Поступь империи. Тетралогия

-У нас нет войск на том берегу, чтобы совершить переправу,– продолжил царь.
-Значит необходимо послать туда чуть ниже по течению один из корпусов и пусть он в случае нужды закроет на время от противника наших солдат,– подал идею князь Шереметьев.
-Дело говоришь, но ведь знаешь, что это можно сделать только при одном условии,– хитро прищурился государь.
-Нам нужно дать генеральное сражение государь,– вмешался Меншиков.
-А не рановато ли, Алексашка? Ведь швед это сильный противник,– задумчиво сказал Петр останавливаясь.
-Никак нет, ваше величество, не рано, сейчас у нас перед Карлом большое преимущество, обоз с боеприпасами он под Лесной потерял, еды не хватает, такого шанса может ведь и не представиться. Не дай бог он в Померанию отступит, да еще к тому же численность нашего войска поболее будет, чем у него,– задорно сказал царский любимец.
-Да, быть может ты и прав,– хлопнул себя по бедру Петр, выпуская кольца ароматного дыма.
Походив еще пару минут, словно окончательно взвешивая все «за» и «против» государь снова остановился.
-Решено. Дадим шведам генеральное сражение! А на тот берег пошлем тебя Никола, вместе с твоим корпусом. Поручаю держать правый берег Ворсклы напротив нашего войска и ждать пока мы не переправимся,– сказал Петр, обращаясь к боярину Третьяку, добавив.– Все можешь идти готовиться к выступлению, я должен видеть через пару часов только пустое место на той земле, где сейчас стоят твои солдаты.
Генерал-майор тут же отдал честь и развернулся к выходу, слыша, как государь начинает обсуждать с оставшимися офицерами план самого сражения и собственных позиций во время оного.
Придя к себе в шатер, боярин вызвал всех командиров и коротко обрисовал ситуацию, давая немного времени на возможные вопросы со стороны командиров. Вопреки ожиданиям никаких вопросов от командующих полками не было, все военные быстро уловившие, что именно от них требуется, начали в своих мыслях прорабатывать план действий, «отключившись» ненадолго из реальности.
-Раз вопросов у вас не имеется, тогда не буду вас больше задерживать, господа офицеры,– сказал генерал, увидев, что лица всех командиров приняли глубоко задумчивый вид…
Через два часа, после того как командиры корпуса генерал-майора Третьяка получили указания, место расположения оного покинуло чуть больше пяти тысяч человек, оставляя после себя примятую и утоптанную траву, затухающие угольки костерков.
Колонна солдат шла ниже по течению, оставляя за собой основную часть войска, вальяжно расположившуюся на пологих склонах холмов, стоящих почти на самом берегу реки. Замыкал же уходящую колонну полк витязей, вместе с парой десятков орудий, привезенных ими с собой. Иногда чуть в стороне колонны проносился десяток-другой кавалеристов, исполняющих роль разведчиков и передовых летучих отрядов пехотного корпуса.
Ближе к полудню, когда солнце уже нещадно палило, буквально испепеляя своими лучами северные, привыкшие к морозу больше, нежели к жаре, души русских солдат, один из посланных вперед разъездов, нашел переправу через реку, вызвав бурный восторг солдат.
-Да, солнце не щадит никого,– вытирая текущий со лба пот, коричневым от пыли платком сказал генерал-майор, наблюдая за тем, с какой радостью бросаются солдаты к вожделенной воде, прямо на берегу собирая плоты, сделанные еще на стоянке.
-Это точно,– согласился с генерал-майором командир витязей, неотлучно сопровождающий боярина на протяжении всего перехода.
-Я думаю, витязям надо идти вместе с Пятым полком, мало ли какие оказии могут случиться на том берегу,– наконец сказал генерал. Заметив, что на плоты затаскивают и крепят орудия.
-Как прикажите, господин генерал-майор,– сказал Прохор, разворачивая своего жеребца в сторону своего полка.
В сотнях мелькающих зелено-красных мундирах виднелись несколько сотен абсолютно зеленых мундиров, на некоторых из которых кроме погона для ремня ранца было еще один золотистый погон с разным количеством серебристых полосок. Именно к этому островку зелени послал своего коня майор Митюха, сам одетый в такую же одежду, что и его подчиненные, только лишь с тем различием, что вместо полосок у него была одна серебряная звезда. Да и на войлочной беретке кроме небольшой металлической пластинки с гербом витязей была прикреплена пластинка с изображением развевающегося трехцветного русского флага.
  
Увидев своего командира, сидевшие без дела витязи встали и построились в шеренги, ожидая команды.
-Всем приготовиться к переправе, мы идем вместе с Пятым пехотным полком, будем охранять берег пока не переправятся все остальные,– улыбнулся Прохор, видя, что даже в такую жару бывшие кадеты сохранили дисциплину.– Разойтись.
-Все слышали? Быстрее! Плоты уже готовы!– тут же начали исполнять свои прямые обязанности капралы с сержантами, не дожидаясь приказов от лейтенантов.
К полковнику подошел молодой витязь, на погоне которого, как и у него блистала серебряная звезда, только меньших размеров и вместо черной беретки на его голове была беретка ярко алого цвета, выдавая в нем принадлежность к артиллерии.
-Как дела с «колпаками», Федор? Все нормально?– спросил у своего друга командующий витязями.
-Все отлично, Прохор, что ты так волнуешься?– улыбнулся ему Федор.
-Да не знаю, неспокойно как-то вот и хочу лишний раз все проверить, перед тем как на другой берег переправляться начнем,– признался другу майор.
-Ну, ежели так, то давай я еще разок пробегусь и осмотрю, как закрепили орудия и снаряды, перед переправой лишнее не будет,– задумавшись сказал Федор Заболотный.
-Будь добр посмотри, а то мало ли какие гостинцы могут нас на той стороне ожидать.
-Тогда я пошел.
-Иди,– ответил Прохор, продолжая осматривать окрестности на противоположном берегу Ворсклы.
Через пару минут на пологом берегу вместе с Прохором замер командир Пятого пехотного полка полковник Шестаков, напряженно смотрящий в одну сторону вместе с майором.
-Начали!– скомандовал полковник.
Первое капральство полка вошло в воду, быстро погружаясь по грудь. Но как только солдаты прошли пяток метров, дальнейшее погружение в воду остановилось, весь дальнейший путь в реке они так и пошли, по горло в воде с высоко поднятыми над головой фузеями. Хотя расстояние до противоположного берега и было небольшим, всего около сотни метров преодолеть его без инцидентов всем не получилось. Кто-то из спешащих побыстрее перебраться на сушу взял много левее указанной отметки и тут же с головой ушел под воду, и если бы не товарищи, вовремя схватившие ремень фузеи неудачный солдат навсегда бы остался на дне реки, являясь предметом чрезмерного внимания разнообразных рыбешек. Но вот воины, добравшиеся до противоположного берега, смогли закрепить канаты, предусмотрительно взятые артиллерийскими расчетами.
Следом за первым капральством в воду зашли две роты витязей, идущих в две колонны, четко друг за другом. Именно на них, вместе со вторым капральством, ушедшим чуть дальше, для наблюдения за местностью, ложилась первоочередная охрана подступов к броду с этой стороны берега. Разойдясь на сотню саженей в стороны две роты разбив территорию на два сектора занимали по четыре позиции, на каждый взвод по одной. Молодые воины приготавливали оружие к бою. Хотя казнозарядные фузеи витязи проверяют при каждом удобном случае, лишний раз осмотреть механизм не помешает. Увы, но даже она имеет массу недостатков, один из которых бумажные патроны. Пороховой заряд быстро отсыревал, если находился не в специальной сумке или наглухо забитых ящиках. Кроме того, игла, ржавела и ломалась, поэтому каждый витязь имел при себе пару образцов ударников, что естественно не прибавляло ему прыти. Радовало одно, что в фузеях стальные пружины держались достаточно, не плохо, только успевая главное вовремя осматривать их, да смазывать льняным маслом. После пары десятков выстрелов в трубке накапливался пороховой нагар, сильно мешавший игле двигаться, из-за чего его приходилось часто чистить, от чего трубка постепенно расширялась.