Стилист из другого мира (СИ)

– Ты оказалась права, – негромко сказала Ребекка, когда мы уже подъезжали к дому. – Фредерика с радостью согласилась заняться моим обучением.
– Постой, но ты ничего не почитала, – тут же встревожилась я. – А если для тебя это будет скучно?
– Да нет, я вчера вечером даже заслушалась вашими рассуждениями о травах.
– Но тогда у меня будет к тебе ещё одна просьба, – задумчиво начала я. – При случае можешь как-нибудь намекнуть Фредерике, что я мечтаю обучиться хотя бы азам алхимии, но очень стесняюсь попросить об этом Лукаша?
– А ты мечтаешь? – Ребекка округлила глаза от удивления.
Я просто кивнула в ответ.
– Но это не срочно. Гостиница важнее.
– Потом поделишься секретами процветания? – с лукавой улыбкой поинтересовалась сестрица.
– Обязательно, – пообещала я. – Но часть из них ты сама узнаешь, буквально через пару часов, когда мы будем убираться.
Ландо затормозило возле гостиницы и мы, выбравшись из него, направились внутрь. Каково же было моё удивление, когда я никого, кроме Франца в холле, не обнаружила.
– И где горничные? – подозрительно спросила я у него.
– Обедают.
И убрать тряпки и вёдра они не додумались. Молча кивнула и продолжила движение.
Как мы и думали, отец уже нас заждался. Освежившись в уборной, мы с сестрой поспешили в столовую. Куриный бульон был как никогда кстати. На второе Карла приготовила к куриным ножкам тушёную капусту. Ребекка чуть скривилась, но не стала возмущаться. Салат из свежих овощей тоже был встречен без энтузиазма. К чаю поданы свежие булочки, от которых я отказалась, зато желе на десерт очень порадовало. Насыщенный вишневый вкус напоминал тот прошлый мир. И зачерпнув лакомство в который раз, я неожиданно замерла от того, что меня озарило. Моя подруга, Катя, перепробовала несколько вариантов приготовления желе, прежде чем осталась довольна результатом. Все предшествующие попытки казались ей слишком пресными. Секрет именно такого желе крылся в паре ложек вина, что добавлялись в процессе.
– Ребекка, – хрипло обратилась я к сестре. Сердце лихорадочно стучало где-то в горле. Неужели?.. – А когда появилась эта новинка в лавках?
– Да с месяц назад. – Сестра пожала плечами. Я медленно выдохнула и принялась изучать этикетку, вернее адрес, что указан на ней. Северный край? А если вспомнить ещё и про митенки, которые стали популярны именно на Севере… Что-то одно ещё может быть совпадением, но два? А ведь ещё сгущёнка есть. Подорвавшись, я устремилась на кухню.
– Где сгущёнка? – выпалила заполошно. Карла аж вздрогнула, когда я вбежала на кухню. Открыв шкафчик, она безмолвно вручила мне баночку. Та же витиеватая буква «А», что и на этикетке желе, тот же адрес – усадьба рода де Арманди. Открыв баночку, я ложкой зачерпнула содержимое. Чуть задержала дыхание, прежде чем попробовать. И да, вкус был знаком с детства, но только с лёгким привкусом ванили.
На глазах навернулись слезы: Катюшка здесь.
Вот куда делась её душа после смерти. И, наверное, именно поэтому был так зол тот мужчина из тумана. Её смерть тоже была случайной, она просто спасала школьницу. Следовательно, не должна была умереть в тот день.
– Анни, – окликнула меня Ребекка, – всё в порядке?
– Да, – выдохнула я, незаметно смаргивая слёзы. – Всё просто замечательно.
Я поставила баночку со сгущёнкой на стол и вернулась в столовую.
– А как далеко находится город Виардо? – спросила я, зачерпывая новую порцию желе.
– Виардо? – переспросил Эгмонт, нахмурившись. – Практически на Северной границе Броссары, в предгорьях Эгона. Почти четыре дня добираться на дилижансе.
Я коротко выдохнула. Конечно, Анни уже совершеннолетняя, осенью девятнадцать стукнет, но что-то сомневаюсь, что родные так просто отпустят меня путешествовать. Вот когда докажу, что стала вполне самостоятельной, тогда, возможно… А для этого нужно, чтобы гостиница снова начала процветать под моим чутким руководством.
Как ещё сообщить Катюшке о себе? Письмо написать? А если потеряется? Или попадет не в те руки? И узнают о моём подселении в тело Аннет? Но ладно я, а если я ещё и Катюшку подставлю? Надо сначала узнать, чем грозит мне разоблачение. И память Аннет в этом не помощник – она мало чем интересовалась. Даже география хромает на обе ноги, поэтому я и не смогла вспомнить ничего про Виардо. Так что надо будет обновить знания.
 
Да и к тому же, существует мизерный шанс, что это всё-таки совпадение. Мизерный, но он есть.
В размышлениях закончила обед. И озаботилась отваром из ромашки и сенны, причем ромашковый отвар нужен и для умывания, и для приёма внутрь. Залила цветы ромашки кипятком в двух кружках и оставила настаиваться. А сама занялась отваром из сенны, довела его до кипения и пять минут продержала на огне. Теперь необходимо выждать полчаса. А я пока посажу отросток алоэ вера.
Землю взяла во внутреннем дворе, небольшой глиняный горшочек на кухне. Вся работа заняла не больше пяти минут. И вот я уже поставила первое домашнее растение на мой туалетный столик. Один листик алоэ Фредерика мне выделила, поэтому я тут же прижгла соком прыщики. И захватив коробочку с эфирными маслами из саквояжа, направилась вниз.
Ребекка дожидалась меня на кухне, но прежде чем уйти я выпила отвар ромашки. Лучше его перед обедом пить или утром. Но что поделаешь теперь?
Из подсобки захватила пару вёдер и тряпки, а то вдруг горничные всю тару оккупировали. И вместе с Ребеккой направилась в гостиницу.
В холле первого этажа застали отца, разговаривающего с художником. Вывеску уже сняли, она сейчас лежала на конторке. В принципе, работы было не так много: соскоблить потрескавшийся лак, отшлифовать поверхность и обновить надпись. Но мастер настаивал на том, что это займёт два дня. Не стала вступать в дискуссию. Только хмыкнула, услышав стоимость работ. Золотой? Но отец не сплоховал – сбил цену на двадцать серебряников. И тут мне пришла в голову идея.
– Мастер, а у вас есть светящиеся в темноте краски?
Где-то Аннет видела такие вывески. Художник смерил меня выразительным взглядом.
– За такими вывесками вам надо к магам обращаться, – ответил он свысока.
Жаль! А я думала, что в магическом мире могли и додуматься до таких красок. Да тот же фосфор можно использовать.
Впрочем, фонари на улице были, и, думаю, работают они исправно. Всё же мы в столице живём, на одной из центральных улиц.
Со стороны столовой раздалось девчоночье хихиканье, и я выразительно глянула на горничных.
– Вы уже закончили? – спросила я у них. Их интерес к молодому мастеру заметила сразу, но решила не одёргивать их. Не рабовладельческий строй сейчас.
Девчата скуксились и прошмыгнули обратно в столовую. Так, а где их более взрослая коллега? Проследовала за горничными в столовую, но и там не увидела её.
– А где третья горничная? – Поморщилась, так как не додумалась поинтересоваться их именами утром.
– Ирма? – уточнила светленькая курносая девчонка. Я кивнула, не то что соглашаясь, а поторапливая собеседницу. А глазки у девчонки забегали. – Она в туалет отлучилась.
И потёрла нос. Не надо быть великим психологом, чтобы понять, что девчонка врёт. Что ж, подождём Ирму. Я оглядела помещение, примечая, что тут с утра почти ничего не изменилось. Снова поморщилась.
– А вас как зовут?
– Сабина, – ответила моя собеседница.
– Агна, – представилась более молчаливая шатенка.
– Вот что, Агна, Сабина. Начните здесь с окон: отмойте стекла и подоконники. Смените шторы и скатерти на столах. – Я наблюдала за девушками, они внимательно меня слушали и даже кивали. – А как дойдёте до мытья полов, позовите меня. Я буду в первом или третьем номере убираться.
Сама было направилась на кухню, но тут вспомнила о соли. Без неё эфирные масла не растворятся в воде. Чертыхнулась мысленно. И поглядела на сестру.
– Наберёшь пока воды. А я сбегаю домой – забыла про соль.
Ребекка вопросительно поглядела на меня, я махнула рукой – позже объясню. И она правильно истолковала мой жест. Уже проходя мимо, шепнула ей: