Моранжевая юность (СИ)

— А вот и наш юный талантливый доктор…
Юный талантливый доктор деловито разглядывал содержимое шатра и, видимо, плохо представлял, что от него требуется. Беглый осмотр показал, что патрон был цел, невредим и, похоже, очень занят. И только окрик «Асили, присоединяйся, дорогой» вывел его из глубокой задумчивости. Он передал Бурхану очки и книгу и со словами наподобие «Действительно? Ну да впрочем, ладно» присоединился.
Тело — всего лишь инструмент.
***
Сбросив покрывало, Лорин медленно встала. Тело было липким, промежность саднило. Она поправила маску и потянулась за накидкой, когда яркая красная капля сбежала изнутри бедра и замерла у колена.
Не отрываясь от чтения, доктор Асили бросил своему господину:
— Без тщательного осмотра судить трудно, но, на мой взгляд, сегодня вы подарили юной леди новый интересный опыт, из чего могу заключить — леди не из постоянных посетителей.
Альмиркарим задумчиво разглядывал девушку и старался угадать — сотрёт она предательскую каплю или нет.
— Как часто вы здесь бываете, дорогая? — проговорил он бесцветно.
— Я в тягчайшем смятении, — начала было Лорин, но замолчала и посмотрела ему прямо в глаза. — Недавнее сиротство омрачило мои будни. Захотелось развеяться, и вот, друзья пригласили. Близкие друзья, — добавила она и обворожительно улыбнулась.
Наконец тонкие холодные пальцы справились с фибулой, и тяжёлая накидка спрятала её всю. Бурхан загородил выход.
— Приношу извинения, но вы сможете выйти, только когда патрон закончит говорить.
— Разумеется, — она неловко присела у столика с фруктами и еле сдержала стон — внутри всё разрывалось от боли.
— Чего вы хотите, голубка? — голос наместника был холодным и безучастным.
— Горячую ванну и, пожалуй, какао, — глухо посмеялась она.
Глаза Лорин блестели запрещёнными слезами. Какао…
Она не заметила, как проворный кальянщик вложил ей в замёрзшие ладони мундштук. И вот уже сизые вязкие струйки выскакивали из её ноздрей, унося с собой всё напряжение и боль знакомства.
— К большому несчастью, я не джинн и не могу порадовать вас сию минуту, — дерзость и настрой девушки развеселили Альмиркарима; он что-то сказал Бурхану, и тот замер у его дивана, — я спрашиваю вас о другом. Чего может хотеть леди в столь юном возрасте и в таком положении? Удачное замужество? Блистать в свете? Быть может, новое поместье подальше от дикарей?
При упоминании дикарей переполненное слезами веко наконец выпустило слезинку, и та выбежала, оставаясь под маской.
— Боюсь разочаровать ваш тонкий вкус, патрон, — опиумная нега расслабила Лорин полностью и уняла боль. — Факультет счетоводства Аль-Садского Университета — моя давняя мечта.
— Но зачем барышням такой вздор? — удивился он. — У мадам Лотрек великолепные экономки.
Юная леди Моранж резко встала и подошла к нему.
— Этот гадючник нуждается в надлежащей заботе и процветании, сударь мой. Остров несомненно богат и политически интересен, но почему не возведено ни единого производства для переработки его сокровищ? Почему порты горят? Быть может, Монетную Стражу слишком легко опоить? Почему черни недоступны снадобья из местных трав? Почему цена контрабандных товаров завышена примерно вдевятеро при равных затратах на доставку и охрану? Почему нет вестей с земель за Тир-Фради? — узкая смуглая ладонь сверкнула искрой бриллианта и легла на его отёкший кулак. — Я хочу ответов на все мои вопросы. И покоя в счастливых землях Тир-Фради. Как здесь говорят, да благословит его en on míl frichtimen.
Альмиркарим ибн Разил аль-Хикмет переглянулся с Бурханом и, немного повозившись, передал девушке кольцо с резным изумрудом.
— Благодарю вас за дивный отдых, дорогая.
— Вы слишком добры, — прошептала Лорин, избегая реверанса.
…Кем угодно…
…кем угодно…
…кем угодно?..
Она медленно шла к выходу с бокалом. Заметив фигуру в зелёном плаще, она поднесла бокал к лицу, поигрывая перстнем. Маска белой львицы одобрительно кивнула.
У выхода из чёрного провала коридора на неё смотрели из темноты окаменевшие от ужаса глаза с почти белыми мерцающими радужными оболочками.
 
Комментарий к Одиннадцать
Агата Кристи — Грязь
========== Одиннадцать ver.2.0. ==========
— Ты сам всё видел, вождь.
Лорин ушла, но дикарь не переставал медленно водить пальцем по ладони, словно продолжал держать её руку. И это выводило из себя наместника. Не сводя воспалённого взгляда с дикаря, он про себя молил Просветлённого дать ему разум и силу вынести осаду, чтобы отстоять честь своей глупышки Лорин. Туземец явно околдовал его дочурку, ибо не могло существовать иной причины вложить благородную ладонь в грязную лапу этого мерзавца. Разбойника. Убийцы. Рассерженные колючие глазки старика Моранжа буравили наглого дикаря с ветками в голове.
Он не вызывал стражу по единственной причине — неизвестно было, сколько ещё этих туземцев, этих зверей, могло дожидаться в осаде. Господин Моранж был далёк от этнографических заметок и прочего салонного вздора, но опыт подсказывал, что не стоит принимать необдуманных решений, когда живёшь на неизведанной земле, полной опасностей.
Винбарр присел на корточки и сосредоточился на блестящих пряжках на туфлях наместника. Не слишком ли дерзко Лорин вот так запросто продемонстрировала своё расположение отцу? Ещё накажет поди. Теснота большой хижины renaigse давила, но в груди, словно цветок, раскрывалась уверенность. Хотелось смеяться. Он сдерживал улыбку и гнал видения, в которых он всего одной рукой сворачивает птичью шейку несговорчивого вождя, и испытание терпением наконец заканчивается.
— Послушай, вождь, — Винбарр тяжело поднялся и выпрямился во весь рост. — Я пришёл к тебе как честный человек, как мужчина. Как вождь. Открыто. Честь по чести. А ты не хочешь обсуждать калым! Зря не хочешь! Ты послушай меня, говорю! Кроме лошадей я предлагаю охрану из своих людей: ты ведь знаешь, Дети Тир-Фради — опытные воины. А наш клан, Ткачи Ветра, — лучшие среди равных! — в знак уважения он даже не надевал рукавицы, оставив ладони открытыми, и загибал бледные узловатые пальцы. — Предлагаю ещё тебе от сердца земли щедрые дары, которые вы, renaigse, так любите. Цветные камни, жёлтый и белый металл…
— Я не отдам вам мою Лорин! — старик сорвался на визг.
Молодой вождь медленно и многословно выругался на своём наречии.
— Да ты успокойся, вождь. Мы только держимся за руки и ничего не делаем, что положено между мужем и женой…
— Да как вы смеете!..
— Так мы и не смеем, — дикарь развел руками. — Где это видано, чтобы без родительского благословения?..
На сухих щеках старика проступили алые пятна. Наместник нервно рассмеялся.
— Молодой человек! Вы, кажется, не в своём уме! Вы и близко не ровня моей Лорин! То, что ваши люди заняли мой двор, ещё ничего не доказывает! Но, смею вас заверить, заявляет больше, чем вы сам!
О да. Чуть больше дюжины воинов во дворе заявляет силу и милость того, на чьей они стороне. Сдерживая рвущееся бешенство, молодой вождь уже в который раз осматривал переполненные книгами шкафы, стены кабинета своего визави и что-то подмечал.
«Она любит кирпичи, посечённые знаниями. Пусть укажет те, что заберу с собой».
— Скорее это она не ровня мне пока что, — Винбарр перевёл взгляд на наместника и криво и зло усмехнулся, — через несколько циклов состоятся Выборы Верховного Короля. И я буду участвовать!
На словах «верховный король» отец Лорин подложил кулак под щёку и уставился на молодого человека.
— Выберут вождя вождей, правителя всего острова. От воды до воды, через сердце Вулкана будет идти его власть. Твоя дочь выступит гарантом дружеских отношений между нашими народами.
— Ничего она не выступит!!!
— …и вы, и мы устали от войн. Тебе ведь понятно, что мы, Дети Тир-Фради, рождены для боя и можем продолжать его долго, очень долго?