Лазурное небо (СИ)

— Я так и не узнала про человека со шрамом.
— Фредрик рыскал в бумагах Пасевтона, что-то нашёл кажется. Я спрошу у него, и дам знать завтра, но…
— Чего?
— Я не буду тебе врать Илви. Твоё состояние не самое лучшее и я не знаю когда ты сможешь встать на ноги.
— За меня не беспокойся, лучше думай о себе.
В небольшой комнатке, где из мебели были лишь кровать и стол со стулом, повисла тишина. Девушка и балтус смотрели в глаза друг друга, стараясь найти в них утешения. Лаффи корил себя за медлительность, проявленную три дня назад, когда помогал своей подруге под "тенью" — особой магической аномалией, которую сам и изобрёл. Его магия помогла Илви выжить и победить в той схватке, но увы не защитила девушку от серьёзных ранений.
Тонкие, холодные пальцы гостя поправили прилипшие к коже из-за пота волосы воительницы, заправляя их за уши. Кроме этого Лаффи поправил одеяло, укрывая свою подругу от ледяных ветров.
Они сидели молча ещё несколько минут, и в конце концов балтус нарушил молчание.
— Значит ты всё-таки решилась на месть?
— Не знаю.
— Я видел что случилось с твоим племенем, с домом, но история ведь начинается задолго до нашего прихода в твою родную деревню, верно?
— Так и есть.
— Расскажешь?
— Только за глоток воды.
— Конечно.
Лаффи пришлось на несколько минут оставить воительницу, зато вернулся он с небольшой кружкой доверху наполненной водой. Утолив жажду Илви спросила ещё раз, желает ли её товарищ узнать то, с чего всё началось. И после получения положительного ответа, девушка принялась рассказывать свою историю…
  
Лицо со шрамом
 
Множество маленьких снежинок кружили в танце, опускаясь на толпу идущую по заснеженным тропам. Ветер сегодня был их врагом. Его холодные порывы заставляли орочья племя прятать головы за капюшонами, а руки держать в карманах одежд. Их длинный строй состоящий из ремесленников, кузнецов, воинов, земледельцев и остальных, двигался на Север, где вполне возможно они смогут разбить стоянку и забыть про угнетения эльфов.
С ними направлялась и девочка, по имени Илви "Лазурное небо", шагающая близь взрослых и старательно подымая ноги, которые с каждым шагом тонули в снежном покрове.
— Так мы тебя скоро потеряем, утонешь. А ну давай, залезай на спину.
Девочка сделала так как велел пожилой шаман, усевшись на его спину и удобнее расположив ноги. Она ловила взгляд отца, который улыбаясь кивнул своей дочурке, шагая чуть правее её. А вот с левой стороны от них шёл Свер — мальчишка с небольшим рогом у правого виска и деревянной палкой, позволяющей лучше передвигаться в заснеженном лесу — скривив физиономию, увидел как шаман проявил такую честь к девочке, по его мнению не заслуживающей никакого внимания. Язвительную колкость он решил оставить при себе, понимая что находится в окружении взрослых. К тому же позади шла его мать, которая вторая по важности женщина в племени.
Их путь продолжался ещё несколько часов и после небольшого привала вновь возобновился. Орки миновали тысячи деревьев, прошли десятки миль и всё ради того чтобы не оказаться в западне двух враждующих сторон. Эльфы издавна портят им кровь, своими нападениями и вылазками с целью уничтожения их расы, в то время как люди убивают каждого, кто осмелиться ступить на их территорию. Жизнь племени всегда протекает в беспокойстве о завтрашнем дне и извечной борьбе за жизнь. Они привыкли к этому и старались оставить после себя сильное потомство.
На следующий день их путь подошёл к концу, закончившись около небольшого ручья, с плавающими в нём льдинами. Вождь приказал мужчинам ставить палатки и разбивать лагерь, а женщинам готовить еду и разливать по кружкам горячий отвар, согревающий тело внутри и снаружи.
Илви тоже была занята, как и все. Лентяев никто не любил, и быть таковым означало посрамить свой род и честь племени. Девочка бегала к женщинам, беря кружки и разнося их по лагерю подобно почтальону. Взяв очередную порцию отвара, она подбежала к отцу, плечистому, с выпавшем от старости клыком, мужчине. Он, как и все работал на благо племени, срубая деревья чтобы вдоволь набрать хвороста. Увидев свою дочурку лысеющий орк опустился на колено, поставив колун навершием вниз и облокотившись об него.
 
— Папа, возьми!
Без лишних слов отец Илви взял отвар, опрокинул его в себя, и жмуря глаза от обжигающей жидкости спускающейся в кишечник набрал в грудь побольше воздуха.
Перед тем как отдать небольшой глиняный стакан, орк сосредоточил свой взгляд на лице девочки. У неё были ещё короткие, но не лишённые красоты, тёмные волосы, на концах которых висели несколько круглых украшений, подаренных женщинами из племени. Её ярко бирюзовые глаза были подобно светлячкам в темноте, издавая не слишком яркое свечение. Конечно же не все орки рождаются такими, вернее будет сказать ни один не рождается. Илви была своего рода уникумом, рожденным от союза орка и эльфийки. Вот только большая часть племени не знала этих подробностей, спешно предполагая что Оргван — орочий бог — даровал девочке дар предвидение и в будущем её ждёт путь шамана. Но не все разделяли подобные слухи, некоторые твердили что Великая Мать эльфов подкинула им своё дитя, как знак дремлющей силы древнего рода длинноухих.
Правду знали лишь трое из племени, и не спешили ею делиться. Несколько лет назад, когда Багрум — отец Илви — вернулся в племя спустя месяц странствий с младенцем в руках, тут же был вызван к шаману и вождю. Именно тогда, сидя в палатке и рассматривая сияющие глаза новорожденной, было принято решение, оставить её в племени и позволить жить среди них. У Илви была тёмно-зелёная кожа, как у всех орков, поэтому вопрос о её происхождении становился табу во всём племени.
— Спасибо. Вечером я прочту тебе сказку, а сейчас мне нужно работать.
Взяв опустевший стакан Илви кивнула, вновь направляясь к женщинам племени, которые в огромной бочке, мешали горький отвар из трав и одного секретного ингредиента. Рядом с ними уже находились несколько детей, облачённых в то же что и девочка. Тёплый балахон сшитый из шкур бизонов, с капюшоном согревающим уши. Ноги и руки также были защищены от нападок ветров, меховыми перчатками и ботинками.
— Илви! Зурка сказала чтобы мы поискали грибы и другие припасы недалеко от лагеря.
— А мне доверили лук!
Рьяк с Рюкой были братом и сестрой, без труда нашедшими общий язык с Илви. В каком-то роде они были друзьями и всегда приглашали девочку на всякого рода детские таинства. Им было весело вместе, являясь одногодками (каждому было по семь лет) проблем с обретением общего языка у детей не было. Поэтому и сейчас, в очередной раз Рьяк и Рюка приглашают её в небольшой поход вокруг лагеря, созданный больше для того, чтобы детвора не мешкала под ногами.
— Идёмте, я видела куст с ягодами недалеко.
— Я их уже сорвала. Давайте пойдём туда!
Троица детей побежала к границе лагеря, лавируя между работающими взрослыми и желая вернуться с подарками природы. Их целью были грибы и ягоды, но и от мяса животных они не стали бы отказываться. Ведь не просто так Рьяку доверили лук, с которого мальчишка научился стрелять ещё год назад. Впрочем, размер оружия, достигал его макушки, отчего целиться было несколько неудобно.
Их охота продолжалась более часа, и её итоги заставили троицу грустно вздохнуть, видя как их добычей стали лишь несколько грибов. А тем временем в лагере послышались крики, и детям показалось что лязг стали доносился оттуда. Но разве могло показаться всем троим? Каждый из них понимал что нет, и поэтому как можно быстрее маленькие орки направились в лагерь, подымая колени выше и стараясь обегать места с толстым слоем снега.
 
Около лагеря и правда была шумиха, несколько наездников в серебряных латах, поверх которых были навешаны шкуры, окружили орков, взяв их в кольцо. Дети завидев их испугались, но только Илви нашла в себе силы не стоять на месте, а броситься в эпицентр беды. Рюка старалась ухватить её за плечо, но не успела, и теперь вместе с братом наблюдала за тем, как девочка бежит к конному отряду недругов.