Клятва, которую мы даем (ЛП)

В глубине моего сознания плавает безопасное слово «красный», но я не могу заставить себя его использовать. Потому что я не думаю, что действительно хочу, чтобы он останавливался. Мое тело хочет большего, независимо от того, насколько я перевозбуждена. Еще одно посасывание клитора и он проявляет помилование и отпускает. Его челюсть и губы влажные. Мои конечности кажутся липкими, расплавленными и бесполезными, когда я пытаюсь глубже зарыться в кровать.
Затуманенные темные глаза впиваются в мое тело, распростертое только для него, полностью раскованное и отданное в его власть.
— Посмотри, какой беспорядок ты устроила, — он качает головой и щелкает языком, показывая мне, какие мокрые его пальцы. Он ухмыляется, прикусывая нижнюю губу, и подзывает мне к себе пальцем. — Иди сюда, приведи меня в порядок своим волшебным ртом.
Собрав все силы, я приподнимаюсь с матраса, руки дрожат от нахлынувшего удовольствия. Я не обращаю внимания на свои вялые конечности, отчаянно желая быть хорошей для него.
В этот момент, когда я не могу ни о чем думать, когда я всего лишь оголенный нерв, чувствующий все, я хочу быть всем, что ему нужно. То, чего он жаждет.
Я опираюсь на его плечи, чтобы удержаться в вертикальном положении, моя насквозь мокрая киска соприкасается с основанием его члена, когда я придвигаюсь ближе. От жара наших тел, прижатых друг к другу, по мне пробегает дрожь.
Мои губы встречаются с его губами, я ощущаю терпкий вкус своей влаги, вызывающий привыкание, которое я впитываю. Провожу языком по его небу, облизываю его, прежде чем отстраняюсь и перехожу к его челюсти.
Я убираю беспорядок, который оставила на его лице, проводя языком по его коже, собирая остатки моего оргазма. Его руки сжимают мои бедра, прижимая свою нижнюю половину тела к моей, позволяя мне почувствовать его твердый член, прижимающийся к моим мягким складочкам.
Хриплые стоны возле моего уха подстегивают меня приподнять бедра навстречу его медленным толчкам, крепче сжимая его затылок. Мышцы его шеи твердые и упругие, словно стальные тросы, продетые под плотью. Каждый дюйм его тела гладкий и ровный, каждая мышца идеально очерчена.
Когда трение становится слишком сильным, я целую его чуть ниже уха.
— Ты мне нужен, пожалуйста.
После небольшой паузы он обнимает меня и укладывает обратно на кровать. Его большое тело нависает надо мной, и на мгновение я чувствую, как бьется его сердце в моей груди.
Это волнующий, самый интимный момент, который когда-либо мог испытать человек, чувствовать, как сердце другого бьется рядом с твоим собственным.
Это просто секс. Это просто секс. Это…
Руки Сайласа скользят по моему животу, ладони обхватывают мои тяжелые груди. Проводя пальцами по металлу, пронзающему мои возбужденные соски, он играет с черными сердечками по обе стороны от соска — результата решения, принятого в тот момент, когда я накачивалась экстази в «Вербене», и сейчас я рада этому.
— Они чертовски вкусные, — бормочет он, прежде чем обрушивает на них свой теплый рот. — Я собираюсь засунуть свой член между этими мягкими сиськами и трахать их, пока не кончу на твое милое личико. Но не сегодня.
Я выгибаюсь навстречу его прикосновениям, в голове у меня становится легко, а тело молит о том, чтобы его пальцы не покидали его. Он не торопится, осыпая поцелуями мою грудь, прежде чем подняться на колени, снять рубашку и бросить ее на пол.
Его подтянутый живот напрягается, когда он обхватывает основание своего члена большой рукой. Несколько дюймов остаются обнаженными, из-за его кулака и мой рот наполняется слюной, пока он несколько раз проводит по себе, прежде чем направить головку в мою влажную сердцевину.
— Сегодня ночью я собираюсь кончить прямо сюда, прямо в эту тугую киску. Полностью тебя наполню и оставлю течь.
— Я согласна, — стону я, хмурю брови и смотрю на него, наблюдаю, как он водит своим членом вверх и вниз по губам моей киски. — Я чиста. Ты…
— Ты думаешь, я был бы так близок к тому, чтобы трахнуть тебя, если бы не был чист? — его взгляд смягчается, когда он склоняет голову. — Со мной ты в безопасности.
 
Раньше все было так интенсивно, с преобладанием желания, а теперь нет. Во мне все еще кипит похоть, но теперь это не просто секс, потому что моя грудь сжимается.
Эмоции переполняют меня, захлестывают.
Когда кончик его члена проскальзывает в меня, я паникую. Я чувствую, что слишком глубоко погружаюсь в него. Я могу хотеть его физически. Но я не могу обладать им эмоционально.
Я не могу так с ним поступить.
Я прижимаю руку к низу его живота, останавливая его движение, и смотрю на него сквозь влажные ресницы.
— Я разобью тебе сердце.
Он замирает, его челюсть подергивается.
— Ты впустишь меня в свое.
Слишком поздно, думаю я, прежде чем его слова и тело лишают меня воздуха. Его бедра подаются вперед, проталкиваясь сквозь мои плотные внутренние стенки, медленно наполняя меня, заставляя мою киску принимать его длину.
— Срань господня, — стону я, покачивая бедрами. — Черт, я такая полная.
— Ты не будешь полной, пока я полностью не войду в тебя.
Я даже не хочу смотреть на то, сколько еще ему предстоит пройти, прежде чем он полностью войдет в меня. Мое тело вжимается в матрас, я не уверена, что у меня хватит места для него.
Твердое тело Сайласа вжимается в меня все глубже, прохладный металл его «лестницы Джейкоба37» касается моего влажного центра.
— Расслабься ради меня, Хекс, — одна из его ладоней перемещается с моих бедер, слегка надавливая на низ живота. — Расслабься и впусти меня. Позволь мне доставить тебе удовольствие, детка.
Мои бедра раздвигаются невероятно широко, глаза распахиваются, когда он проникает в меня еще на пару дюймов, а пирсинг в виде штанги трется об основание моей киски.
— О черт, о черт, — стону я бессвязно, — я не думаю… Боже, я не думаю, что смогу вместить еще.
Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, пытаясь дышать, пока он насаживает меня на свой член. Мне кажется, что он действительно делит меня пополам, намереваясь разорвать прямо надвое.
— Вот так. Это моя девочка. Всоси мой член в эту тугую киску, — стонет он, когда достигает пика, глядя вниз, туда, где соединяются наши тела, наблюдая за тем, как он терзает мою киску. — Посмотри на себя, Хекс. Принимаешь меня целиком, как хорошая девочка.
Он несколько раз двигается, давая привыкнуть к ощущению полноты. Позволяя мне прочувствовать каждый дюйм, прежде чем он начинает ускорять темп. Мое тело начинает двигаться ему навстречу, и от невероятного напряжения я поджимаю пальцы на ногах.
Я уже очень близко, и это не помогает, когда он начинает трахать меня по-настоящему, как и обещал. Сайлас Хоторн начинает разрушать меня. Внутри и снаружи.
Грубые, сильные толчки его бедер отправляют меня на орбиту. То, на сколько глубоко его член, заставляет меня пытаться отстраниться, но он не дает мне этого сделать. Нет, он хватает меня за бедра и возвращает на место, чтобы трахать меня так, как ему хочется.
— Блядь, Сайлас. Это уже слишком. Черт, ты у меня в животе, — я почти кричу, цепляясь за простыни под собой в поисках опоры, моя киска растянута до предела. Каждая жилка на его члене трется о мои чувствительные стенки, задевая что-то глубоко внутри меня, к чему никто раньше не прикасался.
Сайлас наклоняется к моему лицу и удерживает меня на месте, крепко сжимая мое горло. Длинные пальцы скользят по моей шее спереди, сдавливая ее, нащупывая кончиками пальцев мой пульс.
Он вонзается в меня толчками, от которых я вижу звезды, безжалостный к моему телу, когда он входит в меня полностью, позволяя мне почувствовать, как он погружается в меня до самого основания, прежде чем почти полностью выйти, только чтобы снова войти в меня.
Снова, и снова, и снова.
Изголовье врезается в стену от его темпа, кровать под нами сотрясается от силы, с которой он воздействует на мое тело.