Лазурное небо (СИ)

— Глупости. Помощь мне требовалась несколько дней назад, а сейчас всё чего я хочу, просто вернуться домой с докладом.
— Докладом? Точно. Твоё великое и важное задание. Расскажешь мне о нём?
— В другой раз. — Эльф тактично убрал руку девушку, одарив её одной из "особых" — наигранных улыбок. В повозке воцарило молчание, прерываемое лишь пением птиц. Оно имело убаюкивающий эффект, и Илви вместе с балтусом проиграли бой сонливости, умудрившийся задремать. Во время их сновидений сидящие эльфы не проронили ни слова, стараясь даже не встречаться глазами. Фредрик боялся за свою жизнь, размышляя не желает ли Брелиана его смерти. В то время как девушка, мечтала о чём-то совершенно неважном.
Прошло менее часа и повозка остановилась, но не в поселении, а прямо посреди дороги с двух сторон густо заставленной деревьями. Их нависающие кроны давали тень, а за массивными стволами могли скрываться недруги. Вариант засады устроенной давней подругой принц до сих пор не исключал, однако верить в это хотел меньше всего. Он спросил что стряслось у кучера, но тот кажется не расслышал его, молча проигнорировав слова пассажира. Фредрик хотел задать тот же вопрос девушке, но опешил, услышав стук позади. В следующее мгновение чья-то рука с зажатым в пальцах кинжалом легла на стенку повозки, а её хозяин поставив ногу на колесо, потянулся осматривая сидящих.
Его лицо было скрыто за широким капюшоном, а из-за рта ужасно разило луком. Фредрик уже понял с чем была связана такая резкая остановка. Этот лишённый тактичности эльф был никто иной как страж леса — служитель особого отряда, задача которого оберегать, проверять, и следить за каждой тропкой в эльфьих лесах. Он не проронив ни слова, беглым взглядом осмотрел содержимое повозки, а после так же резко ретировался, скрывшись в кустах. Кучер вновь направил лошадь вперёд, не желая её подгонять, довольствовался медленным шагом животного.
Нельзя сказать что Фредрик испугался, однако ему стало не по себе от такой резкой остановки. В одночасье стыд, лёгким скребком прошёлся по сердцу эльфа, заставляя его усомниться в своей подозрительности к Брелиане. Возможно она и вовсе никогда не желала ему смерти? Ведь ещё несколько лет назад они вместе резвились в замке его семьи, посещали купальни и даже учились читать будучи ещё совсем малышами. Так почему же принц так сильно вцепился в эту мысль? Сейчас, смотря на девушку в белоснежном одеянии он испытывает лишь угрызения совести, и ненависть к своему второму Я, твердящему всех и всего опасаться. В конце концов мир опасен, но не каждый шаг может стать роковым.
— Стражи работают как нельзя хорошо. — Спустя долгое время голос Брелианы лезвие прошёлся по слуху принца, как нечто инородное. В голове у Фредрика всё ещё была неразбериха, создаваемая простудой. Его мысли метались от возвращения с докладом, до приказа сородичам разделится на группы. Он искренне верил что не обрёк их на смерть, а даровал шанс спастись. Но в таком случае почему никто из них до сих пор не явился? У этого было лишь два объяснения, и оба отнюдь не хороших.
Живы ли они? — об этом принц размышлял неоднократно. Простуда так же давала о себе знать, замедляя реакцию эльфа. В ином случае, он бы уже давно просчитал всё на несколько шагов вперёд и выходил бы в любом разговоре с Брелианой победителем, обогащённым новой информацией. Но сейчас принц чувствовал себя ужасно вяло, и потому лишь молча кивнул, соглашаясь со словами блондинки. Дальнейший путь он провёл с закрытыми глазами, вслушиваясь в стук колёс.
***
Этот день должен был быть приятным. Не обогащённым тяготами и заботой о делах личных и формальных. Вентуриан — староста небольшой деревушки, где каждый длинноушка мог жить себе спокойно и работать на благо народа, практически как и всегда был поглощён бумажной работой. Его любимое перо, с удобной рукоятью часто покидало предел чернильницы, а возвращение её было молниеносным. Несмотря на сомнительный карьерный рост, ему нравилось здесь — в приграничном поселении Нитрель, что находится под опекой дома "Жёлтых воробьёв". К своему стыду он был выходцем из совершенно другого дома, потерявшего своё величие ещё очень и очень давно. Для Вентуриана это была не только любимая работа, но и шанс на возвращение к нормальной жизни. Да, пускай работёнка отнюдь не легка, но кому сейчас просто?
 
Несмотря на малое количество персон живущих в поселении, забот и хлопот было навалом. То у кузнеца припасы кончатся, то пивовары вновь не поделят пшено, устроив скандал похлеще битв за трон. Но всё это было цветочками, по сравнению с теми новостями, что принёс один из стражей поселения, постучавшись ранним утром в кабинет старосты.
— Войдите. — Вздохнув, достаточно громко сказал Вентуриан, вновь поправив свой ярко-жёлтый плащ с изображением щита, ставшего гнездом для воробушка. Он висел на левом плече эльфа, как знак не последней персоны в селении. Поправив манжет на своей белоснежной рубашке, он поднял взгляд к двери, встречая глазами гонца. То что это был посланный с новостями эльф, Вентуриан догадался сразу. Теперь осталось лишь оценить степень проблемы, которая закралась в новости.
Пришедший эльф ничем не отличался среди своих собратьев и был пожалуй, самым обычным воином, поступившим на службу в момент совершеннолетия. Позади его тканевой куртки со стальными наплечниками, гордо изображался — воробей, чирикающий свою песнь — символ дома, который он обязался защищать верой и правдой. Вместо бридж, на ногах каждого защитника поселения были штаны из кожи, не сковывающие движения. Оружия у бойца не было, звон стали раздражал командира. Пройдя несколько метров он поднял голову чуть выше, отчеканивая слова, что велено передать лично старосте деревни.
— В нашу сторону движется повозка с двумя важными персонами. Господином Фредриком из дома "Красных лоз" и госпожой Брелианой из дома "Ледяных копий"! — Закончив доклад боец смотрел на старосту подобно собаке, ждущей лакомства от хозяина. Но никакой похвалы не последовало, лишь протяжный стон, после которого голова Вентуриана пала на стол.
— Опять приехали. Ну что же они едут и едут к нам? Мест что ли других нет? Проверка за проверкой…
— Командиру…
— Скажи чтобы встретил и проводил ко мне, сразу же, безотлагательно.
— Как будет угодно.
— Ступай.
Эльф-подчинённый развернулся, быстрым шагом покидая кабинет старосты. Как только дверь мягко закрылась, Вентуриан поднялся с излюбленного стула и сделав два шага оказался у окна, не имеющего стёкол. Прохладный, чистый воздух вдарил в лицо. Им глава деревни наполнил лёгкие, в следующую секунду протяжно вздохнув. Он сложил руки на подоконнике, неспешно проходясь взглядом по быту его сородичей.
Было в этом нечто по своему прекрасное. Ощущение какой-то гордости за свой народ, работающий на благо селения и помогающий друг другу. Здесь не было валюты как в городах, и знать сюда редко заезжала. Однако проверки посылала постоянно, боясь, вероятно, бунта. Но бунтовать в этом райском месте было истинным грехом, даже для того кто не верит в Матерь — прародительницу эльфов. Вентуриан знал что умрёт здесь, не как защитник, но как преданный служитель деревни. Последние месяцы недуг задевающий его сердце давал о себе знать слишком часто, подкашивая здоровье вялого, худого шатена, с небольшой щетиной на лице.
Очередной вздох стал ключом для эмоций, что до сих пор пленились где-то в закромах души эльфа. Он старался глушить все мысли работой, забивая все своё свободное время ею. Многим казалось что он пытается выслужиться перед начальством, но те кто был близко знаком с ним, говорили обратное.
 
Несколько негромких стуков, стали ударами молота, в кабинете, где царила тишина. Вентуриан лениво прошёл к порогу, разрешая войти. Оставаясь в двух шагах от открытой двери, он осматривал пришедших и подмечал все нужные детали. Этому его учили в разведкорпусе, в годы молодости. Когда эльф держал меч в руках, и был способен ловко и быстро миновать огромное расстояние. Сейчас его тело не годится на это, да и вообще, оно мало на что годится.