Верните мне дистанционку! (СИ)

— Никогда не понимал, как подобные должности могут передаваться по наследству, — покачал головой ректор.
— Сейчас это уже не практикуется, — обрадовала я его. — Но тогда, когда семьи уже вроде пришли к соглашению, случилось неожиданное. Мама встретила на балу барона из «захолустья» и влюбилась. Как она мне говорила, что просто в одно мгновенье поняла, что ни с кем больше счастлива не будет.
— У лекарей хорошо развита интуиция.
— Да… Отец же говорил, что земля ушла у него из-под ног, когда он взял за руку «свою Люси»…
— Очень романтично.
— Мама разорвала помолвку, отказалась от наследства и убежала с ним. Сделав все в один день, пока все были в шоке. И сбежала к нему в поместье, где их тут же поженили. Отец уже был владетелем земли, мог все организовать достаточно быстро. Когда их нашли было уже поздно, родовой артефакт показывал, что брак состоялся по всем канонам.
— Ваша мама уже была беременна?
— Да, их нельзя было даже развести. Разводы в Мерсии запрещены до достижения ребенком трех лет. Да и вообще не приветствуются. Никто не заставит жить вместе при наличии веских причин, конечно, но юридически пара будет в браке, пока малыш не подрастет.
— А когда ты подросла, от них уже отстали.
— Именно. Папин род не слишком древний, да и не близок к короне, дед с отцом были в ужасе. Вот только дедушка смог понять маму и переделал завещание так, что она унаследовала треть земель. Теперь они мои. А если посчитать еще и отцовское баронство, то я и впрямь завидная невеста. Но, кажется, дядя решил это использовать в своих интересах.
— У него не получится. Хочешь, пропишем в контракте, что ты не выйдешь замуж, пока не защитишь диссертацию? Тогда, даже если он тебя напоит и притащит к алтарю на руках, брак будет считаться не действительным, — весело заявил ректор.
— Рокмонд!
— Шучу, — обнял он меня еще крепче. — Но ничего нам не мешает пустить об этом слух.
— Кстати о слухах. Я хотела поговорить про вампиров.
— Об их стычке?
— Да. Нехорошо вышло. Если бы я не была специалистом по ядам и не проходила практику и в Руанаде, и в Винлейфе, то возможно сейчас на шпилях академии висели бы траурные флаги.
— Фри Амос передал мне твой отчет, я даже предполагаю, кто это мог быть.
— Лютер Блат, — посмотрела я демону в глаза.
— Даже так? Зарвался парень, придется приструнить.
— Шерер боялся говорить. Сознался под страхом смерти друга. Я сказала, что если не узнаю, кто отравил, то не смогу определить яд. Они считают, что если кто-то из верхней ветви узнают об этом, им придется хуже.
— Блат не первый идиот, что пугает младших отлучением. Я им займусь, судя по тому, как загорелись глаза у ректора, вампиру придется не сладко.
— Рокмонд… А можно личный вопрос?
— Раз мы так близки сейчас, — да уж, расстояние ближе некуда, ведь я практически у него на руках сижу. — То да.
— Ты замечательный, но почему тогда тебя все боятся?
  
Глава 17
 
Вопрос повис в тишине. Он, словно желатин сок, сгущал вокруг нас воздух.
— Какой хороший вопрос, Элли, — прошептал он мне. — И я бы не хотел расстраивать единственную женщину, которой от меня, по сути, ничего не нужно. Но раз у нас вечер откровений… Ответь сначала, что связывает тебя с Кирком Асеведо?
— Мы дружим. Можно даже сказать, что он мой лучший друг. И пусть все думают что хотят, но Кирк он хороший и очень сильно любит Кирстен. Он никогда ей не изменит.
— В принципе, я так и предполагал. Он волк, а волки в большинстве своем однолюбы, — улыбнулся ректор. — Спасибо за честность. Что до страха… Люди, да и не только они, это касается всех рас, боятся неизвестного. Я же уникален даже для демона.
— Порталы?
— Не только. Демоны в основном специализируются на огне и земле. Лекарей среди нас нет совсем. Воздух, как вторая стихия попадается чуть пореже земли. Иногда даже может быть третьей.
— А ты?
— А я… Во мне нет огня, Элли. Совсем. Зато есть все остальные дары.
— Невозможно! — воскликнула я.
  
— Еще как возможно, — улыбнулся он. — Прислушайся к себе во время медитации, ты сделаешь много открытий. Но проблема в другом. Огонь тоже у меня был. И такого уникума хотел заполучить в услужение каждый князь из моих земель. Кто сулил деньги, кто власть, все уговаривали, как могли. Пока одному из верховных не пришло в голову взять в заложники мою невесту и пригрозить убить ее, если я не соглашусь. Но он не сдержал слово. И я убил его. Его семью. Всех его прислужников. И сжег его княжество дотла. Потому во мне больше нет огня, Элли. И потому меня все боятся, — он так странно улыбнулся, что мне вдруг стало не по себе. Я же сижу в обнимку с маньяком! — Ох, ты бы видела свое лицо. Я шучу, если бы это было правдой, то мне не дали бы должность ректора, — рассмеялся демон, вот только в его глазах не было и намека на смех.
На утро голова болела от размышлений, что же именно было правдой в словах Д`амбьра. Но и никто из друзей за это время ничего о сумасшествии ректора не говорил. Хотя я и не спрашивала. Рокмонд до вчерашней сказки выглядел вполне вменяемым. Но если то, что он сказал, правда, то мне его очень жаль. Тяжело носить на душе такую ношу. А еще меня мучали трения в «вампирской общине». Если случай с Шерером и Kopнeги не первый, то сколько ребят могло пострадать от притеснявшей их аристократии клыкастых? На мое везение я столкнулась в коридоре с непосредственным участником этих трений.
— Фри Шерер, стойте, — я позвала его к окну. — По поводу того инцидента…
— Я же просил вас не лезть, — парень подошел почти вплотную, чтобы нас никто не услышал.
— А я говорила тебе, десмод ты бескрылый, что этот вопрос решаем! — шепотом закричала я на него. — Да и ректор сказал, что вы не первые пострадавшие. А я не могу позволить кому-то обижать моих детей!
— Я не ребенок! — возмутился он и тут же удивился. — Серьезно не первые?
— Похоже, у ваших старших ветвей есть определенные студенческие традиции, которые явно пора менять. Не волнуйся, на тебе это отразиться не должно.
— Спасибо! — парень вдруг порывисто меня обнял и убежал. Наверное, поделиться с Kopнeги хорошими новостями.
Я же улыбнулась и хотела пойти на следующую пару, как мой взгляд наткнулся на Шошанну. И вампирша явно была не в духе.
Она шла в мою сторону с таким выражением лица, словно единственное, о чем она сейчас думает, как бы не впиться мне в шею у всех на виду.
— Фру Шошанна, что-то случилось? — вежливо поинтересовалась я, а то мало ли, спровоцирую, и правда укусит.
— А то вы не знаете, фри ван Лейтон, — прошипела она, прозвенел звонок и коридор опустел.
— Не понимаю о чем вы, — развела я руками.
— Вы, крутите шашни с женатым фрэном Авеседо, проводите вечер с ректором и тяните свои грязные лапы к моему мальчику! Знаете, как называют таких, как вы?
— Предполагаю, что вы имеете в виду, но, во-первых, с Кирком нас связывает исключительно дружба, я уважаю его брак, во-вторых, с кем я провожу вечера вас волновать не должно. А в-третьих, ваш «мальчик» уже достаточно взрослый, чтобы решать с кем общаться, — понимаю, это были не те слова, но подозрения вампирши разозлили меня не на шутку.
— Не смейте приближаться к моему сыну, фри ван Лейтон, или…
— К вашему сожалению, фру Шошанна, — рядом с нами возник мой куратор. — Фри ван Лейтон не сможет выполнить вашу просьбу. Очень затруднительно не приближаться к ученику, у которого ведешь занятия. А через две недели у третьего курса начнется практика, и тогда они будут встречаться в два раза чаще.
— Мама? — с другой стороны подошел Шерер. — Ты что творишь?
— Сын, не лезь, когда старшие разговаривают! — рыкнула на него мать, но парень, съежившись от властного тона на пару секунд, выпрямился, вскинул подбородок и взял ее под локоток.
— Фри ван Лейтон, фри Ригетти, мы приносим свои извинения за доставленное неудобство, — широко улыбнулся студент. — Мама, я бы хотел с тобой поговорить, сейчас, — его тон не допускал отказа. — Не делай из меня посмешище, мама! И из себя тоже! — его шепот был достаточно громким, чтобы мы услышали.