Тайны сыска. Дело гонца

– А вот тот закатывающий глаза комок невозмутимости – Ранкар, логист, – головой мотнул он в сторону оного, продолжая радостно светиться.
– Я это заметила уже, – заговорчески подмигнув, коротко хохотнула я, вызывая смех и у Тайлера. Ранкар фыркнул, продолжая не обращать на своего приятеля и меня внимания.
«Так вот что вы за фрукты»! – мысленно воскликнула, про себя отмечая, что эти два дара не основные у мужчин, а скорее второстепенные, вспомогающие, как дар видения душ у меня. В любом случае, даже эти дары – уже что-то, даже более того. Чтение следов и знаков и рациональный, рассудительный ум довольно полезные свойства для нашей специальности.
  
– И часто у вас так…
– … весело? – продолжил за меня Чтец и, криво усмехнувшись, неожиданно бросил, – привыкнешь, – и ушёл к себе за стол.
Хм, что-то не поняла… я что не то сказала?
Узнаем! У Сплетника. Тот хоть и умён, но если правильно подойти к вопросу, то можно и выудить какую-никакую информацию.
– Ну и, как тебе у нас в управлении? Нравится? – подал свой голос Ранкар, нарушая молчание.
Вот что значит – Логист! Пытается уже сразу сразить не обаянием своим, а вопросами. Впрочем… от зеленоволосого и похуже вопросики ожидать можно.
– Несколько непривычно, но ничего необычного, − пожала плечами я, стараясь говорить так, чтобы не возникло лишних вопросов.
– Приспособишься, – «приободрил» Логист. А я с надеждой подумала, что было бы неплохо, если бы ещё Михей посодействовал этому, а не всячески старался принизить или вывести из равновесия.
– Что такое? – спросил Тайлер, видимо что-то увидев или прочтя на моём лице. Неприятно, но надо выстроить мосты.
– Да просто Мих…
Закончить мне вновь не дали. Ещё раз и я точно уверюсь, что у Тайлера «словесное недержание».
– У-у-у, – протянул понимающе и даже сочувствующе он. – Тогда держись! У старины Миха бзик на этом. Недавно…
– … месяц назад, – пояснил Логист.
– … он потерял напарника. И это не самым хорошим образом сказалось на его и так скверном характере, – закончил фразу за всех стоявший в дверях Фрэнки. Вот уж точно… дружный коллектив.
– Повезёт же кому-то, – тихо проговорил Чтец, но я его услышала и испуганно икнула. Вмиг наступившей тишине мой звук прозвучал особенно громко и три пары глаз сразу же устремились ко мне.
– Только не говори…
– Так вот где ты пропадала! – воскликнул Сплетник. – А я уж было подумал… – осекся он.
Я в ответ лишь жалостно промычала и мужчины переглянулись как-то странно между собой. Кажется, меня уже начинает раздражать этот немой разговор. Не знаю, смогла б я вытянуть хоть что-то из этих партизанов, но тут в нашу милую беседу вмешалось «третье» лицо. Ну, или скорее пятое. В кабинет вошёл предмет наших обсуждений и, с самым что ни на есть невозмутимым лицом прошёл к столу, что стоял рядом с моим. Стражи поздоровались с ним, получив в ответ короткое «Здравствуйте всем». Я едва удержала вздох грусти и разочарования. Соседства по столам со своим напарником я точно не выдержу. По крайней мере, теперь поняла, с кем буду делить кабинет и «ближайший квадратный метр». Взяв какие-то бланки со стола, Мих коротко бросил, выходя в коридор:
– Жду в лаборатории. У Дака есть новости по делу.
И закрыл тихо дверь за собой, оставив ошарашенную меня в попытке быстро переварить полученную информацию.
– Ну и… Где у нас здесь лаборатория? – спросила я, продолжая сверлить своим взглядом дверь.
– Здесь прямо и налево. Там лестница, увидишь, вниз и до конца, пока на нижний коридор не выйдешь, – подсказал кто-то абстрактный маршрут.
– Спасибо, – глухо отозвалась я и, прихватив записную книжку с ручкой, вышла, позволив себе в коридоре ускорить шаг. Нужно было поспешить на встречу… с судмедэкспертом и трупом девушки. Может, удастся что узнать.
До лаборатории я добралась быстро. Мих уже был там, переговариваясь тихо с медиком и попутно записывая что-то на листе. Завидев меня, мужчины замолчали.
– Пришли, – то ли вопрос, то ли утверждение послышалось от Дака. – Пройдёмте сюда – подозвал он к металлическому столу. Слегка отдернув простыню, он открыл виденное недавно мною тело девушки.
Маска беспокойства навечно застыла на белом лице покойницы. Закрытые глаза уже не выражали ничего, и я не могла прочесть, что так повлияло на её смерть.
– Время смерти – двадцать часов назад. А это где-то четыре часа дня. Умерла, как бы это странно не звучало, от передозировки гелием. Дело в том, что сам по себе гелий, смешанный с кислородом, для организма человека безвреден. Но вот чистый гелий при попадании в лёгкие, просто выталкивает оттуда кислород и происходит точно такой же эффект, как при задержке дыхания. Причём в этом случае мозг человека обманывается: так как вздох есть, и организм заполняется газом, никакой команды мозгу вдохнуть воздуха ещё не поступает. В таком случае смерть наступает в течение нескольких минут. Если же делать частые и глубокие вдохи, то гелий настолько наполнит организм, что могут появиться гелиевые пузырьки в крови, которые при попадании в сосуды головного мозга вызывают инсульт и, если не будет оказана своевременная помощь, то – смерть. Можно сказать – один из самых быстрых и безвредных способов суицида.
– Как я и думал, – лениво протянул напарник, безразлично глядя на труп. – Очередная жертва эмоций и обстоятельств. Это всё?
– Нет, не всё, – качнул головой эксперт. – Так как с момента смерти в теле всё ещё присутствует гелий, то я могу предполагать, что девушка либо в течение часа дышала этим газом, либо кто-то магическим путём сам накачал её. А если взять в расчёт, что на месте преступления не было обнаружено ничего, что бы свидетельствовало о наличии гелия, то, скорее всего, тело было привезено на свалку и просто свалено в общую кучу.
– Откуда у нас следует, что, скорее всего, девушку всё же убили, – закончила за эксперта мысль я. И тот подтвердил кивком мои слова.
Но тут в Миха словно что-то вселилось. И хотя обращался он к Даку, я чувствовала, что всё это предназначено лишь для меня.
– Мы находим сотни трупов на свалке и все они по большей части привезены для укрытия туда. Это не повод давать ход развитию дела. Может кто-то просто нашёл труп, например, хозяин одного элитного отеля в центре города, и решил вывезти от греха подальше и для сохранения своей драгоценной репутации, – слово за словом выплевывал он. – Не вижу смысла тратить время на очередную самоубийцу.
Ох, так вот оно у нас в чём дело… Кто-то, оказывается, рьяный приверженец ненавистников суицидников. М−да, сложно же придётся в этом случае мне.
Пока я искала подходящие слова для опровержения, медэксперт пришёл на подмогу мне:
– Мих, я понимаю, что всё это кажется несколько бредовой затеей. Однако если хотите, я могу для достоверности провести более углублённую проверку. Думаю, если мы с ребятами поработаем над девушкой основательно, то сможем найти много интересных фактов.
– Не стоит тратить на это время, – по-царски махнул рукой в ответ напарник и, черканув что-то в последний раз на бумажке, свернул пергамент в трубочку. – Мы узнали достаточно для дела. Всего доброго, – сухо попрощался он и уже собирался выйти, как я резко выкрикнула:
– Постой!
Занесенная для шага нога у мужчины так и застыла в воздухе. Не желая видеть выражение лица Михея, я повернулась к Даку и быстро начала:
– Думаю, стоит проверить, каким образом появился инертный газ в организме этой девушке, и что именно привело её к смерти: удушение, огромное количество гелия в крови или же нечто иное, постороннее. Сколько примерно полностью выводится это вещество из организма?
  
– Где-то около тридцати часов.
– Отлично, – кивнула я, – в таком случае, у вас более чем предостаточно материала для рассмотрения.
– Да. Тогда я сейчас же соберу ребят, и мы займёмся этим делом. Как будут новости – мы вас позовём, – серьёзно сообщил хозяин лаборатории, как-то странно кося вбок глазами.