Верните мне дистанционку! (СИ)

  
Глава 32
 
Сегодня у меня всего одна лекция и вечером практика у фри Амоса, поэтому я решила заняться экспериментом — нужно опробовать скорректированный ритуал. Но сначала нечисть у вторкурсников.
— Доброе утро! Сегодня изучим тварей, что обитают в воде.
— М-м-м, русалки, — протянул Майкл, но осекся под суровыми взглядами соседей.
—  И они в том числе, —  улыбнулась я, миры разные, но мысли у молодых людей все о том же. Но начнем не с них. А с кикиморы, это вредный дух, что иногда селится на болотах и имеет вид неряшливой старухи. Присутствие ее легко определить по мокрым следам. Путает все, что можно спутать, — сразу почему-то вспомнились клубки из наушников в школе и бабушка одного из всученных мне пятиклассников, вот как есть — кикимора. — Бьет посуду, птиц на подворье кружит до изнеможения. И в древние времена говорили, что ворует в деревнях малышей и подсовывает вместо них полено.
— А что она с ними делает? — проявила любопытство Найтли.
— Предположительно… Ест, — оскалилась я, студентка подпрыгнула и вся группа рассмеялась. —  Нет, растит новое поколение кикимор. Так, дальше у нас банник, не обольщайтесь названием, живут они не только в банях, но и в местах, где много душевых или ванных комнат, в комплексах с бассейнами. Если вдруг у вас часто в ванной стали происходить казусы, например: шампунь почему-то пролитый, мыло тает, как роса поутру, кран течет и лейка душа ломается, то либо вы плохой хозяин, либо к вам захаживает банник.
— А как от него избавится? — дернулся Левин.
— Ну, во-первых, если вы почувствовали, что в душе не одни, то нужно покинуть его спиной вперед, так не дадите на себя напасть. Во-вторых, оставьте банные принадлежности конкретно для него, а еще ржаной хлеб с солью, тем и подкупите. Дальше у нас водяной. Хозяин пресных вод, не агрессивный, но вполне может утащить к себе, просто ради развлечения. Жены его, водяницы, они же русалки, парни, они страшнее для вас, чем для девчонок. Чтобы избежать их чар не смотрите купавкам водяного в глаза и держитесь ближе к земле. И кстати, Майкл, ты перепутал русалок с берегинями, восхищаться лучше вторыми. Они добрые, охраняют брод и путников от водяниц. Ну и остались шишиги, эти тащат всех подряд зазевавшихся в воду, но активны только в сумерках. Основных представителей я вам перечислила, ваше домашнее задание — рефераты по более эксклюзивным представителям водной нечисти. Свободны, — стоило мне произнести это волшебное слово, как студенты исчезли. — Эх, если бы пыль и проблемы испарялись бы так же легко, как вы, — вздохнула я и пошла в деканат искать Саймона.
Вот только куратора там я не обнаружила, только записку, что он уехал в Трент. Расстроившись, что эксперимент на сегодня отменяется и откладывается на неопределенное время, я пошла в комнату, но по пути наткнулась на Игрейя.
— Привет, Эллион! Что в печали?
— Да Ригетти запретил мне проводить исследования в одиночку, а сам уехал в столицу.
— И это вся твоя проблема? — парень усмехнулся, а я посмотрела на него внимательно.
— Слушай, Игрей, а ты сможешь мне ассистировать?
— Я уж думал, ты меня никогда не попросишь, — рассмеялся лаборант. — Так и быть, подстрахую, а то Лора меня придушит, да и как не помочь грозе всех деканов. После твоего выступления они от каждого аспиранта дергаются, боятся повторения «подвига ван Лейтон».
— Скажешь мне тоже. У тебя есть пары часа через полтора? Мне нужно все, что пригодится на эксперименте, собрать.
— Да, давай через полтора часа в спецлаборатории. Я пока схожу, закажу себе обед в комнату и возьму ключи.
— Договорились! Спасибо тебе больше, с меня билеты на новую постановку.
— Сводница, — отшутился парень.
— Да вы уже сами сошлись, там сводить нечего, — хихикнула я и довольная отправилась к себе. Как вовремя я встретила Игрейя, нельзя откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня.
Свечи, мел, чертеж с символами, пара книг, восстановительные зелья, мало ли что пойдет не так, Тоффин должен иметь все возможные средства под рукой, чтобы меня откачать.
  
Спецлаборатория находилась в полуподвальном помещении на максимально возможном расстоянии от общежитий. В ее защиту вкладывались все, кто имел хоть какое-то отношение к преподавательскому составу, просто потому, что самые серьезные испытания проходили именно тут. И видимо, Игрей решил, что эти стены смогут компенсировать вероятные магические или энергетические эманации. А я надеялась, что благодаря им я не улечу далеко и смогу вернуться в тело.
У входа меня уже ждал лаборант.
— Спасибо еще раз, что согласился потратить на меня время.
— Не стоит благодарностей, кто, если не я? И вообще, мы должны друг другу помогать. Не чужие же люди.
— Это точно, академия давно заменила мне семью, — вздохнула я, осознав, что говорю чистую правду.
— Так, что от меня требуется? — развел руками парень.
— Обведешь духовный круг? А я расставлю свечи и курильницы. Потом вместе нарисуем символы.
— Да, конечно, — Игрей работал споро, линии у него были четкие, рука ни разу не дрогнула.
— Слушай, как так вышло, что ты стал лаборантом? Обычно в лаборатории отправляют исполнительных, но…
— Не очень умных аспирантов?
— Вроде того. Только каким образом к ним отнесли тебя, я не понимаю.
— Все очень просто, — улыбнулся Тоффин. — Я не люблю учить, и студенты вызывают у меня стойкое желание спрятаться где угодно, хоть даже в шкафу.
— Если бы я знала, что так можно! — воскликнула я.
— Да брось ты, у тебя отлично получается ладить с этими монстрами. Так, вроде все готово.
— Хорошо, надеюсь, тебя не смутит, что я буду в минимуме одежды?
— Если только ты не будешь ко мне приставать и не расскажешь Лоре, — шутя, отпрыгнул от меня Игрей.
— Зуб даю, — изобразила я присказку. — Кстати, как у вас с водницей?
— Она лучшая, но мне кажется, что я ревную ее к каждому столбу. Ведь она флиртует даже со столбами!
— Она лисица, Игрей, у них это в крови, — я осталась в одной короткой комбинации, которую предусмотрительно нацепила, чтобы не щеголять перед парнем совсем уж в нижнем белье.
Но он смотрел куда-то мимо меня, мечтательно улыбаясь. Вот оно, лицо влюбленного человека.
Вот кто придумал делать пол каменным? Если бы мы не проходили базовые охлаждающие и, что сейчас актуальней, согревающие заклинания, то мне не хороший исход эксперимента, а воспаление легких и всего прочего было бы гарантированно.
Я прочитала заклинание с вектором на себя, не хотелось бы случайно задеть парня, как вдруг у меня закружилась голова, тело стало совсем невесомым, мне показалось, что я взлетаю. Вот только не шиша не показалось. Я в прямом смысле взлетела, а тело Элли осталось внизу. Пришлось напрячься, чтобы встать рядом с Игрейем. Я помахала перед ним рукой, но он меня не увидел. Зато то, что разглядела я, мне очень не понравилась. Его мечтательная улыбка превратилась в злобный оскал, он склонил голову набок, ухмыльнулся и вдруг бросился к кругу и одним движением мелка изменил символ. Я попыталась вернуться обратно, но у меня ничего не вышло.
— Знаешь, я не вижу тебя, лишь легкий отзвук энергетической оболочки, но все равно ясно представляю, как ты пытаешься вернуть себе свое тело. Но оно уже не принадлежит тебе, оно мое! — дико расхохотался парень. — Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента. Все так удачно складывалось, твоя замкнутость, твои исследования — просто дар стихий, симпатия ректора, которую ты даже не замечала. Хотя ты ничего вокруг не видела. Эльза эта дура набитая, наивно поверившая, что если переселится в твое тело, то завоюет демона. А взамен передаст мне мое наследие. Как старшему рода ван Лейтон. Да, Элли, ты не ослышалась, твой отец крутил роман с моей матерью, когда вдруг встретил твою. И даже то, что я должен был родиться через несколько месяцев не остановило его от женитьбы на другой. Предатель! — Я висела над телом, слушала этого маньяка и поражалась. Либо он сумасшедший, либо это правда. Хотя, даже если это правда, то он все равно сумасшедший. — Да, сестренка, придется все переиграть Я нашел замечательное заклинание, так что твое тело какое-то время протянет и без души, как и Эльзино. Хоть на что-то девка сгодилась. А пока ты будешь вроде как жива, твоя ручка подпишет нужные мне документы. Как жаль, что ты ничего не можешь мне сказать. Но пока нужно скрыть лабораторию от лишних глаз. Все немного о ней забудут. Надеюсь, тебе страшно. Жаль я не увижу, как ты будешь метаться вокруг, не в силах ничего изменить. Твоя мать была не такая уж и идиотка, как считают многие. Она, конечно, отказалась от влиятельности ван Лейнов, от королевского двора и почестей, но наш отец может и не мог похвастаться родовитостью, зато оказался очень одаренный. Знаешь, как трудно притворятся среднесилком, не дотягивающим до уровня большей части преподавателей? Ладно хоть не пришлось изображать не любовь к детям, чтобы меня оставили простым лаборантам. Зато я мог следить за тобой, изучать твою работу и ждать подходящего момента. Наконец-то он настал!