Шерлок Холмс на орбите

— Но только чтобы быстрее сбежать от сырости, уверяю вас.
Майкрофт со вздохом сел в кресло напротив Холмса. Я встал возле стола, за которым мы завтракали, — чтобы предоставить им хотя бы видимость уединения, — но в пределах слышимости.
Холмс некоторое время смотрел на брата с улыбкой.
— Важное, но не срочное?
— Я здесь не по государственному вопросу, — кратко ответил Майкрофт. — Ты, Шерлок, должен был уже догадаться, что это дело личного характера.
— Личного? — Холмс не счел нужным скрыть свое изумление. Несмотря на то что они относились друг к другу с симпатией, редко кто из них решался рассказать брату о своей личной жизни.
Майкрофт, казалось, немного рассердился от такого предположения.
— Оно касается не меня, а других людей. Буду краток. Некая леди исчезла. Семья хочет найти ее. Они обратились к высокопоставленному другу, который в свою очередь обратился ко мне, а я, как ты видишь, обращаюсь к тебе. Это было его предложение, не мое.
— Твой высокопоставленный друг?
Майкрофт перевел взгляд на бокал с бренди, не желая встречать взгляд Холмса.
— Я хочу пощадить тебя, избавить от излишних воспоминаний об одной персоне.
Снова личные дела. Я знал, что у Холмса нет родственников, за исключением Майкрофта, а друзья хотя и были, но настолько немногочисленные, что я без всяких сомнений назвал бы себя первым в их числе. Короче говоря, я не мог понять, о каком это человеке не стоит упоминать при Холмсе.
— За последние недели в газетах не сообщалось о пропаже сколько-нибудь известной леди, — сухо заметил Холмс. — Не могу представить, чтобы они решили умолчать о таком событии.
— Она исчезла не в Лондоне, Шерлок. Она исчезла в Америке. Перестала писать. Не отвечала ни на письма, ни на телеграммы. Местные власти ничего не могут сказать о ее местонахождении.
Холмс поднял бровь.
— Прекращение переписки может означать либо обман, либо похищение.
Майкрофт налил себе еще немного бренди.
— Не обязательно. Со временем письма приходили все реже и реже и наконец около года тому назад перестали приходить вовсе.
— И где же ее видели в последний раз?
— В Сан-Франциско. Очевидно, она там жила некоторое время.
— Сама по себе? Без мужа или компаньонки?
— Кажется, да.
Холмс с удивлением посмотрел на брата.
— И ее семья хочет, чтобы я поехал и нашел ее в Сан-Франциско?
Майкрофт пожал плечами, словно для Холмса это ровным счетом ничего не значило.
— Сейчас у тебя нет дел, не так ли? Кроме того, ты никогда не видел Штаты.
— Мне нравились почти все американцы, с которыми я встречался, однако это не значит, что мне хочется посмотреть на их страну.
Холмс подошел к окну, заложив руки за спину, затем неожиданно обернулся.
— Не вижу никакой необходимости туда ехать. С этим определенно могут справиться и местные власти.
— Я же сказал тебе, что это довольно деликатная проблема, — произнес Майкрофт раздраженно. — Даже если это какой-то розыгрыш, то газеты сразу же уцепятся за него.
Холмс смотрел на него некоторое время, затем резко спросил:
— Высокопоставленный друг, это кто?
— Принц Уэльский. Семья попросила его в качестве личного одолжения. А он попросил меня обратиться к тебе.
— А почему он предположил, что я заинтересуюсь? — Холмс спросил жестким голосом с нескрываемым раздражением.
Майкрофт недовольно покосился на меня, затем решил, что у него нет выбора, кроме как довериться и мне.
— Несколько лет тому назад, несмотря на брак с принцессой Александрой, у принца была связь с другой женщиной. Если об этом станет известно, то подымется скандал, как после той связи с ирландской актрисой в шестьдесят первом году. Но леди не стала преследовать его, она скромно хранит молчание, особенно принимая во внимание ее возраст в то время. Ей было двадцать два, принцу сорок девять. Он любил ее и до сих пор любит в воспоминаниях, но для нее разрыв прошел сравнительно легко. Она стала оперной певицей, и потом ее пригласили в «Ла Скала». Я полагаю, вы ее встречали впоследствии, это Ирэн Адлер. Пропавшая женщина — это ее сестра, Леона.
 
Неожиданно лицо Холмса посерело.
— Извини за мою невнимательность. Как только ты сказал, что хочешь пощадить меня, то мне сразу следовало догадаться, кого ты имеешь в виду. Но я не знал, что у Ирэн Адлер есть сестра.
— Ты немногое знал о ней, — сказал Майкрофт с сожалением в голосе. Интонация его походила на типичную интонацию старшего брата, поучающего младшего.
Теперь настал черед Холмса наполнить стакан бренди.
— Сочувствие делает тебе честь, но оно вовсе не так уж необходимо. Расскажи мне о сестре.
— Леона была всего лишь на два года моложе Ирэн, и во многом они очень похожи. Обе они красавицы, у обоих было много поклонников и обе интересовались музыкой. К несчастью, на этом сходства заканчиваются. У Ирэн был талант, а Леона обладала приятным голосом и только, хотя честолюбия ей было не занимать. Ирэн оставила Нью-Джерси и подалась на континент — делать себе имя. Леона отправилась в Штаты, где ожидала благосклонного приема не столь разборчивой публики и менее критически настроенных обозревателей. Она так и не вернулась. С годами ее письма становились все более краткими, приходили реже и наконец, как я уже сказал, вовсе перестали поступать.
— Значит совершенно ясно, что она хотела порвать отношения со своей семьей.
— Возможно. Но ее близкие до сих пор хотят найти ее и удостовериться в том, что с нею все в порядке.
— Она никогда не просила послать ей денег?
— Это бессмысленно — ее родители небогаты.
Холмс некоторое время размышлял.
— У вас есть ее письма?
Майкрофт похлопал по боковому карману своего сюртука.
— Я осмелился прочитать их. Отличительная их черта — отсутствие определенности. Однажды говорится о возможном браке, а после об этом ни слова.
В глазах Холмса неожиданно замерцал какой-то огонек.
— У нее есть наследство?
Майкрофт покачал головой.
— Я же сказал, что семейство Адлеров небогато. Единственное их наследство — две дочери.
Он поднялся с кресла.
— Этим вечером у меня назначена встреча с принцем. Что мне ему сказать?
— Что я не нахожу это интересным случаем.
— Но ты ведь не отказываешься?
Холмс замялся, затем кивнул. В дверях Майкрофт обернулся и сказал:
— Все ваши расходы будут оплачены, а награда предоставлена вне зависимости от результатов. В следующий вторник в Бостон отправляется пакетбот «Новые Гебриды». При новых быстрых трансконтинентальных поездах вам потребуется не больше недели, чтобы достичь Сан-Франциско. Путешествие не будет обременительным; новые спальные вагоны, как я полагаю, весьма удобны, — он задержался в дверях. — Принц будет премного благодарен, Шерлок.
Холмс поднял бокал.
— За Бога, страну и принца Эдуарда.
«И в память об Ирэн Адлер», — подумал я.
Как только Майкрофт ушел, Холмс сел в кресло и долго смотрел сквозь окно на туман. Я понимал, что его брат задел раны, затянувшиеся много лет назад. Себе я налил совсем немного бренди и сел напротив, из вежливости храня молчание.
Неожиданно он одним залпом осушил свой бокал и повернулся ко мне с улыбкой на лице:
— Насколько я помню, Уотсон, вы провели некоторое время в Америке, в этом же самом городе. Это был тысяча восемьсот восемьдесят третий год, не правда ли? Или тысяча восемьсот восемьдесят четвертый?
— С ноября восемьдесят четвертого по конец весны восемьдесят пятого. У меня была небольшая практика на Пост-стрит.
Я постарался развеселить его.
— Вам на пользу пойдут перемены, Холмс. Сан-Франциско приятный город, есть где отвлечься от грустных мыслей.
Тут уже при целом потоке грустных воспоминаний замолчал я.
— Значит, вы не против повидать его еще раз? — Холмс в третий раз за время разговора набил табаком свою трубку. — Ваш напарник может на некоторое время заняться вашей практикой; в Лондон мы вернемся самое большее через два месяца.