Дай бог каждому

– Стойте!!! – заорал Тиберий и попытался вскочить, но ремни его держали. – Я выхожу из игры!
– Ты мужик или не мужик? – презрительно поморщился Халява. – Возьми себя в руки!
Тиберий затих, но продолжал нервно всхлипывать.
– А что мешает взорвать Меркурий термоядерной бомбой? – предложил Халява.
– Много вас, умников. Меркурий – большая планета, почти как Луна. А мерзавец, по его словам, вырыл сеть подмеркурных катакомб. Они могут тянуться на сотни километров! Кидаешь бомбу на Равнину Будды – а он на Швейцарской равнине! Ты на Швейцарскую – а он в Ренуар! Ты в Ренуар – он Петрарка! Ты Петрарка – он Вивальди! Ты Вивальди – он Толстой! Ты Толстой – он Шолом Алейхем! Понимаете размах проблемы?
– Н-да…
– Кроме того, никто не гарантирует, что капсула с антиплазмой на Меркурии. Скорее всего она крутится на орбите и только ждет сигнала. Мерзавец ведь не дурак, хоть и робот. Но не горюйте. Мы ведь тоже не сидим сложа руки! Мы разрабатываем стратегии. Курсант Хо! На пульте перед твоим креслом обруч, возьми его и надень на голову. Так, чтобы зеленый камень оказался над переносицей. Надел? Это обруч связи и контроля – с его помощью мы сможем видеть происходящее и управлять твоим телом, если понадобится.
– А мне? – возмутился Халява. – А мне обруч? А моим телом управлять?
– Обруч – экспериментальный. Он пока один в мире.
– А зачем вообще было синтезировать эту проклятую антиплазму?! – вдруг заорал Тиберий.
– А вот предположим, – начал адмирал, – на родину напал инопланетный захватчик.
– Мы одиноки во вселенной, – напомнил Халява.
– Инопланетный захватчик напал с Полярной звезды, – гнул свое адмирал. – Твои действия? Ась? Молчишь? А еще курсант военного училища! Тогда слушай: мы отвлекаем его внимание, проводим маневр и – раз-два, капсула на старт! – и лишаем агрессора Полярной звезды!
– Тут-то они к нам все и ломанутся… – проворчал Халява, а Тиберий лишь угрюмо отвернулся к своему иллюминатору.
– Ну а Брут что у нас молчит всю дорогу? – поинтересовался адмирал.
– Так точно, – прочеканил Хо.
– Что-нибудь думаешь по поводу сказанного?
– Никак нет.
– Прекрасно. Ты назначен командиром группы.
– Слушаюсь.
– А почему не я? – возмутился Халява. – У меня есть опыт командования взводом!
– Отставить мятеж! – рявкнул адмирал. – Командир группы – Брут.
– Слушаюсь, – повторил Брут.
– Ты умеешь произносить хоть что-нибудь человеческое?! – потерял терпение адмирал. – Задать вопрос умный можешь?
– Виноват. Кому?
– Кому угодно! Мне! Или группе своей!
Хо молчал, глядя вперед немигающими глазами. Если бы его лицо умело менять выражение, оно бы, наверное, сейчас выглядело озадаченным.
– Курсант Тиберий, – произнес он наконец. – Для чего вы незаметно расковыриваете стеночку перочинным ножом? Вы думаете, что бот вернут на Землю, если случится авария?
Тиберий покраснел и заерзал в кресле.
– А вы, курсант Халява, разве вы не женщина? Зачем вы надели мужскую форму и говорите о себе в мужском роде? Мы, слепые, тонко чувствуем такие вещи.
Вдали появился Меркурий. Издалека он был похож на Луну, только ярче. Бот вышел на орбиту, нацелился на Равнину Будды и начал снижение. Адмирал давал последние наставления.
Тиберий и Халява глядели в свои иллюминаторы, а Хо внимательно прислушивался – ему казалось, что звучит песня. И чем ниже опускался бот, тем явственнее слышались звуки духового оркестра и сочный бас, вторящий старинной маршевой мелодии. Звук шел с Равнины Будды. И в самом деле – площадка космодрома пестрела развевающимися флагами, а гигантские колонки транслировали музыку.
Само собой, развевающиеся флаги были голографическими, а колонки вакуумными – они транслировали гравитационную вибрацию на тысячи километров вокруг, поэтому звук возникал внутри корпуса самого бота. И от этого казался совершенно оглушительным. Но, несмотря на это, почему-то становилось легко на сердце от песни веселой:
Я Человек – покоритель природы!
Я Человек – покоритель судьбы!
Пускай проходят недели и годы —
Как прежде, роботы будут мне рабы!
Халява подскочила.
 
– Вы тоже слышите? – воскликнула она.
– Что? – вздрогнул Тиберий. – Ой, и я слышу!
– Поет? – поинтересовался с экрана адмирал. – Он всегда поет.
Пускай у роботов мысли быстрее!
Пускай бушует в транзисторах ток!
Но для вселенной, как прежде, милее
Один лишь теплый и мыслящий белок!
– Какое издевательство! – возмутился Тиберий.
– Роботы не умеют издеваться, – возразил адмирал. – Просто он воображает себя настоящим человеком, этот мерзавец Звездный Властелин. А нас считает роботами и рабами.
– Он не страдает от когнитивного диссонанса? – поинтересовался Тиберий, но адмирал не знал, что это такое, поэтому сделал вид, что не расслышал.
– А ведь когда-то на Земле он был скромным инженерным роботом, – с горечью сообщил адмирал. – Затем – начальником участка. Затем – главным управляющим. Карьерист с-с-собачий…
– Как он выглядит? – спросила Халява.
– Этого никто не знает. Может быть, у него разные обличья.
Пускай блестят электронные платы!
Пускай компьютер идет в каждый дом!
Шесть миллиардов бесхвостых приматов
Задавят роботов массой и умом!
– Сейчас приветствовать будет, – предупредил адмирал. – Скажет: вас приветствует Звездный Властелин.
– ВАС ПРИВЕТСТВУЕТ ЗВЕЗДНЫЙ ВЛАСТЕЛИН!!! – раздалось с Равнины Будды, и музыка труб усилилась так, что разговаривать стало невозможно.
Тиберий зажал уши. Халява открыла рот и что-то прокричала, но этого не разобрал даже Хо.
Зато он услышал чей-то голос в своей голове, и одновременно резко закололо в висках.
– Раз! Раз! Раз! – сказал голос в голове. – Раз, два, три, четыре… Проверка! Проверка! Как слышно?
– СЛЫШНО ХОРОШО!!! – проорал Хо таким громким басом, что это услышали Халява и Тиберий и очень удивились.
– Не ори! – сказал голос внутри головы. – Отвечай мне мысленно!
– Так точно! Слушаюсь, Звездный Властелин! – мысленно ответил Хо.
– Ты дурак? – спросил голос.
– Дурак дураку рознь! – возразил Хо мысленно.
– Кого ты там слушаться собрался, Брут? – снова раздалось внутри головы. – Это же я, адмирал!
– Виноват, товарищ адмирал, не узнал.
– У нас мало времени, – напомнил адмирал. – Слушай меня. Посмотри налево, на Халяву.
– Никак нет, я слепой, – напомнил Хо.
– Зато я зрячий! А у тебя на голове обруч с камерой! Поверни!
Хо недоуменно поднял руку к обручу, чтобы повернуть его, но внутри головы послышался грозный окрик:
– Отставить трогать обруч! Голову поверни!
Хо вдруг почувствовал, что рука его потеряла управление и опускается обратно на подлокотник. Он напрягся изо всех сил, но тщетно – рука не повиновалась. Вдруг сама собой начала поворачиваться голова. Сперва направо – в сторону Халявы. Затем налево – в сторону Тиберия.
– Вот так-то, – сказало внутри головы. – Понял? Так мы и будем тобой управлять когда понадобится.
Бот замедлился и аккуратно коснулся поверхности. Гимн за кормой сразу смолк, наступившая тишина показалась оглушающей.
– Какая у нас стратегия штурма? – спросила Халява.
– Никакой, – откликнулся адмирал с экрана.
– А смысл? – удивился Тиберий.
– Все стратегии штурма мы перепробовали еще десять лет назад. Сейчас мы испытываем новый передающий обруч.