Верните мне дистанционку! (СИ)
— Да, почувствуете на себе, каково это, а еще, считается, что так лучше запоминается. А я бы хотела, чтобы вы не растерялись, встретившись в полночь с кем-то из этих сущностей. Все. Перерыв. После займемся изучением лекарственных трав общего назначения, — студенты утекли в коридор на отдых, а я присела, мысленно удивляясь, почему на первом курсе изучают яды, а на втором лекарства, логичнее было бы наоборот. Но кто я такая, чтобы менять вековую программу.
Глава 11
На обеде меня уже ждал Кирк, занял место в очереди и, тепло поприветствовав, подвинулся, пропуская меня вперед.
— Как второкурсники?
— Ничего, даже не сильно смеялись надо мной, — улыбнулась я и заказала по привычке первое, второе и компот. Так и поправиться недолго. Хотя, нервная работа плюс физическая активность не дадут. С такой мыслью я добавила еще и десерт.
— Вот и правильно, нам кушать много надо, а то студенты не будут принимать всерьез, — ухмыльнулся воздушник и заказал такой кусок мяса, что я сразу вспомнила о его второй ипостаси.
— Слушай, а какой у тебя волк? — память Эллион давала мне представление о расах, но вот конкретики самого оборота там не было.
— Как-нибудь покажу, если хочешь.
— Конечно, хочу, это же с точки зрения физиологии — чудо, — как обычная земная женщина я искренне так считала. Но друг об этом не знал, ему просто было приятно такое лестное мнение об особенности его расы.
— Скажешь мне тоже, — смущенно бросил он, и мы присели за стол. За ним, как обычно уже сидели Шошанна, Лора и лаборант, который, похоже, питал некоторые чувства к лисичке.
— Тьма, бесстыдники, — бросила нам вампирша, спешно закончила есть и удалилась.
— Что это с ней, — недоуменно посмотрела я вслед женщине.
— Так это… Ну ей.. Кто-о рассказал, что вы… вечером, — заикаясь начал лаборант.
— Кто-то видел, как Кирк от тебя вечером выходил и доложил нашей фру Ханже, — закатила глаза Лора. — И то, что друзья так иногда делают, она в расчет не берет, не верит, что такое возможно. Тебя считает девушкой легкого поведения, а Кирка — подлым изменником.
— Вот же.. рухлядь, — выругался воздушник.
— Каждый судит по себе, Кирк, а это значит у нее рыльце в пушку, — пожала я плечами. — Тем более, есть ли нам какое-то дело до ее мнения?
— Разве что она пойдет разносить нелицеприятные сплетни дальше, — покачал головой.
— Не переживай, если нужно, я поговорю с ректором, он показался мне адекватным, — подбодрила я друга, но все трое посмотрели на меня как на ненормальную. — Что не так?
— Да как тебе сказать… У нашего ректора определенная репутация, и лишний раз к нему мало кто подойдет по собственной воле, — почти шепотом проговорила лисичка, оглядываясь по сторонам.
— Вот, это доказывает, что все живут под гнетом стереотипов, так же как фру Шошанна, — покачала я головой. Вели они себя, словно Д`амбьер — Волан-де-Морт из Гарри Поттера, тот кого нельзя называть. — Если бы все было так ужасно, то его бы не назначили. Давайте сохранять трезвость суждения.
— Все же, давай пока не будем ничего предпринимать, посмотрим на ее поведение, — примирительно сказал Кирк, а я с ним согласилась. Есть же у нас поговорка: «Не трожь — вонять не будет». Она явно к месту.
На том и порешили, спокойно пообедали, обсуждая учеников, и способы подхода к ним, потом даже немного прогулялись вчетвером по скверу под выглянувшим солнышком. Лаборант, кажется, был счастлив, что его позвали с собой. Звали его Игрей Тоффин. Он помогал на кафедре зельеварения. И как Эллион не смогла узнать или запомнить его имени? Они же учились вместе.
— А вы слышали? — вдруг спросила Лора. — С пятого курса студентка сбежала. Эльза Брик.
— Та самая, что была влюблена в ректора? — удивился Игрей. — Да ладно? Не выдержала мук безответной любви, наверное, — тяжело вздохнул он, взглянув на предмет своего обожания.
— Не знаю, мне кажется, эту девицу было ничем не прошибить, — засомневался Кирк. — Она была настолько уверена в своей неотразимости.
— Представляешь, как это могло ударить по самолюбию девочки, но ректор в этом не виноват, во-первых, подобные отношения запрещены, во-вторых, насильно мил не будешь.
— И то правда, — согласилась со мной Лора, а парни ее поддержали. — Ого, пара через десять минуть.
— Тебя проводить? — Игрей с такой надеждой смотрел на лисичку, что она сдалась и позволила.
— Ты думаешь, он сможет ее добиться? — спросил Кирк, посмотрев на удаляющуюся пару.
— Не знаю, в жизни все возможно, — пожала я плечами. — пойду позанимаюсь до начала лекарской практики.
— Она у тебя каждый день?
— Да, этот месяц, потом, как и боевка, будет два раза в неделю, а еще два я буду ездить в следственный корпус королевского бюро расследований.
— Должно быть интересно?
— Я была там перед защитой диплома, мне понравилось. Сам знаешь, у лекарей выбор небольшой.
— Либо лечить, либо преподавать и лечить, либо лечить и работать на следствие.
— Пока я стою перед выбором, но последнее… Оно привлекает больше. Можно совмещать частную практику и помогать в расследованиях.
— Кирстен не смогла, сказала, если и полюбит детей, то это будут наши собственные, а мертвецы ее всегда пугали.
— Каждому свое, — друг с такой тоской говорил о супруге. — Не переживай. Она скоро вернется.
После я зашла ненадолго в комнату, просто переварить наш разговор. Что-то смущало в сбежавшей студентке, но вот что? Для этого нужно больше информации, а где ее взять? Правильно. В местном аналоге интернета. Инфополе. А еще лучше у кого-то кто знал студентку. Кроме ее личной страницы, где кроме себя любимой девушка выкладывала лишь свои наряды, ничего найти не удалось. А часы упорно напоминали мне о вечерней практике в лекарском корпусе, куда я и поспешила.
— Добрый вечер, фри ван Лейтон! — фри Амос сегодня был в приподнятом настроении.
— Добрый, — поздоровалась я с лекарем.
— Проходите в пятую, там вас практически постоянные посетители дожидаются.
— Спасибо, — поблагодарила я мужчину и заинтригованная пошла в нужную палату. — Фри Шерер? Фри Kopнeги? Вы и впрямь с завидным постоянством попадаете в лазарет. Что на этот раз? — вампир махнул в сторону друга.
— Сначала он. Ему больше досталось.
Я подошла к больному и не сразу поняла, в чем дело. Потом, осмотрев, заметила несколько царапин, вернее порезов, сильно покрасневших, и кожу вокруг ран, покрывшуюся волдырями. Когтевой нож, с ядом на клинках. Плохо, нужно сначала определить яд.
— Сколько прошло с момента нападения?
— Минут сорок, — вздохнул Шерер, потирая плечо, на рукаве расплывалось пятно крови.
— Почему не сказали фри Амосу? — ответом мне было молчание. — Кто нанес эти раны? — снова ничего. — Ты понимаешь, что он может умереть, если я не определю яд?
— Да, — коротко ответил вампир, отводя взгляд.
— То есть лучше потерять друга, но не стать стукачом? Или если ты сдашь нападавшего, тебя ждут неприятные последствия.
— Иногда жизнь бывает хуже смерти. Вам людям не понять.
— А вот это ты зря, ой, как зря. Запомни одну прописную истину: всегда найдется тот, кому хуже. А теперь, раз не можешь помочь, сделай, пожалуйста, простую вещь — представь, как ты говоришь матери Сэма, что он погиб из-за того, что ты кого-то испугался.
— Я никого не боюсь! — вспылил мальчишка, а я внутренне улыбнулась. — Это Лютер Блат, он из высших, старшая ветвь. Он может просто приказать мне не прикасаться к крови, и я больше никогда не смогу утолить жажду…
— Это ваши разборки, но лечить твоего друга нужно сейчас. Ты знаешь, какой яд предпочитают в старших ветвях вашей аристократии? — Шерер отрицательно замотал головой. — Двойка, студент. Сок плодов Манцинеллы. Ты должен знать, преступников, осужденных на смерть, отправляют собирать эти плоды, потому что даже просто стоять рядом с деревом нежелательно.
— Вы знаете, как его спасти?