Почти Целитель (СИ)

И японские и русские войска открыли беспорядочную стрельбу, пытаясь поддержать своих магов, о продолжении сражения больше никто и не задумывался. Все понимали, что поражение магов одной из сторон равносильно поражению минимум в сражении, а то и во всей войне.
Сблизившись, маги приступили к основной фазе битвы между собой. Валы и смерчи огня, молнии и воздушные копья, глыбы льда, раскаленные камни, падающие на цель с небес, непонятно чем грозившие разноцветные лучи. Вся эта атакующая магия встречала на своем пути не менее сильную магию защитную. Словом, больше всего на свете Иван не хотел бы в эту минуту очутиться поблизости от сражающихся. Бедные солдаты в окопах противоборствующих сторон попадали под удары просто за компанию, никто по ним специально не целил, занимаясь исключительно своими противниками. Тем не менее, окопы стали братскими могилами для очень многих. Остатки выживших солдат мелкими группами покидали свои ненадежные укрытия, ища спасение в бегстве. Спастись удавалось далеко не всем. Площадная магия таких монстров, какими были столкнувшиеся в битве, бьет по очень большой территории. Кроме того, далеко не вся магия имела внешние проявления, и очень часто бегущие в свой тыл японцы просто замирали на месте и падали безо всяких видимых внешних причин.
— Вань, смотри! — Васька указывал пальцем на двоих бойцов из противоборствующих сторон, которые приблизились к отряду Лудильщикова наиболее близко. — Тот, что справа — Великий Князь Александр. Я его позапрошлым летом в Петербурге видел.
Как уж смог рассмотреть Васька на таком расстоянии лица сражающихся, бог весть. Хотя, в принципе, это не исключено, Восприятие у друга всегда было гораздо сильнее развито, чем у Лудильщикова.
Вот тот, что слева, запускает в сторону предполагаемого Великого Князя какую-то черную кляксу. Клякса оказалась не простой, она без задержки преодолела внешний магический щит, окружавший фигуру рассейского бойца. Тот был вынужден окутаться каким-то огненным полем, в котором клякса благополучно сгорела. Еще две атаки в сторону Великого Князя, и ответная! По взмаху его руки вражеского мага просто сносит с небес, с размаху вгоняя его в землю неподалеку от запрятавшихся на опушке бойцов из отряда Ивана. Ваня даже ощутил, как содрогнулась земля от попадания в нее такого «снаряда». Телекинез? Такой силы? Вот теперь Лудильщиков точно будет ежедневно и неустанно тренировать это заклинание! А то вроде приобрел его по случаю, даже какое-то время тренировал и… забросил. Не увидел особых перспектив, остолоп.
Проследив взглядом за траекторией падения сбитого противника, наш витязь внезапно вскинулся, словно получил какое-то очень важное известие и, развернувшись, устремился на помощь своим товарищам, ведущим бой в некотором отдалении.
Ивана словно какой-то бес подтолкнул в спину. Он, пригибаясь и припадая временами к земле, двинулся в сторону поверженного врага, на ходу извлекая из Личного Пространства свой кинжал. Да, да, на днях попробовал кинжал туда убрать — и внезапно получилось! А вот Смит и Вессон не влез. Недостаточно еще маны скормил при помощи накопителя, чтобы Личное Пространство настолько увеличилось.
Вражеский маг был еще жив. Он лежал на спине, наполовину погрузившись в землю, и тяжело дышал. Лудильщиков, добежав до него, попытался сходу ткнуть в мага своим жертвенным кинжалом. Не получилось, на пути клинка возникла невидимая упругая стена, на какой-то дюйм не допустившая кончик лезвия кинжала до тела мага. Маг резко открыл глаза и взглянул на Лудильщикова. Абсолютно черные глазные яблоки без радужки и белков. Казалось, на молодого офицера смотрела сама бездна.
Не дожидаясь каких-либо действий со стороны мага, Иван разрядил во врага и Воздушное Копье, прицепленное на его ауру, и еще два точно таких же Копья, сплетенных в два потока сознания за время, пока он добирался до сбитого мага. Просто, ничего мощнее этих Копий в арсенале Ивана не было. Он сильно сомневался, что в этом случае поможет, например, банальная остановка сердца. Только не у этого монстра!
 
Похоже, Копья истощили остатки магической защиты, кончик кинжала уперся в грудь врага. Только особой разницы с предыдущей ситуацией не было заметно. Кинжал упорно не желал втыкаться в плоть этого существа. Лудильщиков искренне сомневался, что лежащий перед ним до сих пор относится к роду человеческому, так ужасен был вид его чернеющих глаз.
Попытался ударить кинжалом в живот, может на груди просто какой-то панцирь, не заметный под одеждой? Кинжал вошел в плоть на полвершка и снова замер. Маг, сделав над собой огромное усилие, это было видно по его исказившемуся в напряжении лицу, захватил своей кистью запястье Ваниной правой руки, державшей кинжал. Кости Ваниного запястья захрустели, рассыпаясь мелким крошевом под безудержным прессом этого «рукопожатия». Жгучая боль затопила сознание парня. Почти не осознавая себя, он рухнул всем телом на рукоятку кинжала, вжимая верхушку его рукояти ладонью левой руки.
Не то силы окончательно покинули тяжело раненного мага, не то кинжал все же подействовал. Он прошел глубже в тело противника и начал интенсивно нагреваться, обжигая ладонь Лудильщикова. При этом звуки от воткнувшегося в плоть клинка очень напоминали звуки, которые мог бы издавать докрасна раскаленный прут, вонзившийся в это тело.
Перед почти теряющим от боли сознание Иваном возникло послание Системы: «Вы убили вашего врага при помощи жертвенного кинжала серебряного уровня. Вам переходят:
+ 25 % очков опыта вашего побежденного врага;
Ваш враг значительно превосходил вас по силе, очки опыта удваиваются. +6670000 очков опыта.
Достигнут уровень 13
Достигнут уровень 14
Достигнут уровень 15
Достигнут уровень 16
Достигнут уровень 17
Выносливость + 32
Сделайте свой выбор:
Заклинание третьего уровня из расширенного списка на выбор;
Навык, подходящий для вашей магической специализации…».
Там было много еще всего, только прочитать про все подарки Системы, Ивану Лудильщикову было в тот день не суждено. Очевидно, он уничтожил кого-то очень важного, и так же очевидно, что о смерти этого важного его приспешники узнали практически в тот же момент. Иначе не объяснить тот факт, что вражеские супербойцы внезапно резко начали выходить из боя, чтобы со всей скорости примчаться к месту гибели своего патрона. Рассейские маги поражали прекративших сражение магов одного за другим, но те упорно летели в сторону Лудильщикова. Вот самый быстрый из них на лету сотворил какое-то заклинание, и Ваню с ног до головы охватило пламя. Удовлетворенные местью японские маги свернули в сторону, окончательно выходя из боя, но этого Лудильщиков уже не видел.
В себя Ваня пришел, лежа на белоснежной простыне в абсолютно пустом помещении. Кроме его кровати и стула возле нее в комнате не было никакой мебели. Попытался пошевелиться, внутренне ожидая возобновления той ужасной боли, что терзала его в момент потери им сознания. Вроде, все нормально. По крайней мере, ничего не болит. Вспомнилась дурацкая шутка: «Если вы проснулись, и у вас ничего не болит, значит, вы уже в раю». Вроде, в той шутке были и еще какие-то условия, но не в этом суть. Очень хотелось бы знать, где он находится и чего ему следует ожидать.
Десяти минут не прошло, в комнату вошла девушка в косынке с красным крестом во лбу и белом фартуке тоже с красным крестом. Очевидно, это его сиделка, которая просто отлучалась по своим делам на короткое время, пользуясь тем, что прикрепленный к ней пациент не приходит в сознание. Заметив, что Иван лежит с открытыми глазами и смотрит на нее, она громко охнула и, опрометью, выбежала из комнаты.
Прошло еще минут пять, в палату в сопровождении все той же девицы вошел явный медик, который сразу с порога, поприветствовав Лудильщикова преувеличено бодрым голосом, поинтересовался о его самочувствии.
— Знаете, доктор, в целом неплохо. — Ответил Иван. — Только хотелось бы о многом вас расспросить. Что со мной, где я, кто я? — И заметив, как в изумлении широко раскрываются глаза присутствующих в палате, поспешил уточнить. — Пожалуй, выяснять кто я — это лишнее, но остальное очень хочется знать.