Милан. Том 2 (СИ)

Несмотря на то, что служебный въезд закрывали автоматические ворота и посторонний человек сюда попасть не мог, и вдобавок стояла прочная ограда, ограждающая парковку от окружающего пространства, у служебного входа на проходной сидел охранник из частного охранного агентства, молодой парень лет двадцати в форменной одежде. Увидев входящих, хотел спросить у них пропуск, но, увидев Анну Александровну, приветливо кивнул ей головой. А увидев вдобавок ещё и Людмилу, повторно кивнул головой, да ещё и улыбнулся впридачу. А подумав, протянул блокнот.
  
— Арина, здравствуйте, — смущенно сказала охранник. — Вы свой автограф не поставите?
Люда расписалась в протянутом блокноте и последовала за мамой.
— Пойдём сначала посмотрим, что там с мерчем, — заявила мама. — Всё должно идти по накатанной. Юниоры выступают с утра, народ уже должен быть.
Многие двери административного корпуса арены закрывали электронные замки, но, к удивлению Люды, у мамы оказались открывающие их чипы. Пройдя через дверь в конце контрольного помещения, они очутились в служебном коридоре административного корпуса, где находились раздевалки, медпункт и служба безопасности в боковом ответвлении, где Арина увидела несколько знакомых человек. Но мама махнула рукой, призывая следовать за собой. Миновав коридор, компания прошла ещё через одну дверь, поднялась по служебной лестнице и оказалась в зрительском секторе.
Зрительский сектор находился на третьем этаже, куда вело два пандуса, синий и красный, спиралью змеившихся вокруг арены. Они сразу выходили на третий этаж, где в большом помещении, лофте, обегающем ледовую арену кругом, находились раздевалки для зрителей, туалеты, буфеты и множество ларьков, торгующих всякой ерундой. В основном здесь были товары, предназначенные для фанатов фигурного катания. Можно было купить плакаты с изображением фигуристов и тренеров, мягкие игрушки для того, чтобы бросать их на лёд, и цветы. Также стояли несколько прилавков с сувенирами и всякой мелочёвкой. Но самое большое и центральное место занимал огромный, в несколько столов, прилавок, за которым на вешалках были развешаны уже знакомые Людмиле вещи. Это и был её фирменный мерч под торговой маркой «Стольникова»! На колонне за вешалками виднелся огромный баннер с изображением Арины Стольниковой, исполняющей красивую спираль, который бросался в глаза за десятки метров. Красивые глаза и коварная улыбка… Яркий, броский, он притягивал всеобщее внимание. Под баннером висела большая растяжка, на которой написано: «Торговая марка 'Стольникова» — высшее качество от европейского производителя!«. По бокам от этого прилавка распологались на стойках несколько баннеров поменьше, они были как раз такие, которые Арина видела в ателье 'Милана». Неужели это всё сотворила мама?
…За прилавком работала молодая девушка, продавец. Кажется, Людмила её где-то видела, а приглядевшись, поняла, что видела её в ателье у Миланы. Это была одна из швей! Девушка стояла и что-то горячо обсуждала с несколькими покупателями, стоявшими у прилавка и разглядывающими вещи.
Люда огляделась — зрителей в лофте пока было немного. До коротких программ взрослой сборной было ещё порядочно времени, и зрители, купившие билеты на них, не спеша, по одному, выходили из дверей, которые вели с пандуса, прохаживались, разглядывали что продаётся в киосках.
— Что-то мало народу ещё, — заметила Нина и посмотрела на большие электронные часы, висевшие в лофте. Они показывали 13:55. Приехали чётко! Однако Людмила уже в это время должна в службе безопасности получать аккредитационную карточку. Не то чтобы она ей была кровь из носу нужна, но Люда, как примерная девушка и пионерка, в организационных делах, всегда была очень ответственна и аккуратна!
— Здесь много времени тратится на досмотр, — заявила мама, отвечая на вопрос Нины. — Там на первом этаже множество проходных терминалов, на которых охранники делают полный досмотр зрителей. Трясут карманы, сумки. Ищут и изымают запрещённые к проносу вещи, это занимает много времени. Я думаю, что внизу уже большая толпа зрителей скопилась.
Люда подошла к громадному окну и посмотрела вниз. Высота впечатляла. Этаж третий, а то и четвёртый, если судить по обычным домам. И точно, как раз под ними, внизу, раструбом зиял широкий вход в красный сектор, и в него, как в воронку, втягивалась большая масса людей.
— Мам, мне в отдел охраны надо, аккредитацию получать и вообще с нашими встретиться, — робко напомнила Людмила. Тяжёлый рюкзак уже начинал давить на плечи.
— Иди, — разрешила мама, внимательно глядя на то, что происходит с мерчем. Многие вешалки были пустыми, и это радовало её, судя по всему.
— Ну а как мне попасть туда, я не знаю! — напомнила Людмила. — Мне говорили подходить к обычному входу для обычных людей, в службу безопасности. Это надо обратно, что ли, идти? Отсюда же дверь закрыта!
— Возьми один чип и пройдёшь по тому же пути, по которому мы сюда попали, — уверенно сказала мама и подала Людмиле маленькую круглую штуку, которой до этого открывала двери. И добавила:
— Я потом ещё приду в раздевалку проконтролировать тебя.
Люда тяжело вздохнула и отправилась обратно на лестницу, ведущую на первый этаж, в административный корпус.
У офиса службы безопасности к этому времени скопилась большая масса фигуристов и тренеров, очень удивившихся, когда они увидели, что Люда идёт откуда-то из глубины административного корпуса.
— Ты откуда идёшь? — удивлённо спросила Смелая. — Окольными путями залезла сюда? Или маман подсуетилась?
— Время ещё позволяет, — недовольно сказала Люда. — Что тут надо делать?
— В данное время стоять в очереди, — сказал подошедший Бронгауз. — Заходишь в бюро пропусков, даёшь паспорт и получаешь аккредитацию. Ты впервые тут, что ли?
Однако в очереди стояли недолго. Примерно за 10 минут пропуска получили все фигуристы и тренеры. Люда с интересом посмотрела на выданную аккредитацию. Пластиковая карточка на бело-сине-красной тесёмке, с фотографией и надписью «Арина Станиславовна Стольникова, спортсменка. Действительно 28 и 29 августа 2022 года». Блин… Как они нанесли фотографию на пластик? Люда поковыряла ногтем — не стирается! Чудеса, да и только…
Пока стояла в очереди за аккредитацией, наблюдала за своими коллегами по профессии. Ведь многие из них были ей не знакомы. Тут же она увидела Соколовскую, которая стояла с двумя парнями. Похоже, они тоже были члены сборной по фигурному катанию, если не основного состава, так запасные. А может, они были юниоры? Как Люда заметила, в этом времени все возрастные рамки между юниорами и взрослыми были практически стерты.
— Так, ребята! — заявил Бронгауз, и подозвал к себе своих фигуристов после того, как все получили аккредитационные карточки. — Сейчас вам даётся 20 минут на то, чтобы переодеться, а потом все идём в тренажёрный зал для разминки. Жду вас там. Время пошло.
Началось…
  
Глава 24
 
Адский амфитеатр
 
Люда поначалу, когда попала сюда, в «Мегаспорт», ко всему относилась с любопытством и смотрела на окружающую действительность, словно посторонний человек, обычный зритель, пришедший с мамой посмотреть на фигурное катание, но когда девушки направились в женскую раздевалку, она вдруг поняла разом, что всё это в самом деле и всерьёз. И она здесь не зритель, а самый ожидаемый, пожалуй, что участник! И это осознание ударило по голове, как дубинкой.
Мгновенно пришла тоскливая неуверенность в своих силах и даже чуть не подкосились ноги. Люда словно прозрела. И стала как будто с другого ракурса видеть колоссальный 15-тысячный «Мегаспорт», который сейчас, словно египетская пирамида, давил своей неописуемой громадой. А что будет дальше, когда она выйдет на арену? Ужас!
  
— Ты чего это тут сопли пускаешь, Аря? — неожиданно раздался сзади знакомый голос.
Мама! Пришла, как и обещала! Сейчас она, пожалуй что, была нужна как никто другой. Но ведь девчонки будут смеяться! Кроме неё с мамой, никто не пришёл!