Врата (СИ)
Сталкер промолчал, видимо, понял Призрака. Напарники перевалили возвышение и через несколько минут нашли позицию Санты. При первом взгляде на старого бродягу Проводника оторопь взяла. Лицо его представляло из себя налитый жёлто-красный волдырь. По границе начинающий лиловеть. Выглядело это более чем ужасно.
— Призрак, Санечка, не вижу я… Больно, не могу!
Один глаз отсутствовал. То есть был невиден, второй кое-как смотрел на напарников, но представлял из себя щель. Густая белая борода, за которую он и получил своё прозвище, клоками торчала в разные стороны. Санта был по-настоящему плох, и как только отстреливался о тройки фанатиков — врагов реально серьёзных.
— Да что же это с тобой, чего случилось?!
— Пух, сука… В пух попал, как они напали. Ганса убили, гниды… Я к нему, а на дереве пух, и я лицом прямо… Боль не почувствовал спервоначалу, ружьё обронил, хорошо автомат изготовлен всегда, дал очередью, одного точно подранил. А те рассыпались, я — ноги, думал уйти в холмы, там на Кордон, хрен с ней с радиацией… Но так больно, ничего не видно, прилёг, хотел аптечку достать — куда там… Пошли они за мной, прижали огнём. Я подумал — всё мне. Пострелял как мог, а не видно же, глаз слезится. Думал уж застрелиться, видел, что там у них творят…, сделают зомбём, будешь ходить как этот… А тут вы… — речь сталкера была невнятна и сбивчива, видимо, сказывался мощный болевой шок от аномалии Жгучий Пух. Вроде и не самая страшная аномаль, но как в глаза попадёт — считай калека. Зрение не восстановить. А ему, похоже, нефиговым хвостом того Пуха по всей бородатой морде… Как же должно быть больно!
Пока Санта пытался что-то рассказать, Призрак быстро готовил снадобье — вынул свою бутылочку с бензином и оторвал кусок чистой холстинки. Проводник не отставал — достал из рюкзака контейнер с Кровью Камня и второй со свежим Пузырём. Напарники и не думали отдавать все артефакты вояке Семёну. Часть их просто не нужна ему была — те арты, что ценны в Зоне: понижение радиозаражения, повышение выносливости и прочее такое.
— Так, бать, ты сейчас не дёргайся, будет чуть неприятно… — Призрак быстро обтёр ему лицо обильно смоченной в бензине тряпицей, тут же Проводник в эту холстину завернул подготовленные артефакты, сразу оба. Прижал их сначала к одной щеке Санты, а через несколько минут — к другой. И произошло обыкновенное чудо. Утилитарно привычное для сталкеров, но непостижимое для Большого Мира. Опухоль исчезала на глазах, лицо приобретало обычный цвет и привычные размеры. Меньше, чем через десять мину на них смотрел совершенно здоровый румяный белобородый дядька.
— Ох, не знаю, как вас мне благодарить, Саша. А ты ж Валька-Молчун, да? — Обратился он к обоим сразу.
— Да, так называли. Давно уж, — отвечал Проводник.
— Вы меня два раза спасли! Я по гроб жизни…
Зная Санту, как добродушного, но излишне хитрожопого бродягу, Призрак быстро присёк его словесный поток.
— Благодарность имеет стоимость и границы. И мы их укажем. Расскажи пока толком, что произошло?
Рассказ Санты был краток и ожидаем. В момент первой атаки, недели три назад, они с напарником Гансом-Пулемётчиком ходили в Рыжий Лес: артефакты, охота, мелкое мародёрство. Там их застала первая волна Монолитовцев, с которой успешно справились посты Свободы. А вот вторая волна эти посты попросту смела. Санта продемонстрировал видео и Проводник вспомнил пьяный рассказ Злого. Тот как раз этот момент эмоционально пытался донести в Баре. Вот и Санта тоже самое рассказывал, только теперь понятно:
— Мы же не воевать собрались. Прилегли потихоньку, смотрим — идут. Я чуть вперёд пошёл, глянуть что за напасть опять. А там непонятно чего, ну вот посмотри, что это за пончо на них: сами как в кино. Монолитовцы, тля, в ролях галактических бомжей…
Посмотреть было на что. Неплохое качество, хоть и далековато, демонстрировало атаку ряженых в чётные балахоны фанатиков. Они просто пёрли вперёд, не особо заморачиваясь полевой тактикой. И получали по сусалам от Свободы — падали то один, то другой. И не как в кино — не вставали — мёртвыми были! Но что же так переть то? Как-то даже неприятно с виду. Враг, которого хорошо знаешь, это враг свой, родной. А тут какая-то безобразия форменная, как выразился владелец видеоконтента. Психическая атака из Первой мировой!
— Санта, перекинь мне файл с ними? — попросил Проводник.
— Поглядим что там у них? — предложил Призрак относительно угробленных Монолитовцев.
— Ганса похоронить бы… — грустно ответил Санта.
— Да, давай сначала с ним, — Проводник увидел, как сказавший это Призрак вдруг посмурнел. Бывшего наёмника, немца по имени Ганс, Валентин знал плохо. Может раза два пересекались, но дел с этой парой общих не бывало. А вот напарник, похоже, расстроился реально. Видимо, дружили с немцем…
Искать труп долго не пришлось — через четверть часа наткнулись на целых два тела. И, если Призрак сразу присел рядом с Гансом, то Проводник заинтересовался трупом монолитовца. Это был тот самый, из видео!
— Санта, это ты его? — спросил он.
— Я. Сразу не понял кто стрелял, они с засады шмаляли, Я его в грудь вон, смотри, картечью приласкал. Где ж ружжо то моё? Ну тут же обронил, как в пух влетел. Пух — вот он, вижу… Ааа, вот и оно!
Сталкер поднял своё оружие, улыбнулся грустно. Понятно, напарника терять никому не пожелаешь. Вот сейчас вдруг Призрака раз — и убили. Совсем, насмерть — ничего не сделать! Что почувствуешь? — подумал Проводник и тоже расстроился от этой мысли, — Так это ужасно, вот был он и нету. И вся эта Зона ничего не….
1
— Эй!!! Он живой!!
Оба сталкера бросились на крик Призрака. Ганс был ещё жив, это правда. Лежал на боку, дышал через раз, на раздражители, включая фонарик в зрачок, не реагировал. Плохо! — отметил Проводник. Перевернули, увидели входящие пулевые отверстия — два. И на спине тоже. Несомненно, в плюс — это то, что выходные отверстия не больше входных. Будто из Мосинки стреляли в упор. Это не нормально для современного патрона с пониженным импульсом. И калибр тут, похоже, раза в три больше, чем натовский стандарт, которым пользуются монолитовцы… А не глянуть ли на винтовку, что возле трупа в балахоне валялась? Но нет, это потом. Сейчас надо Гансом заняться!
— Так, Николай свят-угодник, ты правила знаешь! — разматывая тряпку, жёстко начал Призрак.
— Об чём речь смотря, — аккуратно отвечал Санта. Его бродяги как только не называли. Сам похож на Санта-Клауса, а звать Николаем Николаевичем. То есть был он для всех и Николай Угодник, и Дед Мороз и Клаус, и Санта и всё такое прочее.
— Напарник отвечает. У нас есть арты Душа и Пузырь. Его мы вытащим. Твоё слово?
— Что надо то, Саша?
— Арты компенсировать, работу оплатить деньгами.
— Да нет ничего у нас, сам же видишь.
— Значит услуга. Но арты — компенсировать. Твоё слово?
Со стороны могло показаться, что разговор ведётся излишне жёстко. Но Проводник помнил этого мужичка. Санта слыл непревзойдённым мастером слива. Если была какая-то теоретическая возможность сачкануть, не заплатить и ли слиться с договора, спора, отказаться от сказанных слов — это он был мастак. И сейчас напарник его дожимал.
— Мне за Ганса то какой смысл, он вам всё оплатит, не чужие люди, всё же сам понимаешь.
— Бать, не е. и мозг! Да или нет?
— Да хорошо, но какая работа?
— Узнаешь. Не беспредельщики тут, не чужие люди! — передразнил его Призрак, — Я не услышал подтверждения.
— Подтверждаю, — похоже, Санта действительно даже тут пытался съехать с темы. Но не чужие же люди, все его стиль знают. Так что хреном тебе по всей бородатой морде!
Дальше были только отрывистые междометия и быстрые движения. Проводник остановил напарника, который пытался воспользоваться артом Кровь Камня, что помог Санте только что. Это решение было не прагматичным, лучше сразу активировать максимально мощной арт, вот эта Душа подойдёт. Если что от неё останется — можно ожог или укус какой залечить. А полумёртвый Кровь Камня точно раненого на ноги не поставит, придётся второй арт брать и, скорее всего, больше, чем наполовину, его истратить. А траченные арты живут даже в идеальных условиях Зоны очень недолго, дня три-четыре, ну может неделю.