Сквозь тени 90-x. Банды и магия (СИ)

Новый семестр еще не начался, поэтому окрестности казались пустынными. Разве что редкие абитуриенты тянулись к зданию первого корпуса на собеседование.
Студенту предстояло преодолеть пять семестров, после чего его ждал долгожданный путь к новой жизни. Став счастливым специалистом, он отправлялся в дальний полет. За возможность бесплатного обучения выпускник подписывал контракт, обязуясь отработать пять лет в одной из служб, в зависимости от своей специальности. Это была не просто обязанность, а шанс применить полученные знания на практике и внести вклад в общее дело.
Абитуриент имел право указать на желаемую специальность при поступлении, но окончательное решение принимала приемная комиссия.
Бродя по коридорам первого корпуса, я вдруг застыл перед доской почета. На ее глянцевой поверхности, словно живые, смотрели лица четырех лучших выпускников прошлого года — под каждым была строка о достижениях. Четыре фотографии, по одной на специальность, которой обучают в университете. Я задержался на миг, представляя, как через два с половиной года здесь может оказаться и мой портрет.
В России специалистов сортировали по следующим категориям: тыловики, истребители, внутренники и внешники.
Тыловиков еще именовали пчелками. Это были сотрудники, выполнявшие рутинную и зачастую неопасную работу. В специальность определяли ведунов самого низкого потенциала, с духовитостью, оцениваемой в четвертый-пятый круги на максимумах. Абитуриенту отказывали в поступлении, если его потенциал оценивался как третий круг и ниже. В обязанности пчелок входила охрана объектов, перевозки, работа в лабораториях, логистика, бюрократия и прочая скукотища. Как и в любой специальности, предполагался карьерный рост — от работяги до управленца. Знак отличия, который изображался на шевронах, студенческом билете, медалях, орденах и знамени: щит с изображением двуглавого орла в обрамлении лаврового листа.
Истребители по престижности приравнивались к внутренникам и принимались на специальность при условии потенциала выхода на пятый-восьмой круг. Первые фокусировались на ликвидации нечисти в промышленных масштабах. Сидели на окладе и добывали трофеи для государства. В каждой стране нечисть была по-своему уникальной, поэтому процветала международная торговля ингредиентами. Можно сказать, что истребитель был аналогичен сотруднику «Газпрома», добывающему нефть. Для дополнительной мотивации группам истребителей позволялось забирать пять процентов трофеев себе в карман, за исключением стратегических ресурсов. В свободное время не возбранялось выполнение гильдейских ордеров. Знак отличия: черный крест диагонального расположения, заключенный в круг.
Внутренники — будущие сотрудники ФСВ. Это были органы правопорядка, благодаря которым общественность жила в спокойствии. Ликвидация нечисти в городских чертах, зачистка и промывка мозгов гражданским — это входило в компетенцию федералов. Знак отличия: медведь, держащий в одной лапе всевидящее око внутри хрустального шара, а в другой — боевой топор.
Внешники являлись высшей силой среди сообщества. Их еще называли элитой. Учиться на престижной специальности предстояло лишь ведунам с потенциалом восьмого-десятого круга. В обязанности входила внешняя разведка, контрразведка, выполнение боевых задач международного уровня. Также помощь истребителям и федералам в устранении чрезвычайно опасной нечисти. Знак отличия: иллюстрация Земли с Россией в центре, границы которой очерчены красной линией.
Элите открывался самый вкусный и насыщенный контент, какой только можно представить ведуну. Речь шла о захвате реликвий. Примерно раз в квартал, плюс-минус месяц, в случайном месте планеты происходил выплеск магической энергии. Это можно сравнить со стихийным бедствием, например извержением вулкана или цунами, только на уровне тонких энергий, которые не влияли на материальный мир. Выплеск порождал реликвию и порой «абсурдных тварей». Неизвестно, из каких вселенных нечисть перебрасывалась на Землю, но ее, как правило, разбирали на кусочки. Новые химические элементы, металлы и уникальные трофеи отправлялись на опыты.
    
Глава 16
 
Помнится, одна из реликвий вернула меня в прошлое. Стоит ли рассказывать, какой мощью обладали неземные предметы неисчислимой магической концентрации? Почему бы и нет?
Интересный случай приключился в Пакистане. 1986 год. Один ведун, с интеллектом, как у огурца, воровал финики с пальм, как вдруг заметил выплеск. Прикарманил реликвию и попытался сбыть ее в родном городе Касур. Случайно активировал, когда демонстрировал покупателям… После этого в радиусе двух километров каждый житель, включая горе-ведуна, превратился в зараженную нечисть, что обращала всех убитых в себе подобных. Тогда Пакистан обратился за помощью к мировому сообществу. Поначалу зомби-апокалипсис пытались устранить подручными средствами, но в итоге в историю добавился второй случай ядерных грибочков да по крупному городу.
Мне, как прошлому внешнику, однажды довелось ознакомиться с архивами британской разведки. Во время двадцатилетней войны сверхдержавы сплотились и стали единым ударным кулаком, поэтому рассекречивали друг другу различные наработки. В архивах перечислялись точные даты и местоположения выплесков с тончайшими подробностями. Всю эту информацию я бережно храню в своей черепной коробке и по сей день!
Понятное дело, каждая страна пыталась урвать как можно больше реликвий и не стеснялась нарушать государственные границы, а то и внаглую воевать при выплеске. Англия достигла высот на этом поприще, но не так, как Россия. Все же нам принадлежала одна шестая часть суши, и каждая шестая реликвия была наша, как минимум. На территорию широкой необъятной матушки практически не рисковали соваться спецслужбы других стран. Помню лишь несколько случаев, когда «партнеры» пытались под шумок стыбзить реликвию, но безуспешно! Их можно понять, ведь выплеск никак предугадать. И когда очередная реликвия появлялась где-то в тайге, то хитрые конкуренты предпринимали попытки скоростного захвата и побега.
Утащить ценный артефакт у одной из сверхдержав означало рискнуть не только утратой элитной группы ведунов, но и с большой вероятностью спровоцировать крупную войну. Однако даже наши не стеснялись доминировать на территориях стран, чьи клыки были недостаточно длинны. Что уж говорить о нравах более агрессивных центров силы? В этом мире слабые шли на дно, а сильные использовали все возможности, чтобы утвердить свое превосходство, не щадя ни союзников, ни врагов.
Ведуны определенных видов школ, такие как спиритуалисты или сенсоры, чувствовали выплески магической энергии, после чего сообщали данные внешникам, и начиналась заварушка. Имелся даже специальный отдел, который отдыхал два месяца после выплеска, но как только срок истекал, сотрудники не спали ночами в ожидании. В шутку говорили, что в их офисах кулеры вместо воды наполнялись миксом из кофе и энергетика.
***
Я скучал в коридоре, соблюдая очередь на собеседование вместе с Аверьяном и Ведьмой. В универ мы приехали порознь, однако получилось пересечься. Друг однозначно тянул на внешника, но вот его девушка — не совсем. Их могло раскидать в разные группы. Но я почему-то был уверен, что все образуется.В единственном потоке находилось три-четыре группы по пятнадцать, плюс-минус пару ведунов. И среди половины сотни студентов лишь нескольких брали на специализацию внешников. Естественно, для элиты не выделяли отдельную группу, поэтому они скрашивали студенческие будни с истребителями или внутренниками.
Наконец, настал наш черед.
— Дамы вперед, — с улыбкой сказал я.
Спустя три минуты довольная Ведьма покинула аудиторию и крикнула:
— Истребительница!
Компаньоны обнялись. Из открытой двери послышалось: следующий!
Что ж, настал мой черед.
— Ни пуха, брат, — задорно сказал Аверьян.
— К черту!
Учебная аудитория университета, просторная и светлая, излучала атмосферу знаний и сосредоточенности. Деревянные парты, усталые от многократных лекций, были выстроены в аккуратные ряды, а на стенах красовались плакаты с цитатами великих умов и схемами, интригующими воображение. По центру помещения за столом преподавателя красовалась большая доска. На ее уголках сохранились едва различимые следы прошлых лекций.