Мужчина, не спать! (СИ)

«Он точно влюбился!» — продолжало веселиться второе «я».
«Не вижу связи», — пробурчал внутренний голос.
«Он стал мыслить, как человек, а не бизнесмен», — хмыкнуло второе «я».
«А есть разница?» — вмешался Михаил, который теперь не знал, куда пристроить свою «малышку».
«Как же, «малышку», — проигнорировало его второе «я». — Да, это однокомнатная квартира на колёсах»
«По стоимости, может и как трёх, — миролюбиво пожал плечами мужчина. — Так что там с бизнесменами?»
«А что с ними? — издевалось второе «я». — У бизнесменов бизнес идёт, и им нет дела до чужих коммуналок и тем более до чужих окон. Да и ты, пару дней назад, даже не знал о существовании этого района. И раньше, вместо того, чтобы советовать окна заменить, посоветовал выселить всех, снести это убожество и построить на этом месте что-нибудь другое».
«А как же Валя? Королева Марго? Костян, будь он неладен?» — вскипел Миша.
«Вот и я о том же, — деловито согласилось второе «я». — Валя заразила тебя человечностью».
«Ну, ты и загнуло! — воскликнул внутренний голос. — Прозвучало так, будто она его венерическим заболеванием наградила».
Миша замер.
«Упс», — прокомментировало второе «я».
«Что такое? Я что-то упустил из вида?» — растерялся внутренний голос.
«Ага, — широко улыбнулось второе «я», а Миша побледнел ещё сильнее. — Наш друг не предохранялся. Ничем».
«Да ладно, — отмахнулся внутренний голос. — Он даже в далёкой юности никогда не забывал. Да и с любовницами, в любом состоянии, о защите всегда помнил…»
Миша заглушил двигатель и лбом уткнулся в руль.
«Что правда?» — всё ещё не верил внутренний голос.
«Больно надо врать», — обиделось второе «я».
«Ну, ты и попал, Мишенька!» — громко расхохотался внутренний голос.
«Ещё нет», — коварно улыбнулось второе «я».
«Как это?» — поинтересовался внутренний голос.
«Вот, когда Валя это тоже поймёт, вот тогда…» — заговорщицким голосом прошептало второе «я».
«Это будет…» — наконец дошло до внутреннего голоса.
Миша застонал, полностью соглашаясь с «друзьями».
  
Часть 64
 
Мужчина вздохнул.
«Надо выбираться из машины, — уговаривал он сам себя. — Я не трус! Вот пойду сейчас и поставлю вопрос ребром!»
«Больна ли ты, Валька, чем-нибудь?» — выдвинуло предположение второе «я».
«Ты на таблетках или уколах?» — подсказывал внутренний голос.
«Как понимать твоё «неплохо»!» — закончил свою мысль мужчина.
«А-а-а! — протянули «друзья» в один голос. — Это всё что тебя интересует?»
«Это всё, что меня задевает, — парировал Миша. — Болезнь можно вылечить, ребёнка — вырастить, а вот оскорблённое эго…»
«Может усохнуть», — захохотало второе «я».
«И как результат, атрофироваться», — поддел внутренний голос.
«Вы сегодня ядом так и брызжете!» — обиделся на них мужчина, покидая салон автомобиля.
«Какой чувствительный», — фыркнуло второе «я».
«Раньше за ним такого не наблюдалось», — рассуждал внутренний голос.
«Так раньше и Вали не было», — пребывало в хорошем настроении второе «я».
Но недолго они шутили друг над другом. Дверь ведущая в подъезд открылась и на улицу кубарем вылетел мужчина, в дорогом костюме, расстёгнутом, как у Михаила, кашемировом пальто, только серо-голубого, а не чёрного цвета, и до блеска начищенных ботинках.
— Пошёл вон! — следом из подъезда появился Костя, в вытянутой ядовито-зелёной футболке и синих джинсах, в клетчатых тапочках. — И чтобы ноги твоей больше здесь не было, Рома!
Михаил замер.
«Да, это тот самый франт, который Валю в клубе оскорблял!» — встрепенулся внутренний голос.
«Точно, он самый!» — подтвердило второе «я».
— Кто ты такой! — поднялся молодой мужчина, отряхивая сзади пальто.
— Друг! — скрипел зубами Костя.
— Вот и дружи, ради бога, — хмыкнул Роман. — А я бывший муж!
— И что? — передразнил его парень.
«Может и мы вмешаемся? — поинтересовался внутренний голос. — Удар в челюсть, по почкам, на худой конец подсечка. А?»
«Нет. Пока послушаем», — резко ответил Миша.
 
— Я требую Валю! — вопил Рома.
— Здесь все чего-то требуют, — усмехнулся Костя. — Кто-то, чтобы тапочки не воровали, кто-то, чтобы в туалете воду из бачка спускали, кто-то, чтобы еду из кастрюли не ели, а некоторые требуют, чтобы их переселили или на худой конец тараканов потравили… И ничего… Так что и ты требовать можешь, что угодно, а получить, как все — фигу.
— Я с места не сдвинусь, пока с Валькой не увижусь! — возражал Роман, смело глядя в глаза Косте.
— А это мы посмотрим, — вдруг широко распахнулось кухонное окно и Маргарита Петровна выплеснула на улицу ведро помоев, забрызгав ботинки, брюки и пальто Романа.
— Что вы себе позволяете! Я засужу вас! — погрозил кулаком Роман.
— За что? — искренне улыбалась пожилая женщина.
— За всё это! — разошёлся молодой человек.
— Да здесь любой подтвердит, что ничего не было, — хмыкнул Костя.
«Во дают!» — восхитился внутренний голос.
«А мы в кустах пережидаем», — вздохнуло второе «я».
«Мы сидим в засаде», — не согласился Миша.
«В заде, — пробурчало второе «я», — это точно!»
«Кому не нравится могут уйти!» — повысил голос Михаил.
«Хотелось бы на это посмотреть», — хмыкнуло второе «я».
  
Часть 65
 
С пакетами поношенной брендовой одежды Валя доковыляла до мусорных баков, которые как всегда, в последнее время, по всему городу, были переполнены.
«Сколько счастливых людей живёт вокруг, — печально вздохнула она, — им есть, что выбросить».
— Ей, — окликнул её местный бомж. — Это наше место! Шла бы ты, красавица, отсюда, пока ноги идут!
— И поскорее, — добавил второй. — А то мы и пинка для скорости придать можем.
— Нужна мне ваша помойка, — возмутилась женщина.
— Нормальная помойка, — возразил первый. — Побогаче некоторых.
— Да я мусор хочу выбросить. Вот, — женщина швырнула пакеты с одеждой.
— Что там? — поинтересовался второй мужчина.
— Одежда! Дорогая! — ответил первый, достав какое-то бежевое шифоновое платье.
— А ну, пошла отсюда! — зашипел на неё второй. — Только воровок нам не хватало.
— Я не воровка, — стала пятиться от них Валя.
— Не воровка, — хмыкнул первый мужчина — Ты себя в зеркало-то видела?
— Видела я себя в зеркало, — огрызнулась женщина и тут… была обрызгана… тухлой квашеной капустой.
— Смотри, куда прёшь! — крикнула ей старуха, которая копалась в одном из мусорных баков. Она доставала из него стеклянные банки, выплёскивала содержимое, составляя свою добычу у ног.
— Что вы наделали! — всплеснула руками Валя.
— Я банки для заготовок собираю, — бурдела старуха. — Отмою их, а по осени помидоры закрою или огурцы, чтобы потом можно было продать.
— Так сейчас даже не лето, — оторопела Валя.
— Так пока я банки соберу и осень настанет, — ответила ей старуха, продолжая копаться в мусоре.
Валя потрясла одной ногой, другой.
«Да, — вздохнула она, — видок у меня знатный. Да, и запашок отменный».
Расстроенная происшествием женщина направилась на троллейбусную остановку. Но и здесь её ждало новое разочарование, когда кондукторша отказалась пускать её внутрь троллейбуса.
— От вас воняет! — возмущалась она.
— Мало того, что одета, как оборванка, так от неё ещё и тухлятиной несёт, — поддакивала одна из культурно одетых пассажирок.
— Что вы понимаете, — вмешался какой-то молодой мужчина. — Её брюки по стоимости, как две ваши зарплаты.
— Эти? — изумлённо выгнула бровь кондукторша.
— Эти, — хмыкнул всё тот же молодой человек. — Но запах, конечно, не элитных духов, — добавил он поморщившись.
— Троллейбус не поедет, пока вы не покинете салон, — зло проскрипела кондукторша, однако, сама к Вале не притронулась, побрезговала.