Врата (СИ)

Это позитивные новости. Теперь к медиальным. По словам Наблюдателя их оппоненты до сих пор не разобрались в ситуации. Логика их чужда адаптивности и требует однозначных данных. В настоящий момент им не понятно, кто из пары наблюдаемых сталкеров является субъектом «Ключ». Поэтому они пошли на сомнительный с точки зрения эффективности контакт с обоими. Результатом и стала вчерашняя ликвидация их наблюдательного органа военными. Сахаров всё же гений, так аккуратно расставить приоритеты для всех персонажей, что даже через полмесяца после отбытия события полностью соответствуют его прогнозу.
Негативные новости тоже присутствуют. Наблюдаемая пара сталкеров до сих пор под колпаком группировки Синдиката наёмников. Заказчик не идентифицирован. Возможное решение — рапорт наверх. Ожидаемая реакция — игнорирование рапорта. Иное возможное решение — позволить ликвидировать подставную фигуру вместо основного субъекта, то есть менее важного «Ключа». Предполагаемая реакция — эмоциональный срыв основного субъекта. Косвенная реакция — снижение его КПД при потере поддержки партнёра. Видимо придётся пробовать предложение Наблюдателя, указавшего на возможность оперативной и силовой поддержки субъекта «Ключ» на основании предложения от основного субъекта наблюдения. И тут снова не обойтись без рапорта. Что ж, научная работа — это 99 % писанины…
Просыпаться после выбросовой пьянки всегда гораздо тяжелее, чем с простого перепоя. И Проводник это ощутил сполна. Время на часах было около 10 вечера. Это нормально, завалились они после обеда, с трёх утра не спавши, устали. Ганс всё дрыхнет, это гут, ему ещё часов шесть как минимум восстанавливаться во сне. Потом надо будет повторить артефактную терапию, но без фанатизма. Санта проснулся гораздо раньше, сейчас сидел возле печурки и шевелил угли.
— Дрыхнуть здоровы, робяты, — повернулся он с завозившемуся Проводнику.
— Мы с трёх утра на ногах, пришлось свалить с места ночёвки, — не стал он вдаваться в подробности.
— Чайку пей. Выброс — всё.
На печке стоял закопчённый чайник. Позаботился, стало быть, старый бродяга о товарищах.
Башка была дурная, тяжёлая. Крепкая заварка малость помогла. В подвале не ощущалось угара от печи, вытяжка работала на пять.
— Нам сидеть с ним ещё до утра, пока не придёт в себя совсем, — показал на спящего напарника Санта, — А что за работёнку нам придумал твой приятель?
— Не знаю, Николаич, он немного скрытный у меня, — усмехнулся Проводник. Да, назвать немного скрытным главного тихушника Зоны было шуткой зачётной.
— А чего это за ружьишко такое у тебя? — решил он сменить тему разговора. В основном потому, что понимал примерно, чего от этой парочки надо Призраку. Раньше раннего это трогать не стоило, — Неужто «Метла», Винчестер? Это ж экспонат.
— Нееет, паря, это чутко не совсем то, — заулыбался в белую бороду сталкер, — Ты ж военный вродь, как я помню?
— Так. Был. Уволился.
— Значит разницу знаешь. Ты трохи ошибся, то не та «Окопная Метла». Это Винчестер, но не М97, а М12. Его в 912-ом Браунинг сделал. Оно и не сильно отличается от прототипа 897-го года. Ты ж, наверное, на кожух сразу посмотрел, так?
Действительно, легендарный штатовский фронтовой дробовик, принятый на вооружение в позапрошлом веке, отличался необычным кожухом ствола — такая широкая трубка с круглыми дырками. Внешне гладкоствол 12-ого калибра выглядел брутально, но понятия разницы 97-ого и 12-ого это не добавляло. Поэтому Проводник только кивнул.
— Видишь тут? У него курок закрытый. Это, считай, внешнее отличие единственное. А что он конструкцию переработал тогда, это не видно. «Метла» и есть «Метла». Первая помповая в мире! Но моя из новоделов. Их в этом веке ещё выпускали, вот у меня 2005 года.
— Ну да, этого чёрного ты там так угостил, я в крови изгваздался, пока обшаривал.
— Что про них думаешь вообще? — посерьёзнел Санта, — Мне они очень так-то не понравились. Что будет… Уходить с Зоны?
— И ты туда же. Призрак тоже вчера что-то про это начал, Химик только и талдычил, — Проводник всё-таки не выдержал и принял пару таблеток, запив горячим чаем. Похмело в сочетании с поствыбросом — тема дерьмовая.
 
— Они пёрли там как неживые. Что твои зомбари, — Санта залил остатки воды в чайник и снова поставил его на печь.
— Чё разорались на ночь глядя, ммммм… — это Призрак разлепил один глаз и проявил неожиданную способность к коммуникации.
— О, йопп, не всё то солнышко, что встаёт, — отреагировал Санта.
— Десять вечера, — проинформировал напарника Проводник, — чаю будешь?
— Поссать буду… Чай и всё такое потом. Ты со мной?
— Да, пойдём. Санта, ты как?
— Да, за компанию, — привстал тот и повесил свой Винчестер на плечо. Поссать ночью в Зоне, это опасно бывает.
Вылезать из тёплого подвала в промозглую холодрыгу осенней ночи было, как говорят, «ну не очень приятно». Открыть люк оказалось той ещё задачей. Если, влезая сюда, сталкеры сначала поднимали маскировочный лист, а потом открывали тяжёлый деревянный люк, то тут пришлось толкать вверх весь этот комплекс. На дворе была та неприятная послевыбросаная погода — дымка и пронизывающий мокрый ветер — остатнее явление от только что закончившейся грозы. Ну и, само собой, темнота класса «Глаз выколи» в качестве бонуса для постоянных клиентов матушки-Зоны.
Санта сделал свои дела тут же нырнул обратно в лаз. А напарники повытаскивали ПДА. Сообщения не заставили себя ждать.
В личку Проводника упало сразу два подряд. При открытии брови его поползли вверх. Проводник с мрачным лицом рассматривал свалившиеся мессаги — видно что-то серьёзное капнуло, но реакцию напарника отметил:
— Ты чё?
— Вот. От Хали, смотри.
На экране была всего пара строк: «На пост не ходи! Я вызван в центр, жду борта. Подробности как буду. По поручению знаю что ок всё.»
— Ну и чего? Хотя да. Собирались то мы к нему. Я вот что думаю. На Росток нам идти надо. Я Ганса с Сантой припахать хочу с наймами переговоры вести по моей проблеме. Помнишь, я говорил, что это надо с базы хорошей? Ферму блокировать легко, к Свободе на Элеватор не пойдёшь теперь. Да и сдадут там на раз. То же у Чистых, туда наймы как к себе домой ходят и далеко они… От военных такие дела не решаются, а теперь вон вообще — что Халецкому будет за его подвиги. Могут и закатать? А Ганс там у них свой всё-таки. Тебя такое просить не стану, ты понимаешь.
— Ну, исходя из того, что в прошлый раз они меня чудом не ухайдакали, понимаю очень, — отозвался Проводник.
— Так чего, пойдём на Росток?
— 100 патронов… И ещё 200 компенсация за то, чтоб припахать этих по твоему личному делу.
— Ну ты жуууук, — улыбнулся Призрак, — Деньгами?
— Денег есть. Патроны мне у Пети купи. Так лучше. Примета моя старая — если сразу не взять с клиента, то дойдёшь. Вот в прошлый раз ты мне патронов сразу насыпал. А мы и того…
— Да, не дошли. Может то и к лучшему было? Денег вон подняли как.
— Ага, и с двумя группировками посрались, — отвечал Проводник, собирая обломки сухих веток, что валялись возле дома после выброса в большом количестве. Дрова к печке.
— Ну, это дело такое. Скорее всего там и концы в воду.
На том разговор и закончили. А второе сообщение Проводник товарищу показывать не стал, уж очень оно было личное, да и не понял бы там ничего напарник…
Поздним утром наконец вышли. Погода радовала — тихо, прохладно, пасмурно. А туман, что обычно застилал Тёмную Лощину и Долину, был сегодня даже как-то по-своему красив.
Шли обычным ордером. Впереди пара разведки: Проводник с Призраком, сзади по флангам Санта и оклемавшийся Ганс. Про работу Призрак им разъяснил, как немец проснулся. Похоже, они ожидали чего-то гораздо худшего, поэтому вопросов не задали, согласились идти на Росток и выступать переговорщиками в непростом деле. Тем более, что по словам Ганса, там на хранение были оставлены пара артов, что вполне могли компенсировать затраченные напарниками для его лечения.