявил я, невольно бросив взгляд на дверь.
— Конечно, конечно, — покивала девушка, зачем-то снова выпустив когти и воткнув их в подлокотники кресла.
— Далее — князь Мещерский. Этот тоже должен быть на твоей стороне.
— Да, на его дочь вчера напали Неизвестные, — произнёс я, покосившись на Саблю. Но она вместо того, чтобы снова злиться из-за очередной княжеской дочери, вдруг заметно напряглась. Интересно… — А я вроде как её спас.
— И последний, — покивав моим словам, продолжил Трёхозёров, — князь Нарышкин Вячеслав Вячеславович. Как я понял, он присутствовал во время вчерашнего нападения?
— Да, — подтвердил я. — И был настроен ко мне весьма благосклонно.