Мужчина, не спать! (СИ)

Мужчина ухмыльнулся:
— Будет тебе и «хочу» и «больше».
«Сразу бы так!» — произнёс внутренний голос.
«Меньше слов, больше…» — подкололо второе «я».
«Цыц, — прикрикнул на «друзей» Миша. — Я тут главный», — и он вернулся к соблазнительным губам Вали, её мягкой груди и…
— Да! Ещё! Больше! — кричала женщина, упираясь затылком в стену, выгибаясь в руках мужчины.
— Ты сама напросилась! — окончательно срываясь, прохрипел Миша.
Внутренний голос и второе «я» счастливо молчали, не мешая «хозяину», отмечая, правда про себя, что они бы сделали «это» совсем по-другому…
  
Часть 60
 
Тело женщины ещё потряхивало от пережитого любовного угара. Как они, в итоге, оказались в спальне на кровати, она смутно могла вспомнить.
Михаил оказался весьма умелым и неожиданно щедрым любовником. Он не только получал, но и дарил женщине такие откровенные ласки, что даже вогнал её в краску.
«Хорошо», — как кошка выгнулась она на кровати, прижимаясь к сопящему мужчине.
«Устал, — хотелось захихикать ей. — Бедненький».
Она провела рукой по коротким волосам на голове мужчины, пальчиком прочертила путь от центра лба по переносице к губам.
Кхм.
Валентина почувствовала, как начала снова краснеть, только мельком вспомнив о его вездесущих губах.
«Красив, зараза!» — улыбнулась она.
Её рука порхнула ниже на его грудь. Пальцы погладили мягкие волоски на груди Миши.
Ммм.
«Жаль, что всё должно закончится», — вздохнула она, убирая руку и любуясь спящим мужчиной.
Она тихо выбралась из постели. Вздохнула.
От платья остались «рожки да ножки», впрочем как и от чулок и от трусиков.
«Горячий. Страстный. Необыкновенный», — с сожалением посмотрела она на Мишу.
Валентина прекрасно знала, что это всё, что он мог ей подарить. Между ними слишком большая пропасть в положении, в мироощущении, в жизни.
«Надо поскорее уйти, пока я не расклеилась и не стала себя жалеть», — убеждала себя женщина, открывая шкаф.
Мужчина сладко причмокнул губами во сне и перевернулся на живот. Подгрёб под себя подушку и одеяло, выставив на показ аппетитную пятую точку.
«Ты не для меня», — отвернулась она от кровати и сосредоточилась на выборе одежды.
Женщина выбрала фланелевую рубашку и спортивные брюки с начёсом, затянув пояс шнурком.
«Не Мерлин Монро, конечно, — улыбнулась своему отражению в зеркале, — но за неимением другого…»
Валентина собрала свои вещи. Не оставлять же драные чулки и разорванные трусики Мише, в качестве трофея. А платье, вообще, надо подруге вернуть. Только как? Лямки оторваны, как говорится, «с мясом».
Женщина ещё раз взглянула на мужчину.
Как же не хочется оставлять его. Можно было бы притвориться, пусть на время, что всё по-настоящему, а не на один раз. Но она боялась, что когда Миша откроет глаза, то оттолкнёт её. Кто она, в самом деле? Домработница… Убирает в чужих квартирах. Живёт в комнате в коммуналке. Женщина разочарованная в жизни и мужчинах. А он? Уверенный в себе, харизматичный, сексуальный, раскрепощённый… бизнесмен… Привыкший всё получать по щелчку пальцев.
Вот и её он получил. Хотя, чего греха таить, она сама этого хотела. Ещё в тот вечер, когда пьяного притащила к себе. Тогда он не казался ей таким недоступным. Тогда он был, словно потерявшийся щенок, несчастный и… милый.
Милый…
«Оставить ему записку? — замялась она внизу, надев куртку и обувшись. — А надо ли? Уверена, что он будет испытывать неловкость от моих сердечных излияний».
Но ноги сами понесли её на кухню. Там на холодильнике был прикреплён блокнот и ручка. Для заметок.
«Спасибо. Всё было неплохо», — написала она.
Вздохнула и покинула дом, в котором неожиданно разбилось её ледяное сердце.
  
Часть 61
 
— Ммм, — довольно промычал Михаил и пошарил рукой с той стороны кровати, на которой должна быть… Валентина.
Но, к его удивлению, там никого не оказалось.
— Где же она? — поднял он голову от подушки и приоткрыл один глаз.
«В душе?» — улыбнулся.
 
Но из ванной комнаты шум льющейся воды не доносился.
«На кухне, готовит мне завтрак», — размечтался, лениво потягиваясь.
Михаил встал с кровати и не спеша направился принять душ.
Настроение у него было прекрасным. Женщина поразила своей чувственностью, сексуальностью и открытостью. Она не притворялась. Не играла. Была настоящей.
«Как её грудь», — ухмыльнулся он, отмечая свою особую тягу к этой части тела Вали.
Тёплая вода, вместе с ароматной пеной геля для душа, смывала остатки страсти.
Вытираясь мягким банным полотенцем, он залюбовался своим отражением в зеркале. И громко хмыкнул, заметив на груди след от зубов женщины, который она оставила в высший момент наслаждения.
«Пометила», — засмеялся он, обведя пальцем отпечаток.
«Что ж, пора присоединиться к Валюше», — насвистывая песню, он надел графитовые спортивные брюки и футболку серого цвета.
— Валя! — высунул голову из спальни. — Валюша!
Тишина.
«Решила поиграть, плутовка», — веселился он.
— Валюша!
Но на кухне её не оказалось, так же, как в гостиной, двух гостевых спальнях, гардеробной…
— Валя! Выходи, — начал нервничать Миша. — Где ты! Это уже не смешно.
Я сдаюсь!
«Что ж ты орёшь-то так!» — возмутился внутренний голос.
— Валя! — заметался мужчина по дому.
«Она ушла. Неужели сам не догадался?» — зевнуло второе «я».
— Как ушла? Куда ушла? — Миша, обессилев, рухнул в кресло в гостиной.
«Откуда мне знать?» — фыркнуло второе «я».
— Нет. Без кофе моя голова совсем не варит, — мужчина пошёл на кухню.
«Открою тебе секрет, — вмешался внутренний голос, — она и не должна варить. Она должна — думать!»
«Помолчали бы. Без вас тошно!» — огрызнулся Миша.
Включив кофемашину, он сел на стул и растерянным взглядом обвёл помещение.
«Почему?» — хотелось рвать на себе волосы.
И тут Миша заметил невзрачную записку на дверце холодильника.
«Что тут у нас?» — оживилось второе «я».
«Мне тоже интересно», — засуетился внутренний голос.
«Спасибо. Всё было неплохо», — сообщение без подписи.
Миша замер в ступоре.
«Неплохо! — хохотал внутренний голос. — Это, даже, ниже, чем «хорошо»».
«Нет. Всё-таки, надо было по-моему делать», — с намёком прокомментировало второе «я».
И только Миша продолжал сидеть, сжимая записку в руках.
«Неплохо ей было! Неплохо! Да я за всю свою жизнь так…» — возмущался он.
«Интересно, — продолжал издеваться внутренний голос. — Неплохо — это как?»
«А это, когда до «отлично» далеко, на «хорошо» не дотягивает, а человека обидеть не хочется».
— Ну, я ей устрою неплохо! Так будет неплохо, что она забудет, как её зовут! — вскочил он со стула и бегом бросился переодеваться.
«Будет интересно на это посмотреть», — в один голос согласились его «друзья».
  
Часть 62
 
Спустя сорок минут после того, как Валентина оставила записку на кухне в доме Михаила, она мыла огромную хрустальную люстру, стоя на верхней ступени стремянки в квартире одной из подруг, её основной работодательницы. Она любила такие разовые подработки. Времени это обычно занимало немного, а платили хорошо, так как вызывали её чаще всего в выходные дни.
Но сегодня всё раздражало женщину. Она постоянно сдерживала себя, чтобы не сказать какую-нибудь колкость Инессе, как представилась импозантная женщина, пятидесяти лет, в неоново-розовом леопардовом платье.
«Из тебя Инесса, как из меня баронесса, — почему-то подумала Валя, отметив про себя, что отчество женщина не назвала. — Молодится».
А впрочем, почему бы и нет? Её это совершенно не касается. Каждый живёт так, как считает нужным. Вот только и её, Валентину, в ответ, трогать не надо и таким осуждающим взглядом окидывать тоже.