Почти Целитель (СИ)

— Настоящий Ерофеич! На целебных алтайских травах настояна, самолично у бати из поставца перед отъездом стянул. Пошли, Иван, отмечать твое примирение, а то я реально переволновался.
А Ване что? Сегодня ему именно этого и не хватало. И закуска нашлась. Только вчера вечером купили у уличной торговки какую-то стряпню со вкусным названием «перепечи». Точнее, Ваня встречался с перепечами в своей жизни не раз, ими в его детстве торговали на базаре вотяки, местная народность, проживающая вокруг Сарапула, но то были совсем другие «перепечи», с совсем другой начинкой. Выпечка дожидалась своих хозяев на окне, возле обледенелого уличного стекла, завернутая в газету, так что выглядела совсем почти еще свежей. Только самые края подсохли. Ваня еще достал на стол берестяной туесок с квашеной капустой, но Василий тоном заправского выпивохи предложил оставить капусту на утро. Впрочем, перепечи с мясом, грибами, да залитые яйцом, с крепкой травяной настойкой, да под задушевный мужской разговор, шли на ура и без всякой капусты.
— Знал бы ты, Ваня, как я тебя понимаю! — Начал разливаться в своих эмоциях Василий, когда крепчайшее пойло подействовало в полную силу. — У нас, на Алтае, никаких дворян почитай и нет вовсе. И ничего, живем справно. Золото моем, с ойротами торгуем, сами охотимся. Я знаешь, каким охотником у себя был! Белку и куницу в глаз стрелял, на кабана с рогатиной хаживал.
— На кабана и я хаживал. — Подхватил Ваня. — Правда, с берданкой. Зато тот кабан с магией был!
— С магией это сильно! — Закивал на слова Вани захмелевший Василий. — Магия у кабанов только на шестом уровне появляется. А у тебя какой в то время был?
— Не помню. Кажется третий… или четвертый.
— Ну, ты монстр! — Васька в искреннем восхищении. — Я когда сюда собирался, думал, самым прокачанным тут буду. Восьмой уровень, не шухры-мухры! А тут с тобой поселился. Ну, ответь ты мне, как можно быть таким сильным?
— Каким сильным? Да у меня, чтоб ты знал, Сила даже до первого предела не прокачана.
— Зато Интеллект с Духом, о-го-го!
— Ну, Интеллект у меня всегда рос хорошо. — Согласился Ваня с товарищем, не выдавая, впрочем, своей тайны прокачки Характеристик. — А вот с Дополнительными Характеристиками засада. Негде мне их было развивать. Веришь, Меткость только недавно до пятерки довел. Дротиками.
— А я все голову ломал, чего ты в соревнованиях с этими дротиками участие принимать не стал. Но если только пятерка в Меткости, тогда конечно. Дворяне то у нас вообще звери, настолько Меткость прокачали. Даже я, потомственный охотник, с трудом их превзойти могу, и то не всегда, а ведь у меня Меткость выше двадцати раскачана. — Васька разлил по посуде последнее, что еще плескалось на дне бутылки. — Ну, вздрогнем! — Выпили. — А вот ты скажи мне, дружище, чего ты с Танькой разругался, справная же баба. И род у нее достойный. Хорошим подспорьем может стать, когда из училища выпустимся. Я вот свою Пелагею ни за что не брошу! 
— Танька, конечно, краля симпатичная, — чуть подумав, ответил Иван. — Но в роли своей жены я ее не вижу. Слишком она одеяло на себя перетягивать любит по жизни.
— Может, это по молодости она такая? — Упорствовал Васька.
— Так что мне, всю ее молодость мучиться с ее характером? Не-е, не пара мы.
— Ну, как знаешь. Свое обещание Пелагее я выполнил, с тобой насчет Татьяны поговорил. — Неожиданно заключил Васька. — Найдешь еще свою суженую.
— Это да! — Перед глазами пьяненького Вани по неизвестной причине на мгновение вдруг возникло лицо Натальи. — Вот ведь, спьяну чего только не привидится. У Натальи характер, по словам Аркадия, еще покруче может оказаться.
Наутро проснулись как обычно рано, хотя и выходной в этот день был. Ивану очень не хотелось вылазить из-под теплого одеяла, да жажда совсем уж замучила.
— Ирод! Оставь хоть капельку! — Взмолился Василий, слишком поздно заметивший действия Вани.
— Придется тебе, Васенька, до клозета прогуляться. Заодно и кувшин свежей водой наполнишь. — Объявил Иван, переворачивая пустой кувшин вверх дном, чтобы показать другу, что воды у них в комнате совсем не осталось.
 
И несчастный Василий с кувшином наперевес потопал, куда его Ваня направил.
— Слушай, а зачем ты распорядился капусту на утро оставить? — Внезапно заинтересовался Лудильщиков, когда водонос вернулся обратно в комнату.
— Отец очень уважал ее утром с похмелья зажевать. — Ответил сосед.
— А я слышал, что похмеляться надо стопкой хлебного вина.
— Бр-р! Что-то не хочется! — Объявил Васька, прислушавшись к себе. — Я, наверное, теперь долго в рот спиртное взять не смогу.
Обещанного Натальей опытного мага, который должен был обучить студента новым заклинаниям, Ваня начал ждать еще с утра. Ну, в самом же деле, «в обед» понятие очень растяжимое. У англичан вон вообще, обед только совсем вечером наступает. Ваня знает, об этом им на уроках этикета рассказывали. Все же дотерпел до полудня, прежде чем выйти встречать мага к воротам академии. А того все нет и нет.
Наконец, на дороге, ведущей из города, показалась коляска, влекомая парой гнедых лошадок. Из остановившейся коляски выбрался мужчина в расшитой узорами бекеше из овчины с небольшим саквояжем в руках и направился к воротам.
— Парень, обратился он к Ивану. — Не мог бы ты пригласить из общежития летунов, из сто четвертой комнаты, Ивана Лудильщикова. У нас с ним встреча назначена.
— Это я, Иван Лудильщиков. — Представился Ваня.
— Меня зовут Исидор Сергеевич Шторм. Я по поручению Натальи Феликсовны должен попытаться вас обучить заклинаниям.
— Да, да. Я очень вас ждал!
— Тогда, где бы мы могли уединиться, так чтобы просторно было и при этом всякие посторонние не лезли?
— Ой! Боюсь, что на территорию академии вас охранник без разрешения администрации не пропустит. — Ваня готов был сквозь землю провалиться, что заранее даже не задумался о месте тренировки.
— Ну, что ж, тогда могу предложить позаниматься прямо тут, на улице. Только отойдем чуток по дороге, чтобы из поля зрения всяких досужих любопытных удалиться.
И они, в самом деле, отошли на пару сотен шагов, оказавшись на полдороги между академией и заборами на окраине Царского Села.
— Предлагаю остановиться тут. — Объявил маг, оглядывая окружающие их заснеженные хвойные деревья. — Итак, какое заклинание вы хотели бы изучить первым. Только прошу учитывать, что заклинания я буду вам показывать достаточно сложные, вряд ли у вас хватит концентрации внимания, чтобы изучить больше одного или двух за это наше занятие.
— А Полет я точно не потяну? — Жалобно поинтересовался Ваня, которому очень не хотелось в эту минуту временно отказываться от осуществления своей заветной мечты детства. — Я прошел первый барьер на Интеллекте и Духе.
— Очень выдающийся результат для вашего возраста, молодой человек, но нет, до прохождения второго барьера в Интеллекте даже и думать забудьте об этом заклинании. Вот будь вы магом воздуха, тогда другое дело. Но вы ведь не воздушник, я так полагаю?
— Увы, но нет.
— Тогда предлагаю для изучения заклинание Древесного Падающего Листа. Оно относится где-то примерно к одной из верхних ступенек второго уровня и, возможно, его вы изучить сможете. По крайней мере, в этом почему-то убеждена Наталья Феликсовна. А уж когда вы в достаточной мере освоите это заклинание, то сможете при помощи дополнения в виде простейшего Ветродуя в некоторой мере управлять своим планированием с высоты. Конечно, совсем не Полет, но все же.
— Я готов к учебе. 
— Тогда смотрите и постарайтесь запомнить — И по мановению руки Исидора Сергеевича перед ним возникло сложное полупрозрачное кружево воздушного конструкта.
Ваня до рези в глазах всматривался в запутанную вязь, вычленяя из общего узора знакомые и повторяющиеся компоненты, потом элементы связующие уже запомненные части, потом всякие краевые финтифлюшки.
— Обратите внимание на этот скошенный знак Соулу. Это ключ ко всей конструкции. — Исидор Сергеевич указал на нужный участок в структуре конструкта. — Сюда надо будет подавать свою ману, чтобы заклинание продолжало работать. Заклинание относится к конструктам прямого действия: пока подаете ману, оно работает, перестали, валитесь на землю.